— Пока не могу сказать точно, но кое-какие идеи есть.
— Люди верят, что скоро всё погибнет, — тихо произнёс он. — Они в отчаянии. Я часто говорил, что этому городу лучше провалиться в Тартар, но сейчас я этого не хочу. Мне жаль этих людей и существ. Они заслуживают лучшего. Вы справитесь с этим? — он посмотрел мне в глаза.
Я снова вспомнила, что отпустила этого Гринфилда или Мени. Может, я зря это сделала? Я сама не знала ответа. И никто не знал, даже Фарги.
— Я справлюсь, — ответила я. В конце концов, если не получится, то мне уже не придётся за это отвечать.
Он вздохнул и прислушался к завывающему за окнами ветру.
— Будет жаль, если всё закончится вот так. К тому же сейчас, когда появилась надежда. Меня утешает только то, что Джина сейчас далеко отсюда, и ей ничего не угрожает.
— Не поддавайся всеобщей панике. Это страшно, но ещё не Конец Света, — посоветовала я. Наверно мне удалось сказать это убедительно, потому что он слегка успокоился.
— Что вы здесь торчите? — Джерри появился на пороге. — В доме полно более подходящих мест для уединения.
— Как насчёт столовой? — спросил Эдди. — И обеда.
— Придётся подождать, — безжалостно заявил Джерри и, не обратив внимания на наш общий стон, добавил: — Есть кое-что от группы Гонсалеса. Пойдём в аппаратную.
Эдди уныло посмотрел на меня и поплёлся следом за ним. Однако оказавшись в уютном компьютеризированном зале, где группа проводила свои совещания, он прямо заявил:
— Я хочу есть, и пока мне не дадут…
Ли, приглядывавшая за Максом и Хиталоуном, находившимися тут же, молча сунула ему в руки тарелку с сэндвичами и кружку с кофе. После этого Эдди смирился с судьбой и сел в кресло. Он даже не стал возражать, когда я утащила с тарелки самый большой сэндвич.
Макс шастал по аппаратной и обнюхивал всё вокруг. Его интересовали компьютеры, и очень раздражало, что он не может к ним подсоединиться. Его адаптер, как я недавно выяснила, был имплантирован в мозг. Он имел прямую связь с Кингом, но наши компьютеры делали вид, что не замечают его отчаянных попыток завязать беседу. Они уже поняли, что он не знает волшебного слова.
Хиталоун уныло сидел в углу. Он был подавлен и не только странным поведением вампиров, но и тем, что в Луарвиге, у него под носом, оказывается, действовала другая мощная организация, выполнявшая те же функции, что и «Звёздный щит», а он ничего не знал об этом. А тут ещё оказалось, что и организация более мощная и функции выполняет куда лучше.
— Кого ждём? — спросил Эдди, дожёвывая второй сэндвич.
— Гонсалеса и Брая с Терренсом, — ответил Фарги. Он тоже был здесь и внимательно наблюдал за действиями Макса, чтоб немедленно пресечь его попытки вступить в более тесный контакт с местными братьями по разуму.
— Гонсалеса, — ответил Джерри, что-то рассматривая на горизонтальном экране рядом с пультом. — И Брай собирался подойти, когда закончит накладывать швы Лесли.
— А кто будет ассистировать Джону? — поинтересовался Эдди.
Джерри обернулся.
— Не умничай. Будто не знаешь, что оперировать будет медикологический компьютер, а Джонни посидит за пультом, нажимая кнопки.
— Знаю, но мне в прошлый раз накладывал швы сам Джон. Очень долго и довольно болезненно…
— Это ты его разозлил, — на пороге появились Брай и Лесли.
Рыжик был бледен, но вполне здоров на вид. И бирюзовый свитер Джерри вкупе с тёмно-синими брюками придавали ему благополучный вид. Окинув аппаратную взглядом, полным жадного любопытства, он задержал его на тарелке, где осталась ещё пара сэндвичей.
— А кофе есть? — уточнил он, в два прыжка оказавшись рядом.
Следом за ним вошёл красивый молодой мулат с аккуратной короткой стрижкой и офицерской выправкой профессионального инспектора. Никакой цивильный костюм не мог скрыть его род занятий. Я давно его знала. Три года назад он был таким же красивым, молодым и смуглым. Секретарь, адъютант и мальчик для битья при Джоне. Он дружески кивнул мне и Эдди, после чего подошёл к пульту.
— Прошу внимания на несколько минут. Мы выяснили нечто, что может быть полезным для вашей работы, но насколько полезным, решайте сами.
— А кто это «мы»? — тут же подозрительно уточнил Макс.
— Мы, мистер Делман, это те ребята, от которых вы получали информацию со спутника. А теперь к делу!
— Мы внимательно вас слушаем, — кивнул Эдди.
— О’кей, — Гонсалес нажал кнопку на пульте, и на экране появилась трёхмерная схема в движении. — Не знаю, какому гению пришла в голову идея построить пространственную схему того, что лежит под Жертвенной площадью, но она оказалась действительно гениальной. Мы это сделали, и вот что у нас получилось.
— Это излучатель, — тут же определил Макс, но потом засомневался. — Какой-то уж больно странный.
— Очень странный, — кивнул Гонсалес. — Но мы нашли аналог. Прошу! — он эффектно нажал ещё одну кнопку, и на соседнем экране возникло странное сооружение, вернее, небольшой прибор, состоящий из гнутых трубок с нацепленными на них белыми обломками. В самом низу на треножнике поблескивал огранённый кристалл, над ним темнело какое-то колечко, а накрывалось это всё чем-то вроде чёрного японского зонтика. — Это излучатель, который нашли несколько десятилетий назад при раскопках на Амоне. Вернее, его реконструкция. Никто толком не смог понять, как он действует, но судя по надписям на стене тайника, где он был спрятан, он служил для создания чистой психической энергии, которую использовали, чтоб заглянуть в прошлое, а иногда и в будущее.
— Бред, — прокомментировал Макс.
— Да? — Гонсалес понимающе улыбнулся. — А если так? — он нажал ещё одну кнопку, и оба изображения на экранах совместились на третьем. — Абсолютное совпадение, мистер Делман. Ни одного отступления в пропорциях. Только роль трубок исполняют коридоры, вместо кусочков кальция, так называемых пробок на концах — погребальные камеры набитые окаменевшими костями, то есть тем же кальцием. Угольная сетка, а это льняная ткань, пропитанная угольной пылью, в нашем случае заменена облаком сажи, которое как-то удерживается на таком же в пропорциональном выражении расстоянии от остальных частей устройства, что и на модели.
— Это облако сажи? — Джерри ткнул пальцем в потолок.
— Именно. Кто-то планомерно готовится к эксперименту. Ветер поднял вверх пыль и мелкий мусор. Атмосферное электричество разрядами подожгло его, дождь удерживал горение на грани тления и в результате мы имеем слой сажи.
— Это невозможно, — возразил Макс. — Это физически невозможно сделать.
— А магически? — спросил его Брай.
Макс вздохнул, но возражать не стал.
— Из этого можно сделать вывод, — продолжал Гонсалес, — что где-то глубоко внизу находится подземное озеро, ледник или залежи кварца, которые играют роль линзы. Если это так, то излучатель почти готов к работе.
— Почти? — спросила я.
— Ну… — Гонсалес пожал плечами. — Это всё только теория. Пока эта штука не заработает.
— Она не должна заработать, — перебил его Брай. — Как это сделать?
Он внимательно смотрел на него. Гонсалес взглянул на Джерри.
— Способов немного. Несмотря на многокомпонентность системы, она очень устойчива и…
— Ядерная бомбардировка? — спросил Джерри.
— Больше ничего не приходит в голову.
— Вы с ума сошли? — поинтересовался Эдди. — Это же центр города.
— Я ж говорю, что это всё теоретически, — заметил Гонсалес. — Мы думаем, но пока это всё, что мы имеем.
— Хорошо, — кивнула я и подошла к экрану. — Что это за кольцо под линзой и зачем может понадобиться эта сетка?
— Кольцо, скорее всего, выступало в роли держателя для чего-то, сквозь что проходила энергия, а сетка… Видимо, чтоб не выпустить эту энергию за пределы, ограниченные зонтом. Наверно, самое интересное должно было происходить вот в этом пространстве под куполом.
— То есть в атмосфере над городом, — хмуро кивнул Эдди.
— Может, это что-то должно достигнуть определённой концентрации, а, может, оно нестабильно, и купол призван удерживать его от преждевременного рассеивания.
