— Я выиграл, — сказал я громко.
Голос разнёсся по ангару, отразился от стен. Элиас стоял неподвижно, смотрел на голову у своих ног. Девушки рядом с ним побледнели. Одна закрыла рот ладонью, вторая отвернулась.
— Можешь забрать из моего выигрыша тысячу империалов, — добавил я.
Элиас медленно поднял взгляд. Посмотрел на меня. В его глазах был… интерес. Острый, жгучий интерес. Губы растянулись в улыбке. Он засмеялся. Тихо сначала, потом громче.
— Удивил… ой как удивил! — произнёс он под тишину толпы. — Но почему так быстро?
Я слез с ринга, перешагнул через канаты. Огляделся. Нашёл кусок чистой ткани на краю, чья-то рубашка, брошенная зрителем. Подобрал, вытер кровь с лица, с шеи, с рук. Ткань моментально пропиталась, стала мокрой, липкой.
Бросил её на пол, посмотрел на Даркова.
— Следующий, — заявил я.
Толпа ожила, кто-то выдохнул громко, кто-то захлопал. Аплодисменты разрастались, становились громче. Крики, свист, топот ног. Люди очнулись от ступора, вспомнили где находятся.
Виктор шагнул вперёд из группы охранников Даркова. Короткая стрижка, волосы тёмные, челюсть квадратная, массивная. Глаза чёрные, холодные. Он пошёл к рингу, залез внутрь через канаты, встал в центре. Посмотрел на меня сверху вниз. Ненависть читалась в каждой линии лица. Олег был его товарищем? Или просто принцип — отомстить за своих?
— Ты будешь умирать медленно, — зарычал он, — и молить о пощаде!
Голос низкий, хриплый. Слова вылетали сквозь сжатые зубы. Кулаки сжаты, напряжение в плечах.
— Правда? — поднял я бровь. — Как интересно. Ну что, проверим?
Виктор зачем-то начал раздеваться, снял рубашку через голову. Бросил её за канаты. Остался в одних чёрных штанах.
Почувствовал изменение по сравнению с другим. Его магическая структура вдруг усилилась. Резко, скачком. Моё ядро вибрировало сильнее, резонировало с его энергией. Откуда такой рост? Он что-то активировал. Я сосредоточился, попытался понять источник. Энергия исходила из позвоночника. Там что-то пульсировало, излучало силу. Артефакт? Дополнительное ядро? Имплант?
С ним так просто не выйдет. Придётся постараться.
— Ну что ж, — заявил я сам себе, — только интереснее будет.
Букмекеры начали принимать ставки на новый бой, выкрики сумм. Я прислушался.
— Пятьдесят тысяч на Виктора!
— Тридцать на человека Элиаса!
— Двадцать пять!
Ставки шли на Виктора массово, но не все. Процентов десять поставило на меня. Небольшая часть толпы, что поверила в меня или просто решила рискнуть ради высокого коэффициента.
Я запустил руку в карман. Нащупал артефакт Кольцовых, шарик тёплый, гладкий. Сжал пальцами.
Хруст.
Тихий, но отчётливый. Шарик треснул под давлением. Линия трещины прошла через центр, разделила артефакт на две половины. Энергия внутри вспыхнула на мгновение, потом погасла. Артефакт умер.
Чёрт.
Я вытащил осколки из кармана. Два куска, края острые, неровные. Магическое свечение исчезло полностью. Бесполезный мусор теперь.
И в ту же секунду меня накрыло. Окаменение, которое сдерживала энергия артефакта, вырвалось на свободу. Оно покатилось по телу волной: быстро, безжалостно.
Руки затвердели первыми. Кожа на ладонях, на запястьях стала жёсткой, холодной. Под ней образовалась каменная корка, тонкая сначала, потом толще. Пальцы задеревенели, подвижность упала. Я попробовал сжать кулак, но движение вышло: медленное, скованное, с усилием.
Ноги следом. Икры, бёдра, ступни. Камень пополз вверх по телу, захватывая всё новые участки. Спина, которая уже была частично окаменевшей, покрылась полностью. Грудь, живот — процесс не останавливался.
Боль не было, только ощущение чужеродности, тяжести, скованности. Тело переставало быть моим, превращалось в камень. Живой камень, но всё равно камень.
Будет сложнее, чем я думал. Залез обратно на ринг.
Гонг!
Звук ударил в уши, разорвал концентрацию. Виктор рванул ко мне. Ноги отталкивались от песка с силой, оставляли глубокие следы. Руки сжаты в кулаки, одна отведена назад для удара.
Я попытался пошевелиться. Ничего. Ноги не слушались. Каменные, неподвижные. Руки тоже. Только голова поворачивалась с трудом.
Выпустил силу Титана во все участки окаменения. Направил энергию туда, где камень сковывал движение. Титаническая мощь встретилась с каменной тканью, начала прожигать, размягчать, отталкивать. Процесс медленный.
Виктор преодолел расстояние за секунду. Оказался передо мной вплотную. Его кулак полетел мне в лицо. Я видел траекторию, но не мог среагировать. Тело не подчинялось.
Удар.
Кулак врезался в мою скулу. Голова дёрнулась вбок, шея хрустнула. Боль взорвалась в черепе, распространилась по лицу. Вкус крови во рту. Зубы со скрежетом сошлись, прикусил язык. Глаза на мгновение потемнели.
Меня откинуло назад. Ноги оторвались от песка, я пролетел метра два, ударился спиной о канаты. Верёвки прогнулись, натянулись, потом отбросили меня обратно.
Я упал на песок лицом в низ. Песчинки набились в рот, в нос. Не будь у меня каменных костей, что-то сломал бы. Челюсть точно, может шею. Сильный, собака, мой противник.
Когда я поднялся, толпа визжала. Дарков наблюдал с интересом, не отрывая взгляда. Девушки рядом с ним тоже смотрели: одна с ужасом, две с возбуждением.
Сила Титана продолжала работать, разрушала окаменение изнутри. Подвижность возвращалась по миллиметру. Сплюнул кровь на песок. Провёл языком по зубам — все целы. Скула ноет, но кость не сломана.
Виктор стоял в центре ринга, усмехался. Руки опущены вдоль тела, расслаблен. Уверен в победе. Думает, что я уже мертвец.
Его магия активировалась — вода, почувствовал как энергия вырвалась из ядра, потекла к рукам. Воздух вокруг его ладоней заволновался, начал конденсироваться.
Вода материализовалась из воздуха. Капли собирались, сгущались, формировали жидкость. Первая атака — клинки. Тонкие, длинные полосы воды выстрелили из его ладоней. Они летели быстро, вращались. Пять штук одновременно, веером.
Я дёрнулся вправо, тело подчинилось медленно, но подчинилось. Три клинка прошли мимо, свистнули у левого бока. Четвёртый полоснул по плечу, разрезал рубашку, оставил неглубокую рану. Пятый угодил в бедро, пропорол ткань штанов, прорезал кожу.
Кровь хлынула из ран. Боль резкая, жгучая, я сжал зубы, проигнорировал.
Виктор не остановился. Следующая атака — шары. Круглые сгустки воды размером с кулак формировались перед ним, зависали в воздухе. Он взмахнул рукой, швырнул их в меня. Один, второй, третий, четвёртый. Они летели с разных углов. Я уклонился от первого, пригнулся. Второй прошёл над головой, третий ушёл влево. Четвёртый попал в грудь.
Удар мощный, будто ядро от пушки поймал. Вода превратилась в твёрдую массу в момент удара, потом разлетелась брызгами. Покров погасил часть силы, но не всю. Грудная клетка вдавилась, рёбра прогнулись. Я откашлялся, сплюнул кровь.
Копья следом. Длинные, остроконечные колья из воды. Виктор формировал их быстро, одно за другим и метал как дротики.
Я начал двигаться. Уклоняться, смещаться, менять позицию. Тело всё ещё плохо подчинялось, окаменение сдерживалось силой Титана, но не уходило полностью.
Первое копьё попало в левое плечо. Пробило ткань рубашки, вонзилось в мышцу. Выдернул копьё рывком, швырнул на песок. Вода тут же потеряла форму, растеклась лужей.
Второе копьё угодило в правый бок. Прошло между рёбер, застряло. Я схватился за него, попытался вытащить. Не вышло — оно держалось крепко, будто вросло в плоть.
Третье полоснуло по щеке. Кожа лопнула, кровь потекла по лицу. Четвёртое пролетело мимо, пятое тоже.
Крови становилось больше. Дыхание участилось, сердце колотилось. Боль нарастала, но я продолжал двигаться. Виктор всё так же стоял на месте, атаковал дистанционно. Не подходил близко, не давал мне шанса.
Я сдерживал окаменение силой Титана постоянно. Каждую секунду направлял энергию в заражённые участки. Процесс отнимал ресурсы, истощал. Титаническая мощь расходовалась на две задачи сразу: борьба с камнем и поддержание покрова.
