Я передал Борису маршрут: повороты, развилки, глубина, точка назначения под нижней плитой нужного адреса. Он принял молча, кивнул, и больше ни о чём не спросил. Потом тихо развернулся и повёл стаю.
Я пошёл следом, замыкающим.
Тоннель был старым, ещё дореформенной кладки. Тёмный кирпич в белых разводах известняка, своды невысокие, местами потолок давил. Луркеры шли тихо для своего размера, только лапы иногда скребли по мокрому бетону, и этот звук уходил вглубь и глох в воде. Я контролировал пространство над головой. Магия Земли тянулась сквозь плиты вверх, нащупывала вибрации улицы, домов, фундаментов.
На третьем повороте я нащупал нужный фундамент.
Остановился. Положил руку на стену тоннеля, усилил сигнал. Под нижней плитой — полтора метра грунта, потом армобетон, потом первый подземный этаж. Охрана на нём шевелилась привычно, не чувствуя ничего внизу.
Борис остановился впереди, не оглядываясь. Стая встала за ним.
— Здесь, — сказал я.
Борис лёг на пол тоннеля плашмя. Приложил лапу к потолку тоннеля. Потом посмотрел на меня жёлтым глазом.
Я кивнул. Он убрал лапу. Стая ждала.
Я вышел из тоннеля обратно наверх, нашёл решётку, поднялся, прикрыл за собой. Мостовая под ногами. Ночной воздух, прохладный, с запахом сырости и далёкого дыма. Фасады домов серые, беззвучные. Фонарь на углу давал жёлтый круг света, который заканчивался примерно на середине переулка.
Я прошёл до дома четыре. Встал напротив ворот, в тени между двумя фонарями.
Прожекторы делали свой круг. Охранники у ворот стояли прямо, не двигались. За воротами патрульные шли по маршруту.
Выдохнул. Поставил ногу на мостовую. Магия Земли хлынула вниз: сквозь камень, сквозь грунт, сквозь плиты, прямо в тоннель, прямо к тому месту, где лежал Борис.
Импульс один, сильный, как удар кузнечного молота. Ответ пришёл через полторы секунды. Земля под ногами мелко задрожала.
Потом со стороны ворот донёсся звук. Не взрыв, а медленный, нарастающий треск, как будто здание пробовало сказать что-то, но не нашло слов, и вместо этого просто начало разваливаться. Потом крик, короткий, и потом ещё один, длиннее.
Потом прожекторы мигнули и два из четырёх погасли разом.
Я уже шёл к воротам. Положил руку на стену и выпустил магию земли, добавил чистую силу и выпустил импульс. Через пару мгновений часть стены провалилась внутрь.
Охрана у ворот обернулась на звуки со двора. Оба, одновременно, инстинктивно, что было правильно для людей и неправильно для охранников.
Я вышел из тени в промежуток между их спинами. Правый не успел обернуться. Импульс Чистой Силы ударил в спину, тело бросило на ворота, металл загремел, маг упал лицом вниз и не поднялся. Левый успел развернуться на полоборота, ядро вспыхнуло, рука поднялась. Я поймал запястье, сломал его одним движением, и пока он ещё только открывал рот, ударил ладонью в шлем. Голова мотнулась назад о металл ворот, тело сползло вниз.
Со двора рвалось наружу всё сразу.
Я ударил ногой в ворота. Петли не выдержали, металлические створки ушли внутрь. Я вошёл во глубже во двор.
То, что происходило там, выглядело так, как выглядит паника в замкнутом пространстве, когда источников угрозы больше, чем людей, способных с ними справиться.
Два провала в земле там, где пол не выдержал снизу. Из них вырывались Луркеры, по два-три в секунду, и сразу бросались в стороны. Один из патрульных уже лежал у стены. Второй стоял у стены лицом к ней, прижавшись, и бил в темноту огненными шарами. Вот только не туда, откуда приходила угроза.
Борис поднялся из первого провала последним.
Его появление изменило тональность происходящего. До этого была паника с криками, попытки огрызнуться, какое-то подобие организации. После него остался только страх. Борис вышел из-под земли, выпрямился.
Маги внутри здания почувствовали, что происходит, раньше, чем успели выйти. Я почувствовал, как два мощных ядра на первом этаже засветились ярче. Подготовка, накопление энергии перед выбросом. Сейчас они откроют дверь и попробуют сжечь двор вместе с тварями и всем, что в нём есть.
Материализация.
Магия Земли рванула в фундамент. Я представил: две стены, поперёк, прямо перед входными дверями здания. Широкие, толстые, с арматурой внутри, которая уже была в старом бетоне и теперь стала моей.
Земля за воротами вздрогнула. Из почвы вырвало куски мощёного двора. Резко, грубо, с треском старого покрытия. Стены выросли за три секунды. Неровные, бугристые, с кусками булыжника в теле, но плотные. Двери за ними оказались заперты не замком, а двумя метрами бетона.
Изнутри ударили. Я почувствовал, как стена вздрогнула от первого выброса. Огонь, скорее всего, жар прошёл сквозь камень волной. Стена держалась. Я вложил в неё ещё энергии, уплотнил структуру.
— Борис, — крикнул я. — Ворота. Правый корпус. Там вход вниз.
Он уже двигался. Луркеры работали по двору, охрана на улице закончилась. Борис дошёл до правого торца здания, нашёл боковую дверь и просто ударил в неё плечом. Металл, рассчитанный на задержку людей, не был рассчитан на гиганта.
Внутри горело. Я пошёл следом.
Первый этаж встретил чёрным дымом и запахом горящей ткани. Где-то в глубине что-то задело перегородки, огонь уже щупал дерево. Освещение работало, магические светильники в потолке горели голубоватым, и в этом свете коридор выглядел почти чистым, не считая бойца, который лежал у стены слева, придавленный чем-то тяжёлым. Борис уже был в конце коридора, перед лестницей вниз.
— Иди, — кивнул я ему. — Первый уровень.
Лестница не выдержала его веса. Он прошёл сквозь неё. Не намеренно, просто ступени рассыпались, и он съехал вниз по тому, что осталось. Снизу донёсся лязг, крик, потом тяжёлые удары.
Я пошёл следом осторожнее, используя то, что уцелело от лестницы.
Первый подземный уровень оказался коридором с дверями по обеим сторонам — металлическими, с засовами снаружи. Замки на них не предназначались для того, чтобы что-то не выпустить. Они предназначались для того, чтобы не выпустить то, что внутри. Борис стоял посреди коридора, и из-под его лап растекалась тёмная лужа.
— Дальше? — прорычал он.
Кивнул
Второй лестничный пролёт был нормальным — широким, армированным, с металлическими поручнями. Борис прошёл его аккуратнее.
Второй подземный уровень пахнул стерильностью и чем-то химическим. Здесь было ярче: потолочные панели давали ровный белый свет. Впереди коридор, по сторонам двери с прозрачными вставками, за которыми угадывалось оборудование. Дальше — хранилище, я чувствовал его через Землю по тому плотному магическому фону, который шёл сквозь стены изнутри.
И совсем в конце массивная дверь, запечатанная магически, и за ней вибрации. Много и сильные.
— Там, — сказал я Борису. — Но сначала обыщи коридор. Людишек, которые спрятались. Зачисти. Оборудование не тронь.
Борис ушёл вдоль коридора. Я пошёл к хранилищу.
Замок на хранилище был двойным. механический и магический, наложенный поверх. Магический я почувствовал сразу, как только подошёл вплотную: плетение среднего качества, пятый ранг работы, с несколькими точками фиксации в металле двери.
Я выпустил Чистую Силу тонкой струйкой, нашёл точки одну за другой и отсоединил. Механический замок. Выпустил импульс в замочную скважину, металл деформировался, и дверь открылась.
Внутри стояли стеллажи.
Контейнеры разных размеров, металлические, плотно закрытые, с маркировкой. Я взял первый, встряхнул. Тяжёлый, плотный, с тем характерным весом, который я уже умел узнавать по одному ощущению в руке. Открыл. Ядро, тёмное, с ровным пульсирующим фоном.
Я считал не поштучно, а контейнерами. Их было восемнадцать. Разный размер контейнеров, разный вес. Значит, разное количество и разное качество внутри. Я забрал всё. Сложил в сумку, которую нашёл тут же, на крючке у стены. Тяжёлая вышла сумка.
Потом прошёл в конец коридора.
Массивная дверь была металлической, с усиленными петлями и магическим замком значительно серьёзнее того, что стоял на хранилище. Я работал с ним дольше. Три минуты вместо одной, нащупывая структуру плетения и разбирая его аккуратно, слой за слоем. Второпях его ломать нельзя было. При резком разрыве могло сработать предохранительное заклинание, которое явно там было.
