За дверью стояла тишина.
Когда замок поддался и дверь открылась, я отступил на шаг раньше, чем зашёл внутрь. Магия Земли растеклась через порог, нащупала пространство, пересчитала источники.
Десять ядер. Крупные, плотные, с фоном, который был совсем не похож на охрану снаружи. Не пятый ранг, не шестой. Интенсивность, которую я научился отличать от всего прочего, потому что видел её раньше. У Бориса, у Василисы, у тех Луркеров, которые стали чем-то большим, чем просто монстры.
Изменённые.
Я вошёл.
Помещение было квадратным, с клетками по три стены. Клетки большие — под потолок, два с лишним метра в ширину, с толстыми прутьями. Внутри каждой стояло по существу, которое при других обстоятельствах могло бы называться человеком. Рост два с половиной метра, может больше.
Кожа матово-чёрная, как хорошо выделанная кожа. Мышцы гипертрофированы настолько, что силуэт скорее напоминал что-то архитектурное, чем биологическое. Ни одной лишней линии, никакой жировой прокладки, только перекрученные тяжи мышц под блестящей поверхностью. Глаза у всех десятерых горели оранжевым, не жёлтым, как у Бориса с Василисой, а именно оранжевым, почти янтарным.
Они отреагировали на меня сразу, все одновременно.
Это был не страх и не агрессия. Что-то, что запрограммировано глубже, чем можно перебить обучением или дрессурой. Они учуяли, что зашёл чужой, и тела ответили раньше, чем успело включиться что-то большее. Первый из них шагнул к прутьям и стиснул их лапами, металл скрипнул под нажимом. Второй ударил кулаком в стенку клетки. Бетон треснул с сухим щелчком. Остальные поднимались.
На каждом из них был ошейник. Узкий, металлический, с магической вставкой посередине. Тусклой, не горящей активно, но явно рабочей. Артефакт контроля. Медведевские метки, которые говорили этим телам, кого слушаться и кого убивать.
Сначала мне нужно было снять метки.
Первый стоял у прутьев, и расстояние между нами было меньше метра. Я подошёл к клетке вплотную. Он зарычал. Я смотрел на него и протянул руку между прутьями.
Изменённый попытался схватить её. Пальцы сомкнулись на запястье, сжали — сильно, с давлением, которое у человека оставило бы переломы. У меня не осталось ничего, потому что я не убирал руку. Просто смотрел на него и ждал, пока он поймёт, что хватка не даёт результата.
Несколько секунд. Потом он нажал сильнее.
Я выпустил Чистую Силу. Не вспышкой, не выбросом, а тихим постоянным давлением направленным внутрь, через запястье, которое он держал. В ядро, которое горело у него.
Он сопротивлялся.
Оранжевые глаза сузились. Давление в хватке возросло. Почувствовал, как кости запястья реагируют. Регенерация компенсировала. Я добавил давление.
— Подчиняйся! — приказал я.
Никакого эффекта. Улыбнулся. Тогда попробуем по-плохому, очень надеялся, что так будет. Тем более не терпится проверить свою новую силу Титана. Сосредоточился на ней.
Энергия потекла из ядра в систему каналов в теле. Сила Титана активизировалась. Тут же вспыхнуло давление. Изменённые, что были внутри начали пятиться. А ведь это всего какие-то жалкие крохи от моей былой мощи.
Увеличил давление. Энергия расходилась от меня волнами. Одна за другой и била по тем, кто когда-то был человеком. Удар. Ещё и ещё.
— Подчиняйся! — мой голос не звучал, а вибрировал в этом помещении.
Ядро внутри него дрогнуло, как огонь в фонаре, когда открывают дверь. Инстинкт, который был заложен раньше всех артефактов и всех хозяев. Инстинкт, который не обманешь меткой на ошейнике, потому что он старше любой метки.
Он разжал хватку.
Медленно. Палец за пальцем, потом рука опустилась. Потом — сантиметр за сантиметром — тело склонилось вперёд. Он опустился на колено.
Я протянул вторую руку, нащупал ошейник. Артефакт внутри засветился, реагируя на чужое прикосновение. Вложил в пальцы Землю и сжал. Металл ошейника лопнул в трёх местах сразу. Артефактная вставка погасла. Ошейник упал на пол клетки.
Я отошёл на шаг. Подобрал кольцо ошейника с пола через прутья. Осмотрел — магическая метка Медведевых, выжженная в металле. Бросил в угол.
Первый стоял на колене и смотрел вниз. Оранжевые глаза теперь были спокойны.
Второй у следующей клетки уже видел всё.
Он тоже схватился за прутья, но по-другому. Не с тем агрессивным рывком, что у первого, а с тем напряжённым ожиданием, которое я читал как вопрос. Что это было? Кто это? Почему первый больше не рычит?
Я подошёл ко второй клетке.
Второй был крупнее первого. Шире в плечах, ниже ростом, с теми пропорциями, которые говорили о другой базе для изменения. Разные люди давали разные основы, и то, что из них вырастало, отличалось, как отличается результат одного и того же рецепта на разных кухнях.
Он не хватал руку. Смотрел.
Я не торопился с ним. Выпустил силу Титана без прикосновения и приказал. Он согнулся медленнее первого. Ошейник лопнул так же.
Третий дался сложнее. Он бился о прутья минуту, пока ядро не дрогнуло и он сломался.
Потом четвёртый — быстрее. Пятый — ещё быстрее, потому что уже видел пятерых на коленях и делал собственные выводы. Шестой, седьмой, восьмой, девятый. К десятому хватки не было вообще. Он просто смотрел на меня через прутья, пока я подходил. И когда я добрался до замка его клетки, он уже стоял на колене, не дожидаясь.
Умный. Из всех десятерых — самый быстрый.
Я открыл клетки одну за другой. Они выходили и вставали вдоль стены. Десять чёрных силуэтов в белом подземном свете, рядом друг с другом, молчаливые, с оранжевыми глазами, обращёнными на меня.
Борис появился в дверях. Посмотрел на них. Потом на меня.
— Наши? — спросил он.
— Наши, — ответил я.
— Не чувствую в них разума. — хмыкнул гигант. — Бракованные?
— Нет, что ты… — покачал головой. — Эти как раз очень послушные. Человечности в них малова-то, конечно, но это не проблема.
— Как скажешь! — хрустнул шеей Матросов.
Потом он моргнул медленно. Что-то в его позе изменилось. Как у хищника, который видит сородичей там, где ожидал соперников.
— Уходим, — сказал я. — Сумку с ядрами возьму я. Оборудование? Собери лункеров, пусть возьмут всё, что в коридоре. Этих, — я кивнул на десятерых, — за тобой. Через тоннели обратно к гнезду.
Борис кивнул и пошёл в коридор командовать. Я взял сумку с ядрами, перекинул через плечо и поднялся обратно наверх.
Двор был тихим. Луркеры жрали. Несколько тел охраны лежали там, где упали, и там, куда их притащили твари. Два провала в асфальте зияли, как рты. Стены, которые я поднял у входа в здание, стояли. Только покрытые гарью от огня изнутри, но целые. Пожар на первом этаже догорал, дым теперь шёл бледный, почти прозрачный — нечему было гореть, кроме мелочи.
Я осмотрел двор. Всё работало как задумано. Когда Борис направился глубже разбираться с сильными магами, я отправил мысленный приказ, усиленный силой Титана. Двадцать лункеров поспешили ему на помощь.
Остальное было лишь вопросов времени. Какие бы не были маги, но закрытое помещение. Много тварей, что сильнее их и регенерируют. Так что людям Медведевых просто не повезло.
Ожидали нападения Змеевых, военных, СКА, но не гигантов и не в таком количестве. Вот так уровень за уровнем их лаборатория исчезла. Лункеты уже тащили оборудование в канализацию. Борис руководил, а новые изменённые прикрывали.
Улыбнулся и огляделся ещё раз. Хорошее зрелище.
Остатки моих подопечных начали уходить под землю, один за другим, через провалы. Я поднял один из оставшихся кусков металлической пластины, нашёл ближайший провал и прикрыл его сверху. Потом следующий и все остальные.
На случай если вдруг кто-то очень сильно захочет спуститься за нами. Оставил единственный путь — канализацию. Посмотрел на свои руки. Магия земли слушалась куда лучше. Материализация работала быстрее и плотнее.
Медведевым придётся поломать голову, чтобы понять, что тут произошло и главное… Кто же это был? А я? Получил пополнение армии гигантов. В ходе операции погибло всего два лункера. Но их тел не осталось. Даже без моего приказа собратья всё прибрали за павшими.
