– Я, Ингемар, герцог и хранитель Горного щита, решаю и постановляю, что лорд Ойвинд не достоин быть хранителем.
– Я, Элиссар… что?
Лис уставился на угрюмое лицо горца. Тот криво улыбнулся:
– А пусть сначала докажет, что достоин. Чтобы потом не снимать.
– Хорошо, – устало кивнул Себастиан. – Это резонно. Все свободны. Кроме тебя, Лис.
Ойвинд и Ингемар вышли, и Серебряному герцогу показалось, будто он услышал, как последний проворчал: «профанация какая-то». Но вряд ли горец знал такие слова.
Король откинулся на спинку трона и посмотрел на друга:
– Лис, что я делаю не так? Почему всё рушится? Понимаешь, они все, все были недовольны политикой моего отца. Все вспоминали старые добрые рыцарские времена, а теперь? Разве Ингемар стал бы возражать королю Ульвару? Да, богиня, конечно, нет! Они все сдали ему щиты, в их герцогствах правили наместники короля, а не они. Я вернул им права их родов, и что? Где их честь и верность? Они все думают только о себе!
Элиссар встал и присел рядом, на край стола.
– Я тебе верен.
– Знаю. Но, кажется, только ты и верен. Ты давно получал чайку от Риана? Он словно пропал. Не понятно, что на море вообще происходит.
– Давно. Знаешь мне… Я тут нашёл письма твоего отца к моей матери. Похоже, король Ульвар очень ценил её мнение. А ещё я видел планы университета, дорог и много всего такого. Мы с тобой новички в вопросах управления. Давай я напишу маме? Может она чего-нибудь подскажет?
– Зачем? – Себастиан изумлённо уставился на побратима.
Лис пожал плечами:
– У нас не самые простые отношения. А когда я узнал, что она была фавориткой твоего отца… Ну, я погорячился, и теперь мы не разговариваем. Восемь месяцев уже. Но княгиня Джайри давно в политике, она в ней даже больше, чем мой отец. Это только выглядит так, что княжеством правит Золотой дракон. А на самом деле, я знаю, князь Шэн -- он… Ну он любит поэзию. Картины и всякое такое. Всё решает моя мама.
– И твой отец с этим смирился?
– Скорее смирился с тем, что должен быть князем. Мне кажется, дай ему волю, и отец бы уехал куда-нибудь в восточную степь. Ловил бы рыбу, жарил бы её на костре и читал бы свои книги. Насколько я понял, он и князем-то стал ради мамы.
Себастиан рассмеялся.
– Да уж. Чтобы ради любимой женщины отрекались от престола, я слышал. А чтобы ради неё всходили на престол – нет. Но, знаешь, я всё же лучше со своей матерью посоветуюсь.
– Да, ты прав.
– Тем более, что всё равно ей нужно написать. Необходимо, чтобы Иарлэйт тоже собрал войско медведцев. Этот Тигр… Все говорят про его отца, но… Либо я слабее собственного, либо Джарджат превосходит своего. И ещё… Что там с Красным замком? Бэг мне сообщил про каких-то узников, и что ты грозился их повесить.
«Ну да, – мрачно подумал Элиссар, – было бы странно, если бы Бэг не сообщил».
– Видишь ли… на твою невесту… э-э… напали… немного. Я вмешался.
– Что? В смысле, напали? Где она?
Себастиан вскочил. Элиссар отвёл глаза.
– Всё уже хорошо. Баст… Тебе не о чем тревожиться.
– Где она сейчас? Она жива? Что с ней?
– Отделалась испугом…
– Я хочу её видеть. Она дома? Говорил же…
– Астра дома у меня.
Король удивлённо посмотрел на Элиссара.
– Почему?
– Ну… – Лис отвёл взгляд. – У неё синяк…и… Я подумал, что тебе не стоит этого видеть…
Себастиан побледнел.
– Её били? Богиня!
Он бросился в двери, но побратим перехватил.
– Стой! Себастиан, нет. Тебе нельзя.
– Почему?
– Потому что, если бы это была моя невеста, я бы всех убил. А ты – король, тебе нельзя.
– Синяки? – прошептал монарх. – Лис… Скажи честно, что с ней?
– Скажу. Если пообещаешь, что возьмёшь себя в руки. И что без моего разрешения не ворвёшься в Серебряный особняк
Король дико посмотрел на него.
– Ты тоже решил мне ставить условия?
– Это просьба. Но обязательная. Послушай, Баст, с ней правда всё хорошо сейчас. И действительно Астра отделалась одними синяками. Зрелище так себе, честно, но это ерунда. Заживёт быстро. Я просто боюсь, что если ты увидишь эти кровоподтёки, то потеряешь самообладание. А этого сейчас совершенно не нужно. Да и вообще не нужно.
– Хорошо, – прошептал Себастиан, стискивая кулаки. На щеках его заходили желваки, брови сдвинулись.
– Понимаешь, женщинам свойственно иначе переживать свадьбу, чем нам. Зачастую её приближение их пугает…
***
Небольшой отряд из ста человек мчал по северной дороге, не останавливаясь, всю ночь, и лишь утром сделал вынужденный привал. Могучий герцог Ингемар тяжело спрыгнул с коня. Запустил пальцы в клочковатую рыжую бороду.
– Ваша светлость, – к нему подошёл один из лордов, – лагерь можно разбить на том холме. Через шесть часов мы будем готовы отправиться в путь. Но… а что будет дальше?
– Дальше? А вот пусть сами разбираются. Никогда такого не было, чтобы войска одного герцога ходили под стягом другого. Даже король не имеет права отдавать такие приказы.
– Ну а если Элэйсдэйр победит Тигра? Они же атакуют Горы?
Ингермар хмыкнул, насупился:
– Не атакуют. Я Ильзу напишу. Южный ветер нас защитит.
– Но ведь тогда…
Герцог пожал плечами и пнул какой-то серый камень. «Надо же, медвежий, – удивился мимолётно. – Эх, а ведь когда-то был магическим…»
– Медовики тоже люди. И, кстати, умеют соблюдать договора и законы. Не то, что некоторые…
Солнце поднималось над стелющимися туманами. Огромное, багровое, словно раскалённое яростным ветром запада.
Глава 18. Тараканчик
Тайгане не спалось, она то проваливалась в какой-то тягучий, манящий сон, то просыпалась тяжело дыша. Ей было страшно. Что будет, если Джарджат разгневается, что без его ведома у него забрали невесту? Что, если молодой Тигр влюблён в неё? Ярость шаха могла оказаться страшной.
– Ну и что? – шептала она себе. – Против отца он точно не пойдёт!
И лежала, смотрела в стрельчатый потолок, напоминающий свод пещеры, нависающей сталактитами. Завтра должны были привезти принцессу Севера. Интересно, какая она? «Она могла быть мне сестрой…». Но пусть лучше станет рабыней. Сестёр у Тайганы и так много.
Султанша закрыла глаза и вдруг услышала тихий шелест: «Приходи в сад… я жду тебя…». Снова уставилась на потолок. Но нет – тихо. Странный сон! Тайгана вдруг вспомнила, что всю ночь ей снился именно сад.
Встала, запахнулась в халат. Зевнула. Бояться нечего. Вокруг – полно охраны. Не той, при которой убили султана. Эти – из числа воинов Джарджата Старшего, Тигра песков. А в сад выйти хотелось до безумия: в спальне было душно, несмотря на распахнутое настежь окно.
Пальмы встретили повелительницу тихим шелестом. Воздух словно наполнился запахом моря, хотя до него было очень далеко. Девушка прошла и села на бортик фонтана. Плеснула рукой. Давно надо было выйти, здесь хоть дышать можно…
– Закричишь – убью.
Тайгана подскочила, испуганно глядя на чёрную мужскую фигуру. Спохватилась, накинула на лицо чадру. Незнакомец тихо рассмеялся.
– Прости, благословенная, мою грубость, – заметил весело, – но и правда убью, если потревожишь стражу.
– А если нет?
– То нет. Не бойся меня. Я пришёл только поговорить.
Султанша подумала и решила, что выбора у неё нет. Снова опустилась на край мраморной чаши.
– Говори.
– Я пришёл предложить тебе союз.
– Угрожая моей жизни?
Мужчина развёл руками:
– Ну, честно признаюсь: свою жизнь я люблю больше, Зайчик. Я – Лаариан, Западный ветер, герцог и хранитель Морского щита.
Девушка снова вскочила. «Он точно меня убьёт» – подумала испуганно, прижала ладонь к горлу.
– Хотел бы убить – убил бы. У тебя окно открыто, – весело заметил тот.
– Что тебе нужно?
– Ты знаешь, что такое – любовь?
В памяти всплыли насмешливые чёрные глаза, и мягкие губы, нижняя из которых была шире верхней…
