— Насчитал тридцать человек, как и говорил, — прошептал я. — Двое на каждой вышке. Шестеро патрулируют периметры сзади здания. Остальные раскиданы по постам на периметре и в пристройке несколько человек видимо в качестве охраны рабов…
Я прищурился, пытаясь использовать зрение. Глаза резануло, в висках застучало, но картинка вдруг стала прозрачной, словно я смотрел через мутный рентген.
— Вижу бараки, Фрэнк… — мой голос дрогнул. — Там люди. Много. Лежат на двухъярусных нарах. В углу… там дети, Фрэнк. Маленькие. Сидят на полу. У них на ногах цепи.
Я почувствовал, как кулаки сжались сами собой, а под ногами хрустнул гранитный валун, превращаясь в крошку. Внутри меня взревел океан янтарной ярости. Все мои попытки «быть нормальным», все тренировки по контролю — всё это полетело к чертям.
Фрэнк почувствовал мой настрой. Он положил тяжелую ладонь мне на плечо, и в его хватке было столько же стали, сколько и в словах.
— Держи себя в руках, Уотчер. Нам нужен холодный расчет, а не истерика. Если сорвешься раньше времени — они начнут стрелять по баракам. Ты этого хочешь?
Я глубоко вдохнул, заставляя сердце биться медленнее. Гул в ушах стал тише.
— Нет.
— Тогда слушай план еще раз. Я занимаю позицию здесь, на хребте. Моя задача — связь и внешние вышки. Как только я дам первый выстрел, я вырублю основной трансформатор. У тебя будет «окно» тишины. Ты входишь с востока. Твоя приоритетная цель — те, кто ближе всего к баракам. Не дай им войти внутрь. Понял?
— Понял.
— И еще, Ви, — Фрэнк достал из-за пазухи тот самый баллистический окуляр, который он отдал мне в баре, и посмотрел на мои новые очки. — Если увидишь того парня с медленным сердцем — не геройствуй. Отработай по нему на скорости. Если он мета, он может быть готов к твоему появлению.
Я кивнул, надевая очки и затягивая ремешок.
— Встретимся внизу, Фрэнк.
— Встретимся в аду, парень.
Касл начал распаковывать свою винтовку, сливаясь с тенями деревьев. Я же скользнул вниз по склону, превращаясь в черную тень. Гравитация будто подталкивала меня в спину.
Впереди был забор, за ним — рабы Фиска, а за моей спиной — Каратель. Сегодня «система» не просто даст сбой. Сегодня она захлебнется собственной кровью…
Долго не думал, оружие решил не использовать, нахрена оно мне?!
Я зачерпнул горсть щебня у подножия холма. Камни были острыми, серыми, бездушными — идеальный калибр.
Я сосредоточился, чувствуя, как энергия перетекает в кончики пальцев. Для обычного человека это был бы просто щелчок. Для меня — это работа электромагнитного ускорителя.
Взвих — щелк!
Первый камень ушел с сухим свистом, преодолевая звуковой барьер на дистанции в тридцать метров. Часовой на восточной вышке даже не успел вскинуть карабин. Камень вошел ему точно в переносицу, превращая затылок в кровавое облако. Тело обмякло, сползая по перилам.
Щелк! Щелк! Щелк!
Я двигался вдоль забора, методично «выщелкивая» патрульных. Камни пробивали тактические шлемы, как яичную скорлупу. Я не чувствовал жалости. Глядя через стены на детей в цепях, я чувствовал только холодную, расчетливую пустоту. Эти люди не были солдатами. Они были надсмотрщиками. А надсмотрщики заслуживают только одного.
Глухой, едва слышный хлопок винтовки Фрэнка с холмов стал финальным аккордом. Трансформаторная будка на въезде полыхнула снопом искр, и прожекторы, ослепительно мигнув, подохли.
Мир погрузился во тьму…
— Пора, — выдохнул я.
Рывок.
Земля под моими берцами взорвалась фонтаном дерна. Ветер ударил в лицо с такой силой, что кожа на скулах натянулась. Всё вокруг замерло. Капли росы, сорвавшиеся с веток, повисли в воздухе, как хрустальные бусины. Я видел, как медленно, мучительно медленно падает гильза из винтовки Касла где-то там, на хребте.
Я ворвался на территорию завода.
Охранник у входа в первый барак только начал открывать рот, чтобы крикнуть. Я прошел мимо него на скорости, просто выставив локоть. Его шея хрустнула, как сухая валежина. На моем счету было уже тринадцать. Тринадцать тел, которые больше никогда не причинят боли.
Фрэнк возник из теней через минуту. Он не бежал — он шел, но шел так быстро и уверенно, что казалось, будто пространство само сокращается под его шагами. Его лицо было забрызгано чем-то темным, а в руках он сжимал дробовик ствол которого еще дымился, винтовка за спиной и уже в футляре.
Мы встретились у входа в центральный распределительный цех. Запах… этот запах я не забуду никогда. Металлический, приторно-сладкий аромат свежей крови смешивался с запахом пороховой гари и сырой земли. Фрэнк глубоко вдохнул, и его ноздри затрепетали.
— Двенадцать моих, — коротко бросил Касл. Его голос был хриплым, наполненным первобытным удовлетворением. — Чисто сработал, Уотчер. Камни — это изящно.
Он подошел ближе, и я увидел, как на его губах играет жуткое подобие улыбки. Он буквально впитывал атмосферу бойни. Для Карателя это было очищение.
— Слышишь? — Фрэнк кивнул в сторону главного ангара. — Крысы начинают метаться. Осталось еще семеро. И тот… с медленным сердцем.
Я прислушался. Внутри ангара кто-то лихорадочно перезаряжал оружие. Но один звук выделялся вне здания… Тяжелый, размеренный стук. Ту-дум… Ту-дум… Слишком медленно. Слишком мощно.
— Он там, — я указал на массивные стальные ворота. — Ждет нас. И он не боится.
Фрэнк перезарядил дробовик, и этот звук в тишине прозвучал как лязг затвора гильотины.
— Хорошо. Не люблю убивать тех, кто только скулит. Идем, Ви. Доделаем это.
Мы шагнули к дверям, оставляя за собой дорожку из гильз и кровавых отпечатков. Впереди была последняя точка в этом списке.
Глава: Столкновение с гранитом
Фрэнк вошел через центральные ворота так, словно этот ангар принадлежал ему по праву рождения. Тяжелые ботинки гулко били по бетону, а ствол дробовика смотрел в пол. Оставшаяся шестерка наемников тут же взяла его на прицел. Они были напуганы, их стволы дрожали — они уже слышали, что произошло снаружи.
Фрэнк остановился в десяти метрах. Он медленно поднял голову, и на его лице проступила та самая маска пафосного хладнокровия.
— Вы совершили ошибку, когда согласились на эту зарплату, — Фрэнк процедил слова сквозь зубы, готовясь к долгой тираде о грехах и расплате. — Этот лагерь станет вашим последним…
Я сидел на балке под самой крышей. Моя рука сама собой взлетела к лицу. Хлоп. Громкий шлепок ладонью по лбу эхом разнесся под сводами.
— Серьезно? — прошептал я. — Комиксные стереотипы не стереотипы ни разу. Они реально стоят и треплются. Убей из уже!!!! Ахййй черт возьми…
Я не стал ждать.
Рывок.
Мир замедлился. Я сорвался с балки черной молнией. Трое наемников слева даже не поняли, что смерть пришла сверху. Я приземлился точно между ними, и инерция моего веса превратила их в кровавый фарш за одну миллисекунду. Пыль и брызги бетона взметнулись вверх.
Фрэнк, поняв, что время для цитат закончилось, вскинул дробовик и в два выстрела снес головы оставшимся троим, которые в ужасе пытались развернуться ко мне.
— Ты какого хрена устроил???
— Хотел. А?
Тишина воцарилась в ангаре всего на секунду. И в эту секунду я услышал его.
Ту-дум… Ту-дум…
Тяжелое, неестественно медленное сердцебиение.
БА-БАХ!
Задняя стена ангара не просто треснула — она взорвалась внутрь. Глыбы бетона и куски арматуры пролетели через весь зал, как снаряды. В проломе, окутанный пылью и лунным светом, стоял он.
