В реальности прошло всего несколько секунд.
Гробовщик стоял надо мной, возвышаясь серой тенью на фоне горящего леса. Его тяжелые пальцы сомкнулись на моей шее, поднимая обмякшее тело над землей.
— Ты позволил мне почувствовать то, чего я не чувствовал уже очень давно… БОЛЬ, — проскрежетал он, и в его голосе впервые прорезалось нечто похожее на уважение. — И за это я сделаю всё быстро. Без боли для тебя, малёк.
Он начал сжимать пальцы. Я услышал, как протестующе затрещали мои шейные позвонки. Сознание возвращалось толчками, вместе с обжигающим, нечеловеческим давлением за глазными яблоками.
Мир вспыхнул.
Я распахнул глаза, и из них вырвались два столба ослепительно-синего пламени. Это не был красный лазер, который я видел в фильмах. Это был поток чистой, высокотемпературной плазмы, гудящий от ярости.
Тепловое зрение ударило Гробовщику прямо в лицо, туда, где уже зияла трещина.
Лонни взревел. Этот крик, полный первобытной агонии, пронзил ночную тишину Монтаны, заглушая треск пожара. Он отшатнулся, выпустив мою шею, и схватился за то, что осталось от его головы. Его каменная кожа плавилась, превращаясь в шипящую лаву.
Я рухнул на колени, тяжело хватая ртом воздух. Моё зрение было залито синим, голова раскалывалась, но я заставил себя двигаться. Предохранители сорвало окончательно. Я больше не был «наблюдателем». Я был палачом.
Рывок.
Я не дал ему времени восстановиться. Сократив дистанцию за миг, я вложил весь остаток своих сил и гравитации в один короткий, яростный выпад.
Удар коленом пришелся точно в челюсть, снизу вверх.
Всё произошло в абсолютной тишине. Гравитационное искажение поглотило звук. Я почувствовал, как сопротивление его шеи исчезает, как рвутся сухожилия и ломается позвоночник, который секунду назад казался неразрушимым.
Голова Гробовщика оторвалась от плеч и улетела в темноту леса, срезая верхушки кустов. Тело Лонни еще мгновение стояло, покачиваясь, а затем тяжело рухнуло в грязь. Пыль осела.
Я стоял над обезглавленным трупом монстра, который считал себя неуязвимым. Мои глаза всё еще искрили синим, обжигая лицо, а из груди вырывался рваный, хриплый пар.
— Без боли, прошептал я, сплевывая густую кровь. Как и обещал.
Я посмотрел на свои дрожащие руки. Синие искры медленно угасали. В лесу было тихо. Слишком тихо. Где-то там, за деревьями, Фрэнк вел людей к спасению, а здесь, в овраге, закончилась история одного из самых страшных инструментов Уилсона Фиска.
Я развернулся и, пошатываясь, побрел на свет пожара. Мне нужно было найти Касла. Мне нужно было убедиться, что всё это было не зря.
Глава 8/4. Когти или Беретта??
Мы сидели на краю крыши, глядя, как первые лучи солнца окрашивают верхушки сосен в цвет запекшейся крови. Городок внизу медленно просыпался от кошмара, оглашаемый сиренами спецслужб.
— Всех спасли, вроде бы..
— Да, вывел всех, некоторые с ранениями, истощенные. Их нервная система на столько убита что каждый лишний шорох и громкий звук пугает их. Дети чуть получше в плане психики, я думаю тут все дело в том что они дети и некоторые моменты происходящие в заключении они не понимали и не с чем было сравнивать, у нех есть ещё шанс забыть весь тот ужас.
— Хорошо бы чтобы дети забыли это все..
— Есть одно но Уотчер..
— Хренов Фиск не оставит это просто так, Фрэнк вытирал ладони, глядя на свои почерневшие от пороха пальцы. Но мы знали на что шли, не так ли. Гробовщик был его любимым питомцем и инструментом. И он не забывает обид, мало кто может нанести ему такую травму, мы на верном пути. И теперь Кингпин понимает, что в этой игре появился кто-то, способный играть в эту игру так же хорошо как и он. Толстый хрен в пиджаке объявит на тебя охоту, точнее на нас обоих.
Я чувствовал, как внутри постепенно утихает гул. Зрение прояснилось, но в костях всё еще зудело от того колоссального выброса энергии.
— Пусть объявляет, тихо ответил я.
— Он прислал тридцать профессионалов и каменного монстра. И где они теперь? Гниют в том месте где осталось ровным счётом ничего?!
В лесу догорает всё, что он строил годами. Я не собираюсь прятаться от него, Фрэнк, я делаю уничтожить этих ублюдков, и если он хочет войны, я принесу её к дверям его пентхауса..
— Смело, Касл криво усмехнулся. Но ты теперь не просто парень из бара… Ты цель номер один. Ты засветился так, что тебя из космоса видно. Тебе нужны союзники, Ви. Те, кто не будет читать проповеди, как Мёрдок, а просто нажмет на курок вместе с тобой.
Я хотел ответить, что привык справляться сам, но мой слух вдруг поймал странный звук… Какого?!?…
Это не был топот берцев или шум улицы, или сердечного удара. Это был металлический щелчок. Чик-чик. Словно кто-то играл со старой бензиновой зажигалкой марки Zippo. А через секунду ветер донес до нас резкий, густой запах дешевого табака и дикого лесного зверя.
Я замер, чувствуя, как внутри снова шевельнулась моя чуйка. Явное ощущение присутствия рядом с нами того кто выше по пищевой цепочке, и гораздо опаснее..
Из глубокой тени за вентиляционной шахтой донесся хриплый, прокуренный голос. Обладатель этого голоса не спешил выходить на свет, он просто стоял там, облокотившись на кирпичную кладку, и судя по звуку, глубоко затянулся.
— Знаешь, Кастильоне, пробасил незнакомец, обращаясь к Фрэнку, я повидал немало дерьма в этих лесах. Видел, как падают самолеты, как медведи задирают охотников… Видел, как лесные пожары сжирают всё живое за считанные минуты, оставляя после себя только пепел и тишину. Видел, как волки рвут плоть, и как люди делают вещи куда более мерзкие, чем любой зверь в этой глуши. Я видел, как в этих горах бесследно исчезают целые отряды, и как земля впитывает кровь, не поперхнувшись.
Он сделал небольшую паузу, выпустив густое облако дыма, которое медленно поплыло в нашу сторону.
— Я видел парней, которые считали себя богами, пока пуля не доказывала им обратное.
Но я никогда не видел, чтобы парень со смазливой мордашкой студента пускал из глаз грёбаную синюю плазму и отрывал башку Лонни Линкольну, как будто это пробка от пива, то, что произошло час назад на лесопилке…
Человек сделал шаг вперед. В тусклом предрассветном свете блеснула пряжка тяжелого ремня и поношенная кожаная куртка. Он выплюнул сигару на бетон и придавил её каблуком, сверкнув глазами из-под густых бровей. От него веяло опасностью такого уровня, что даже Каратель напрягся, положив руку на рукоять ножа.
Человек посмотрел на меня, задержав взгляд на моих руках, которые всё еще слабо искрили синим, и на обломки ангара вдалеке.
— Ну нихрена себе вы тут устроили мать вашу…., процедил он, и в воздухе повисло тяжелое предчувствие новой, еще более опасной встречи.
Интерлюдия: Дикий край
Ночь в лесу держалась уверенно, без суеты. Воздух был густым от хвои и сырости, где-то под корнями тихо текла вода, а старые деревья скрипели, перекликаясь между собой. Лес жил своей жизнью размеренной, хищной и честной.
Логан появился здесь три дня назад. Нет не бегство и не задание а просто желание остаться в стороне. Он латал крышу хижины, варил крепкий, пережжённый кофе, ругался на собственные суставы и спал так, как привык: чутко, вполглаза.
Здесь никто не ждал приказов и не требовал ответов. Это его устраивало.
До тех пор, пока лес не подал знак….
На рассвете третьего дня запах был чужим… Не такой как всегда… Кровь успела остыть, мясо начать портиться. Не вспышка насилия, а ленивое, безразличное убийство ради забавы, чтобы получить удовольствие.
