— Семён… — пробормотав в очередной раз имя напарника, нахмурился Пузырь, стоя на крыльце в одиночестве.
Нехорошее предчувствие закралось в душу, но он так и не решился покинуть пост. Вернулся внутрь, нажал на гашетку радиостанции и проговорил:
— Это пост охраны института, у нас тут небольшое ЧП.
* * *
Иби не выходила сегодня со мной на связь, но я знал — мне сейчас нужно на третий этаж института. Там источник, который глушит мою напарницу. И главное, ведь нужно же понять, для чего всё это и кто за этим стоит.
Друзья помогли мне сюда проникнуть, хотя я ничего толком и не объяснял им. И вот теперь благодаря Жене и Кирпичу я шёл по темному коридору. Внизу переполох, и вряд ли сейчас кто-то смотрит в мониторы с камер третьего этажа. Я не боялся, что меня засекут, но действовать всё равно нужно было быстро.
Один кабинет, второй, третий. Какая-то лаборатория, судя по размерам двери. Жаль, что нет надписей, только номерки. Везде темно и глухо. Лишь кое-где пробивался тусклый свет из-под дверей, наверное, от приборов.
А одна дверь разительно отличалась от остальных. Железная, с кодовым замком. То, что за нею, больше похоже на гигантский сейф, чем на кабинет или лабораторию.
— Ага, — подумал я. — Вот оно. Скорее всего, это здесь.
Я достал из рюкзака компактную фомку, повертел её в руках. Рядом с такой мощной дверью она смотрелась как зубочистка. С этой дверью даже более серьёзным инструментом не справиться. Я сразу понял: дверь здесь как в банке, как в денежном хранилище.
Неправильный какой-то НИИ, хотя по-другому, получается, и быть не могло.
— Так, так… что же делать? — пробормотал я.
И тут меня осенило. Рядом оказался электрощиток с рубильниками. Металлическую дверцу этого шкафа я взломал фомкой без особого труда и сразу вырубил электричество на этаже. Конечно, сама дверь от этого не откроется, у замка наверняка есть резервное питание, накопитель, а может, и аварийный генератор на всё здание. Но пока генератор включится и подача электричества восстановится, у меня есть несколько минут. И главное — это даст шанс Иби.
Шалость удалась. Свечение, что тлело из-под некоторых дверей, погасло. Приборы потухли.
— Егор… я здесь, — раздался голос напарницы. — Слава богу. Я ещё жива.
— Ты как?
Конечно, она не человек и заболеть не может, но я не знал, как иначе спросить её. И потом, её отсутствие действительно… ощущалось.
— Скорее, — продолжила она. — Нужно торопиться, пока нас не заметили. Скоро включится резервное питание, и глушилка снова меня задавит.
— Говори, что делать, — сказал я. — Как попасть внутрь?
— Нужны зажигалка и бумага. Есть?
Я вытащил зажигалку из кармана, из рюкзака достал блокнот и вырвал листок.
— Сожги бумагу. Пепел разотри и посыпь им кнопки замка.
— Зачем это? — спросил я.
— Некогда объяснять. Делай, Егор, прошу! Скорее!
Ладно. Теперь уж поздно было сомневаться. Я поджёг листок, дал ему догореть, растёр пепел пальцами и посыпал кнопки замка.
— Теперь дуй на пепел, — сказала Иби. — Чтобы сажа налипала на клавиатуру.
Я подул. Сажа легла неровно, сразу стало видно: она прилипла только к тем кнопкам, на которые чаще всего нажимали. На них проявились тёмные пятна — следы от пальчиков, невидимые до этого.
— Вот они, — тихо сказала Иби. — Клавиши доступа. Четыре кнопки: два, шесть, восемь и девять. Код состоит из этих цифр. Я прокручиваю все возможные варианты и анализирую.
— И сколько их? — спросил я.
— Для четырёхзначного кода без повторений это факториал четырёх, — ответила она. — Двадцать четыре возможных комбинации.
— Мы же не будем перебирать все? — сказал я. — Времени не хватит.
— Приблизь глаза к кнопкам замка, — сказала Иби. — Я хочу разглядеть следы. Провожу анализ.
Я наклонился ближе.
— Ну?
— Видишь смазанные следы? — продолжила она. — Сажа налипла именно там, где палец скользил. Вот эту кнопку нажимали первой, затем эту, потом эту. А последней — девятку, на ней точечные следы. Попробуй код восемь-два-шесть-девять.
Я нажал — не подошло.
— Ещё раз, — сказала Иби, — меняю порядок.
Я пробовал несколько комбинаций, которые она диктовала, пока, наконец, дверь не щёлкнула и замок не разблокировался.
— Есть, — выдохнул я, проскользнул внутрь и захлопнул за собой дверь. — Ты запомнила код? А то я уже не помню, столько всего нажимал.
— Конечно, — ответила Иби.
Я оказался внутри лаборатории. И огляделся, честно говоря, с немалым любопытством. Помещение напоминало закрытый экспериментальный зал: вдоль стен стойки с серверами, массивные блоки питания, несколько мониторов с бегущими графиками и диагностическими окнами, толстые кабели уходили в пол и потолок, а в центре стоял основной модуль — громоздкий вычислительный комплекс.
— Вот! — воскликнула Иби. — Видишь эту железную коробку? Это и есть блок подавления. Я чувствую сигнал оттуда.
Я посмотрел на экранированный кожух с активным охлаждением. Судя по всему, именно он глушил сигнал Иби.
— Ну ни хрена себе махина, — пробормотал я, вздохнул и замахнулся монтировкой.
— Подожди, — сказала Иби. — Нам нужно сначала понять, кто за всем этим стоит. Вытащи из него жёсткий диск.
— Где он?
— Вон там, — ответила она. — Но сначала обесточь.
Я снова замахнулся монтировкой.
— Не так, — остановила Иби. — Просто выдерни шнур.
Я огляделся и выдернул вилку из бесперебойника размером с огромный чемодан.
Массивный шнур брякнулся о пол, прибор погас. К счастью, ничего не завопило. Я вскрыл бокс монтировкой, достал оттуда жёсткий диск и убрал его в рюкзак.
— Теперь, сказала Иби и вдруг замолчала, так что я уж подумал, что наши манипуляции с блоком не помогли. Но нет, оказывается, просто она сомневалась, потому что через пару секунд ответила с характерным вздохом:
— Теперь пора устроить пожар. Как ты и планировал.
Я кивнул, достал из рюкзака пластиковые бутылки с бензином, тщательно полил оборудование, стойки, пол, и всё, что могло загореться, и чиркнул зажигалкой.
— Понимаю, тебе идея разрушения не нравится, но делать нечего, — в последний момент произнёс я.
Вспышка — и стало светло, слишком светло для такой ночи.
Я выскочил в коридор. Снизу уже доносился топот, и явно не одной пары ног: к охране прибыло подкрепление.
— Чёрт, уходим, — сказал я.
— Я подключилась к камерам наблюдения в здании, — быстро проговорила Иби. — Они по левой лестнице движутся. Давай на правую. С правого крыла.
Я рванул туда.
— Стоп, стоп, Егор! — резко сказала она. — К стене. Вернись сюда.
Я послушался. Иби вела меня буквально шаг за шагом, и в итоге те, кто меня преследовал, каждый раз опаздывали на секунду. Они не понимали, куда это я исчезаю в последний момент в этих запутанных коридорах, и никак не могли меня окружить.
Я добежал до первого этажа, заскочил в туалет. Окна здесь тоже были зарешёчены. Но по правилам пожарной безопасности эти решётки были не глухие, а со створками, запертыми на навесной замок.
Навесной замок — идеальная цель для орудия взлома рычажного действия. Фомка, короче говоря, подошла как родная. Я просунул её между корпусом и дужкой, навалился всем телом.
Хруст. Звон.
Замок разлетелся: дужка в одну сторону, корпус в другую. Решётка распахнулась. Я перемахнул через подоконник и спрыгнул на землю.
— Вон он! — заорал кто-то.
У выхода стояли ещё трое охранников.
— Стой! Стрелять буду!
«Не стою», — мелькнуло в голове. — «Стреляйте».
И я рванул что есть мочи, так, что в ушах свистел ветер.
* * *
Бежать долго не пришлось. Из-за угла вынырнула моя «Волга» со скрученными номерами и с визгом шин остановилась прямо передо мной. Пассажирская дверь распахнулась, за рулём сидел Кирпич.
Всё в той же толстовке, в которой пошёл «грабить» Женю.
— Скорее! — прокричал он.
