— Кому ещё надо подрывать правоохранительную систему в нашей стране? — пробурчал я. — Только тем, кто здесь не живёт и жить никогда не будет. Похоже, тут ФСБшников подключать надо.
— С этим нужно аккуратно. У него связи во всех структурах и на всех слоях власти, — сказала Иби. — Вот смотри.
Перед глазами всплыли изображения.
— Здесь он здоровается за руку с помощником президента. Вот здесь — на закрытом банкете. Вот на заседании совета безопасности. В общем, без твёрдых доказательств и улик тебе никто не поверит.
— Да, согласен, — задумчиво произнёс я. — И как же его подловить, интересно…
Я откинулся на спинку кресла.
— Сегодня, кстати, кражи надо отрабатывать еще. Несколько электросамокатов стырили свободным доступом, уже серия получается. И при этом ещё МВД спасать. Прямо разрываюсь, Иби.
— Самокаты можно сгрузить на Эльдара и Игоря, — подсказала Иби. — Ты теперь старший опер. Можешь им давать задания.
Я оглядел кабинет. Было тихо, только кулер жужжал в системнике.
— Игорь на смене, — сказал я. — На сутках. А Эльдар в отпуск свалил. Лето в самом разгаре. Он говорит, что всегда летом уходит. Хитрый. Самый хитрый наш оперативник.
Я помолчал и добавил:
— Ладно. Самокаты подождут. Сегодня вечером надо съездить к гостинице, где живёт Кольев. Посмотреть, кто к нему приходит.
— Я готова следить.
— Ты сможешь подключиться к камерам гостиницы? — спросил я.
— Да, — ответила Иби. — Но только если ты будешь в пределах зоны доступа покрытия Wi-Fi отеля. Мне нужен физический контакт с сетью.
— То есть мне надо быть там?
— Да. Тогда я смогу подключиться.
— Хм… Может, там вообще номер снять, — задумался я. — Если машина там будет маячить, это заметно.
— Это было бы лучшим вариантом, — сказала Иби. — И лучше это сделать прямо сейчас.
Я зашёл в банковское приложение на телефоне, посмотрел остатки зарплаты.
— М-да, — выдохнул я. — Кот наплакал. Денег на номер не хватит, а санкции у меня нет и не будет.
— Я могу попытаться взломать их систему, — сказала Иби. — И раздобыть электронный ключ от любого номера. Разблокировать тебе дверь. Во всяком случае, я попробую так сделать.
— Хм, а это мысль, — сказал я. — Тогда поехали в гостиницу прямо сейчас. Нужно подключиться к камерам.
И только я встал из-за стола, как дверь распахнулась.
В кабинет вошёл начальник ОВД собственной персоной. За ним семенил парнишка. На вид лет чуть за двадцать, а может, и за тридцать. Лицо у него было такое детское и непосредственное, что возраст в этих чертах как-то растворялся. Оно сияло наивностью и простотой. Сам он был небольшого роста, пухлый, как хомячок, улыбался, округляя розовые щечки, и смотрел на всё восторженными глазами, будто попал в сказку, а не в кабинет оперативников.
— Вот, знакомься, Фомин, — сказал начальник. — Твой новый подопечный. Пётр Коровин.
— Э-э… не понял, — сказал я.
— Что значит «не понял»? — поморщился Валентин Валерьевич. — Бери нового сотрудника. Учи, воспитывай, опекай, так сказать. Сделай из него оперативника.
— Всё равно не понял, — мотнул я головой.
— Так, Фомин, ты у нас теперь старший опер, — нажимал подполковник. — Я за тобой закрепил наставничество. Вот тебе новобранец. Ну как новобранец… бывший участковый. Перевёлся к нам из другого города. Сотрудник действующий, уже аттестован, звание есть, пистолет может получать. Приказ на должность есть. Приказ на наставничество готовится в кадрах. Ты будешь официально его наставником.
— Я? Наставником… — мой голос застрял где-то в гортани.
Я еле удержался, чтобы снова не сказать «не понял». Фраза уже почти вылезла, но я её задавил.
— Ну не я же, Фомин, — устало вздохнул подполковник. — А ты думал как? Старший опер — это не просто к зарплате прибавка. Старший на то и старший, чтобы заниматься младшими.
— Но я же в должности всего ничего, — развёл я руками.
— А это всё формальность. Я в тебя верю. Ты не прибедняйся, ты сейчас лучший сыскарь в отделе. Поэтому я тебе и доверяю новобранца, чтобы…
Он потряс указательным пальцем в воздухе.
— Чтобы другие лоботрясы его не испортили.
Парнишка расплылся в лучезарной улыбке и протянул мне ладошку с короткими пальцами-сосисками.
— Пётр, — сказал он.
— Егор, — ответил я и пожал руку. — Слушай, Петя, выйди, пожалуйста, на секунду.
— Ага, без проблем, — улыбнулся тот и шустренько исчез в направлении коридора, аккуратно прикрыв за собой дверь.
— Я не понял, Фомин, — нахмурился начальник. — Ты это… что себе позволяешь?
Сказал он это скорее с удивлением, чем с наездом.
— Товарищ подполковник, — сказал я. — Давайте закрепим Коровина за кем-нибудь другим. У меня тут столько навалилось…
— У тебя только кражи самокатов висят, — отрезал подполковник. — Чего там «столько»?
Он явно был в курсе моих дел. Значит, подготовился.
Я задумался.
Не скажу же я ему, что разрабатываю генерала Кольева из столицы. Генерала, который, к тому же, связан с ним самим.
— Ну… — начал я придумывать. — Мне ещё надо отработать преступления прошлых лет. Там кое-какие нераскрытые зависли. И показатели с нас спрашивают за прошлые годы. Ещё надо… — я стал загибать пальцы.
— Шоколада, — передразнил начальник.
Он махнул рукой.
— В общем, так. Это не обсуждается. Всё! Принимай пополнение. Ничего не знаю. Дел, говоришь, много. Ну так оно и кстати. Таскай его за собой, бери везде. Быстрее научится. Всё, работай. Не благодари за совет.
Еремеев развернулся и вышел из кабинета. Уже из коридора донёсся его голос:
— Коровин, я не понял, ты что делаешь? В игрушки играешь?
— Извините… простите, — проговорил тот. — Просто самолётик запускаю.
Я выглянул в коридор. Бывший участковый свернул из листочка самолётик и запускал его вдоль стены.
Твою же мать, подумал я. Детский сад, штаны на лямках. Это, наверное, Еремеев мне специально такого напарничка подсадил. Чтобы ослабить меня.
— Зайди в кабинет к своему новому наставнику, — строго проговорил Еремеев. — Он тебе нарежет фронт работы. До дежурства ты пока не допущен. Ты ещё ни фига не умеешь и в оперативной деятельности не смыслишь. Ходи тенью за Фоминым и всё запоминай. Чем ближе будешь к нему держаться, тем быстрее научишься. Ясно?
— Да, да, конечно, — закивал пухлыш.
— Не «да, конечно», а «так точно».
— Да, конечно… так точно, — ещё пуще закивал тот.
— Фух, — выдохнул Еремеев и уже тише добавил: — Если бы не твой отец, ты бы, наверное, к нам не перевёлся. Ну, не посрами своего отца хоть. Оправдай имя. Соберись, Коровин.
— Да я вообще… — пожал плечами новобранец. — Никуда не хотел переводиться. Так получилось.
Еремеев обреченно махнул рукой и ушёл прочь. Новый напарничек поднял на меня глаза.
— Ну что, Егор? — проговорил он, и в голосе его была искренняя надежда. — Ты научишь меня всему?
— Конечно, — сказал я. — Сегодня же и начнём.
В моём голосе не то что звучал, а просто-таки звенел сарказм. Но, похоже, Коровин его так и не уловил.
* * *
— Удивительно. Это просто удивительно, как всё обернулось, — пыхтел Эбель. — Я хочу вам показать кое-что невероятное.
Он семенил по тёмному, уходящему вниз коридору, спускаясь в подвал НИИ. За ним шагал генерал Кольев. Где-то дальше следовал тенью Разумовский.
Лицо у генерала было недовольное. Учёный выдернул его среди рабочего дня, не стал объяснять по телефону, что именно собирается показать, а всё настаивал, чтобы тот приехал лично, мол, не телефонный разговор.
Они вошли в лабораторию.
Толстая дверь с противовзломным механизмом глухо закрылась за ними. Инга Беловская по-прежнему была на кровати без движения. За всё это время она не пошевелила даже пальцем, лежала, словно поваленный манекен. От её головы и тела тянулись тонкие проводочки, уходящие к стойкам аппаратуры.
Ученый что-то объяснял про новую аппаратуру. Генералу было наплевать, что это за приборы. Его интересовал только результат. Он лишь отметил про себя, что приборов стало значительно больше. Как, впрочем, и расходов. Денег на его счетах становилось всё меньше. Он вкладывал в проект свои сбережения. Пусть и заработанные нечестным путём, но всё же свои, кровные, с которыми давно сросся. Это раздражало. Хотелось уже, наконец, увидеть отдачу.
