Осада Кастеллакса (ЛП) - Вернер К. Л.

Железный Воин остался на своём посту, его лицо не выражало эмоций, его внимание было сосредоточено на расчётах скорости и близости. Он наблюдал за орочьими багги и мотоциклами, кружащими вокруг поезда, роящимися, как разъярённые насекомые. Они были для него меньше, чем паразиты. Он жаждал более крупной добычи, той, что отстала слишком далеко. Экипаж маг-двигателя сделает необходимые корректировки. Он ясно дал это понять.

В командном вагоне царило осязаемое напряжение, каждый разум, кроме одного, был охвачен ужасом. Офицеры-янычары не питали иллюзий, что их сверхчеловеческие повелители благосклонны, но до сих пор они не задумывались, что Железные Воины безумны. Собрав все свои силы, черпая из резервов смелости, о которых он и не подозревал, молодой капитан выбрался из-под станции управления огнём. Поднявшись на ноги, он посмотрел в глаза своим товарищам-офицерам, пытаясь передать им частичку своей отваги.

Всё, что он нашёл, — это страх. Другие слишком боялись Железных Воинов, чтобы действовать, цепляясь за хрупкую веру, что через послушание они смогут заслужить своё выживание. На мгновение молодой капитан ощутил то презрение, которое Железные Воины испытывали к низшему человечеству. Мрачно он вытащил лазпистолет, спрятав его за спиной, и направился к станции связи, где болталась палочка на своём шнуре.

— Они снижают скорость, капитан. Нет нужды повторять приказы, — прогремел голос Гамгина, заставив офицера-янычара застыть, когда тот потянулся за палочкой. Его голова резко повернулась, он в ужасе уставился на бронированного гиганта. Железный Воин не пошевелился, его взгляд всё ещё был устремлён на битву снаружи.

Суеверный ужас сжал сердце офицера ледяными пальцами, детские верования о почти божественной природе космодесантников всплыли непрошенными. Блеск разбитого армопласта вернул капитану смелость. В вмешательстве Гамгина не было магии — лишь его отражение в стекле.

— Орки сокрушат нас, если мы замедлимся, — крикнул офицер. — Наши войска едва сдерживают их сейчас! — Он поднял лазпистолет, направив его на гиганта. — Я был на Гамма Пять. Единственный способ спастись — отцепить задние вагоны и оставить их оркам!

Медленно космодесантник повернулся, его холодные глаза впились в глаза капитана.

— Кто сказал, что мы пытаемся спастись? — прорычал он.

Луч шипящей энергии вырвался из лазпистолета, пронёсшись через командный вагон. На краткий миг офицер осмелился поверить, что совершил немыслимое. Он осмелился поверить, что осуществил тайную мечту, запертую в сердце каждого человека на Кастеллаксе. Он осмелился вообразить, что поразил Железного Воина.

Как и все мечты, мечта капитана была лишь тенью и туманом. Он целился в незащищённое лицо Гамгина, и его прицел был верен. Но он не учёл сверхчеловеческие рефлексы космодесантника. Вместо того чтобы прожечь дыру во лбу Железного Воина, лазерный луч рассёк его щеку, обнажив дёсны и зубы под кожей. Изувеченная плоть исказилась в усмешке.

В ослепительной вспышке скорости Гамгин выхватил болт-пистолет и направил его на врага.

— Боль, — прорычал он, нажимая на спусковой крючок. Капитан-янычар закричал, когда взрывной снаряд попал ему в живот, разорвав его тело пополам. Кричащий торс ударился о стену и сполз на пол.

Рёв разочарования Гамгина прогремел из вокс-передатчиков его доспеха. Он чувствовал, как поезд набирает скорость. Трусливый маленький человек нарушил его приказы, а малодушные, управляющие двигателем, собирались обогнать орочье воинство!

Гамгин направился к бронированной двери вагона. Шесть человек требовалось, чтобы запереть массивные двери. Усилие Железного Воина осложнялось тем, что он пытался открыть их против скорости мчащегося поезда, обходя замки и предохранители, установленные дюжиной когитаторов безопасности. Пот стекал с его лба, мышцы горели от напряжения, сервомоторы в доспехах стонали, угрожая заклинить и заморозить его конечности.

Гордость. Долг. Честь. Словно религиозная мантра, три слова задавали ритм в сознании Гамгина, не позволяя ему отступить. Стиснув зубы, Железный Воин удвоил свои усилия.

С визгом ломаемого металла бронированная дверь распахнулась, ударившись о борт поезда, прежде чем её окончательно сорвало собственным весом. Дым, наполнявший вагон мгновение назад, вмиг исчез, поглощённый бушующим ветром от движения поезда. Ошеломлённые люди хватались за поручни, пока ветер рвал их форму и хлестал по лицам. Те немногие, кто успел надеть защитные очки, поспешно повернулись к открытой двери, ища признаки своего убийственного повелителя.

Гамгина там не было.

Не внутри командного вагона.

Бронированные пальцы Гамгина сомкнулись на краю крыши командного вагона, оптика его шлема переключалась между различными увеличениями, пока он поочерёдно направлял взгляд на рои быстрых атакующих машин, кружащих вокруг поезда, и на более тяжёлые орочьи машины, неуклонно отстающие всё дальше.

Железный Воин прижал голову к крыше, когда стрелок сзади алого боевого багги выпустил шквал металлических флешеттов, загремевших по командному вагону. Крики донеслись из вагона под ним, сообщая Гамгину, что орки избавились от нескольких хнычущих Плотей.

Отбросив мысли об офицерах и орках, Гамгин сосредоточился на маг-двигателе впереди. При текущей скорости поезда малейший промах размазал бы его по пустыне, превратив тело в месиво внутри доспехов. Это была не та смерть, которую искал Железный Воин. Гамгин знал о куда лучшей, той, что сотрёт позор его неудачи и сделает его имя легендой.

Собрав огромную силу своего сверхчеловеческого тела, Гамгин оттолкнулся от крыши, преодолев пять метров между вагоном и маг-двигателем. Рукавицы Железного Воина скребли по изогнутой поверхности крыши двигателя, пока инерция поезда тянула его назад. На мгновение казалось, что усилия тщетны, но в последний момент пальцы космодесантника сомкнулись на свинцовом выступе печати чистоты. Годы воздействия загрязнения Кастеллакса закалили печать, придав ей невероятную прочность. На секунду она смогла остановить инерцию Гамгина. Этого времени космодесантнику хватило.

Используя печать как точку опоры, задействовав инерцию собственного тела, Гамгин спрыгнул в отсек маг-двигателя, приземлившись среди пульсирующих силовых катушек и дрожащих поршневых приводов.

Ворвавшись в дверь, отделяющую отсек от кабины управления, Гамгин ворвался к своей цели. Ужаснувшийся экипаж уставился на гиганта, их лица исказились в почти комичных масках шока. Железный Воин выбрал ближайшего человека, размазав его мозги по кабине выстрелом из пистолета.

— Кто ещё хочет оспаривать мои приказы? — прорычал он остальным членам экипажа. С непристойной поспешностью рабы бросились к управлению, снижая магнитный импульс. Гамгин тут же почувствовал, как поезд замедляет ход.

— Выживание — награда за послушание, — сказал Железный Воин побледневшим людям, смакуя каждое слово лжи.

Выстрелы били в бока двигателя — треск автоматного огня, хлопки плазменных зарядов, визг копьеносных гарпунов. Гамгин выглянул через окно из армопласта, наблюдая, как орочьи багги роятся вокруг замедляющегося поезда. Он увидел, как два сооружения из металлолома опрокинулись под напором мчащегося поезда, волочась по его пути из-за тросов, которые их стрелки неосторожно выпустили в двигатель. Янычары на задних вагонах удвоили свои отчаянные усилия отбиться от атак, направляя сокрушительный поток болт-снарядов и лазерных лучей в орду ксеносов. Каждая потеря, казалось, лишь разжигала решимость орков, подстрекая их подбираться ближе к мчащемуся поезду, побуждая увеличивать темп их собственного огня.

Более тяжёлые орочьи машины теперь приближались.

Боевые фургоны и грузовики держались наравне с поездом, забрасывая верёвки и цепи на крыши, чтобы воины-ксеносы могли забраться на вагоны. Янычары отчаянно пытались остановить абордажные действия, но неукротимая живучесть зеленокожих опрокидывала их усилия. Только концентрация огня могла свалить монстров, но, пока они сосредотачивались на одном нападающем, другие успевали взобраться по верёвкам на крыши.