Осада Кастеллакса (ЛП) - Вернер К. Л.

Как только орки пересекут воронку, они окажутся внутри кольца боеголовок, зарытых Ипосом. Разместив ловушки так, чтобы максимизировать их охват, Железные Воины думали создать стену смерти далеко за пределами своей твердыни. Эта тактика задержала бы имперские наземные силы на месяцы. Они ожидали, что орки будут задержаны аналогично. Сама простота мышления ксеносов снова оказалась помехой их планам.

На текущий момент они могли ожидать, что орки достигнут внешних рубежей обороны Вораго через месяц.

Уже доведённые до предела, миллионы рабов, работающих под кнутами Железных Воинов, должны были увеличить производительность.

У них не было иного выбора, если Кастеллакс хотел выдержать осаду.

Зелёная дымка плыла по небесам Вораго, обвиваясь вокруг дымовых труб и отвалов, словно наделённая какой-то мерзкой собственной жизнью. С после взрыва орбитальной боеголовки в небе появилось множество странных цветов и облаков. Взрыв поднял в атмосферу тучи пыли и обломков, элементы, вырванные из глубинных слоёв планеты. Некоторые из этих явлений были удивительно красивыми, озаряя небо оттенками необыкновенной красоты и яркости. Другие были тёмными пятнами, воздушными кляксами, по сравнению с которыми обычные оттенки смога и загрязнения казались чистыми и весёлыми.

Глядя на зелёную дымку, Юйцзянь был поражён её жуткими вихрями. Он почти ощущал, как она источает яд на улицы, разъедая металлическую обшивку жил-загонов и кирпичную кладку складов. Что она делала с простой плотью, об этом он старался не думать.

— Следующий, — слово прозвучало как смертный приговор, которым, по сути, оно и было. Юйцзянь отвёл взгляд от жуткого неба к ещё более ужасной панораме самого Вораго, или, по крайней мере, той части города, которую он мог видеть со своей позиции на огнеупоре.

Огнеупор. Типично обманчивое название. Юйцзянь сомневался, что мегалитическая феррокритовая стена когда-либо предназначалась для сдерживания промышленных пожаров в одном секторе города. Нет, с самого начала Железные Воины строили свои города с прицелом на войну. Каждая улица была гнездом скрытых дотов и бункеров, укреплённые блокгаузы и зенитные башни возвышались над каждым районом. Огнеупоры располагались по стратегическим узлам, поддерживая другие укрепления. По их фасадам были размещены орудийные позиции и ракетные батареи.

В качестве окончательного свидетельства их назначения поверхность каждого огнеупора была испещрена двухметровыми ямами. Одна стена каждой ямы выходила на город, с узкой щелью, вырезанной в феррокрите. В яме было достаточно места, чтобы разместить одного человека с некоторым комфортом.

Естественно, Железные Воины ожидали, что в каждой яме будет по двое.

Длинная очередь рабов постепенно таяла, пока людей отводили и опускали в ямы. Надсмотрщики из разбомбленных заводов и янычары из расформированных полков надзирали за размещением людей и распределением снаряжения. Рабы, насильно зачисленные в ополчение Вораго, были такими же обездоленными, как и остальные: люди из захваченных аванпостов, разрушенных поселений или, как Юйцзянь, из опустошённых районов самого города.

— Следующий, — раздался усталый рык. Человек впереди Юйцзяня шагнул вперёд, подняв руки, пока янычар в форме осматривал его, проверяя, нет ли острых предметов, которыми раб мог бы навредить. Удовлетворившись, солдат кивнул офицеру, командовавшему процессом. Это был темнокожий полковник с начинающей седеть шевелюрой и безжизненными, кукольными глазами, лишёнными малейшего намёка на сострадание или сочувствие.

По жесту полковника раба направили к яме. Тот замешкался, и тут же вперёд шагнул крепкий надсмотрщик, ткнувший в его рёбра раскалённым концом шоковой дубинки. С криком боли раб рухнул в яму.

— Следующий, — прорычал полковник. Юйцзянь шагнул вперёд, подвергаясь унизительному осмотру. Затем настала его очередь направляться к яме. Несмотря на усталость, он заставил себя двигаться быстро, чтобы лишить садиста с дубинкой его жестокого удовольствия.

Спуститься в яму оказалось непросто — Юйцзянь старался не задеть уже находившегося там раба. Каким-то образом ему удалось не удариться ничем, кроме пальца на ноге. Его товарищ по несчастью был слишком измотан, чтобы даже выругаться.

— Цепи, — прогремел голос полковника сверху. Юйцзянь и его напарник посмотрели на стену, где в феррокрите были вделаны толстые звенья цепей. Неохотно они поднесли железные кольца к кандалам, защёлкнутым на их левых запястьях. Как только цепь коснулась кандалов, автоматический замок щёлкнул, обхватывая рифлёный край. Рабы подняли руки, дёрнув цепи, чтобы показать полковнику, что кандалы закреплены.

— Оружие, — крикнул полковник, отворачиваясь от ямы. У входа появился янычар и спустил вниз потрёпанный лазган. Одно оружие на яму — таков был приказ Железных Воинов. Предполагалось, что, когда вооружённый человек погибнет, безоружный подберёт его оружие. В яме едва хватало места, чтобы прицелиться из одного ствола, так что всё остальное было бы излишним.

Юйцзянь взял лазган, отметив, какой он лёгкий. Рабы, насильно зачисленные в ополчение, прошли целых двадцать минут обучения. За это время Юйцзяню довелось подержать лазган дважды. Ему понадобилась лишь секунда, чтобы понять, почему оружие такое лёгкое. Энергоблока не было. Мелочь вроде боеприпасов Железные Воины откладывали на самый последний момент.

Когда орки окажутся в зоне поражения стены, тогда и настанет время раздать боеприпасы.

Раньше — и рабы могли бы вздумать стрелять в кого-то другого.

Обходя свой кристальный трон, Кузнец Войны Андрааз жестикулировал силовыми когтями, подчёркивая свои слова острыми, как бритва, пальцами.

— Потеря капитана Гамгина не дала нам того времени, на которое мы рассчитывали, — сказал Андрааз с ноткой обвинения в голосе. Несколько пар глаз обратилось к сержанту Ипосу, один из членов Гремящей Гвардии даже слегка развернулся в его сторону, но сенешаль Железного Бастиона, казалось, не замечал молчаливых упрёков.

Огромный стол в центре военного зала ожил, отображая трёхмерное изображение Вораго и его окрестностей. Пока собравшиеся Железные Воины наблюдали, светящиеся линии, обозначавшие железные дороги и трассы, начали темнеть и гаснуть.

— По прогнозам Фабрикатора Ориакса, через два месяца всё наземное сообщение будет прервано, — заявил Андрааз. Его взгляд переместился на Владыку Небес Моракса. — Меньше, если ксеносы захватят превосходство в воздухе.

Моракс поспешил заверить Кузнеца Войны:

— Воздушная Когорта сможет снабжать Вораго, пока мы удерживаем ресурсы на северных аванпостах. Если люди не смогут их удержать, я не даю гарантий.

— Похоже, ты уже оправдываешь свой провал, — прошипел адмирал Ностраз. — Думаю, Воздушной Когорте нужен новый начальник.

Моракс одарил соперника угрожающим взглядом.

— Ты справился бы лучше? Человек, позволивший оркам высадиться на планету? Думаю, Гамгину не хватило широты взгляда. Есть те, кто сделал куда больше для позора Третьей Великой Роты.

Ностраз принял вызов Владыки Небес.

— Ты слишком озабочен сохранением инфраструктуры и ресурсов, — с презрением бросил адмирал. — Ты беспокоишься о несуществующих квотах производства. Ты ведёшь эту войну как завхоз, а не как воин!

— Довольно, — прорычал Андрааз. — Эти препирательства ничего не дают. Если мы хотим отбросить захватчиков, мы должны сосредоточиться только на этой задаче. Амбиции, слава, ненависть — всё это отвлекает! — Когти Кузнеца Войны сжались в клетку из потрескивающей стали. — Уничтожение! Истребление! Аннигиляция! Только это должно найти место в ваших сердцах. Только эти цели достойны Железного Воина. — Андрааз указал на светящееся изображение Вораго. — Пока мы удерживаем Вораго, мы удерживаем Кастеллакс!

— Мрачный Лорд, — произнёс Шкуродер Алгол, отстраняясь от бледных рабов, чинивших его жуткий плащ. — Оборона Вораго будет сложной. У нас есть запасы еды и воды для Плоти, которых хватит на шесть недель. Не больше.