Осада Кастеллакса (ЛП) - Вернер К. Л.

— Ну, что ж… могу подождать, — пообещал Мерихем. Он остановился рядом с телом мекбоя. Ракетница растаяла в его руке, когда он потянулся к трупу. Жестокая ухмылка исказила лицо Облитератора, когда он коснулся путаницы комби-оружия орка. На глазах изумлённых Железных Воинов оружие начало распадаться под его прикосновением, каждая частица втягивалась в тело монстра. Менее чем за минуту комби-оружие исчезло. Спустя несколько секунд нечто очень похожее начало формироваться на предплечье Облитератора.

Валлакс промчался мимо громоздкого Мерихема, остальные из отряда Видарна следовали за ним.

— Держи эту мерзость подальше от меня, Родаан, — прорычал он.

Родаан улыбнулся приказу. Даже если бы он знал как, он не думал, что стал бы.

Некоторые возможности слишком хороши, чтобы их упускать.

Тусклый свет, проникающий в кузов трактора, был окрашен в багровый цвет кровью, стекающей в глаза Юйцзяня. Это была кровь мёртвых, сложенных в двенадцать слоёв и пять рядов — изувеченный памятник жестокости орков и бесчувственности Железных Воинов. Смрад разложения грозил задушить раба, превращая каждый вдох в агонию тошноты и отвращения. Вес тел, наваленных сверху, угрожал раздавить его, как шлакового таракана.

Извиваясь в куче падали, протискиваясь между рваными кусками плоти, Юйцзянь пробирался к свету. Его путь немного облегчал нож, найденный в сапоге мёртвого янычара. Один луч удачи против часов ужаса, начавшихся с его испытания.

Свет стал ярче, когда Юйцзянь высунул голову из-под трупов. Он тут же глубоко вдохнул, наполняя лёгкие воздухом, не отфильтрованным через вонючие останки людей. Даже отравленный привкус атмосферы Вораго был желанным облегчением. Он закрыл глаза, смакуя момент, затем сделал второй вдох. Тревожный смешок вырвался из его зубов, когда разум присоединился к телу в этом наслаждении.

Звуки команды утилизации вернули Юйцзяня из его блаженства, первые щупальца безумия отступили в глубины его сознания. Он быстро опустил голову и сильнее сжал нож, наблюдая, как замаскированные сборщики трупов обходят медленно движущийся трактор сзади.

Один из утилизаторов, лицо которого выглядело чудовищно из-за маски, бегло осмотрел окрестности. Трактор пробирался глубоко в подземные недра Вораго, двигаясь по одной из массивных подземных дорог, соединяющих главные здания города. Огромный туннель, шириной пятьдесят метров и в полтора раза выше, был сложен из больших плит феррокрита, укреплённых стальными колоннами и скобами. Свет исходил от химических ламп, прикрученных к потолку через равные промежутки, их сияние мерцало в такт орочьему обстрелу, ощутимому даже на этой глубине.

Утилизатор закончил осмотр и поднял руку в перчатке.

— Всё чисто, — объявил он, голос приглушённый маской. — Никаких следов Стальной Крови.

Упоминание о жутких сервочерепах-шпионах Железных Воинов заставило второго утилизатора заметно содрогнуться под своим пластиковым плащом. Он нервно оглянулся через плечо, затем посмотрел на товарища.

— Давай быстрее, — сказал он, тревога лишила его голос всякой властности.

Первый утилизатор не ответил, схватившись за металлическую ручку и забравшись на заднюю ступеньку транспорта. Оказавшись на борту, он начал тыкать и толкать кучу тел, перекладывая их как мог с помощью металлической трубы. Когда из-под кучи показался чёрный сапог янычара, он удовлетворённо хмыкнул. Тут же он набросился на сапог, яростно дёргая, пытаясь его снять.

— Тело закостенело! — пожаловался гуль.

— Тогда ломай кости, — рявкнул надсмотрщик, снова нервно оглядывая туннель. — Не будь брезгливым.

Гуль пробормотал проклятье себе под нос, затем начал яростно бить по ноге трупа трубой. Юйцзяню показалось, что он слышит глухой хруст с каждым ударом.

— Было бы проще, если бы ты разрешил остановиться, — огрызнулся гуль, продолжая молотить по ноге.

— Объяснишь, почему мы остановились, если кто-то из переработки появится, — прорычал надсмотрщик. — А теперь сосредоточься на деле!

Крик триумфа вырвался у мародёра, когда сапог наконец снялся с раздробленной ноги. Засунув трофей под мышку, он начал отбрасывать тела, чтобы добраться до другой ноги трупа. Радость сменилась яростью, когда он увидел обугленную культю, заканчивающуюся выше колена.

— Дьякон! — крикнул гуль. — Ты не заметил отдельной ноги, когда мы загружали?

Надсмотрщик развернулся, отвлёкшись от очередного параноидального осмотра туннеля.

— Нет, — коротко ответил он. — Только крупные куски. Без обрезков. Ты должен знать, ты их тащил на трактор.

— Думал, может, кто-то подсуетился и закинул мелочь, пока я был занят, — выругался мародёр.

Голос Дьякона стал тонким и резким.

— Никто не помогает утилизации. Ты это знаешь.

В гневе гуль выхватил единственный сапог из-под мышки и швырнул его в темноту.

— Не стоило этого делать, — упрекнул его Дьякон. — Переработка Омега могла бы его использовать.

— К варпу Переработку Омега! — огрызнулся мародёр. Он поднял тяжёлую трубу, обрушив её на череп тела в нескольких сантиметрах от Юйцзяня. На этот раз не было сомнений, когда спрятавшийся раб услышал, как ломаются кости. — Я бы хотел так сделать с каждым из этих болотных паразитов!

Выражение Дьякона за маской стало испуганным. Нервно он развернулся, оглядывая туннель.

— Будешь так говорить, и они заберут тебя в Переработку Омега, — прошипел он. — И нас заодно, просто за то, что мы с тобой связаны.

Гуль хмыкнул, звук стал ещё более нечеловеческим из-за маски.

— Может, мы все поделим одну пастовую тубу, — пошутил он.

Кровь, казалось, вытекла из тела Юйцзяня, когда он слушал разговор утилизаторов, его разум отказывался принять обсуждаемую мерзость. Это не могло быть правдой! Слишком отвратительно, чтобы поверить, даже о самых чудовищных тиранах!

Паста. Переработка. Нет, этого не могло быть, это не реально! Даже Железные Воины не сделали бы такого!

Но с каждым словом, которым обменивались спорящие мародёры, сопротивление Юйцзяня рушилось. Чудовищная правда была в том, что лорды Кастеллакса видели в своих человеческих рабах лишь скот и, как со скотом, не задумываясь, собирали их плоть. Основной компонент рационов, выдаваемых защитникам Вораго, тубы с белковой пастой создавались из тел мертвецов!

С принятием этого омерзительного факта Юйцзяня охватила ещё более ужасающая мысль. Трактор, груз, частью которого он позволил себе стать, направлялся в Переработку Омега. Это были не тела вокруг него, а куски мяса, предназначенные для переработки в основные питательные вещества и белки, растворённые в бесформенную кашу, чтобы быть заправленными в фольговые тубы и розданными миллионам голодных несчастных!

Ужас пересилил усталость, раны, осторожность — всё, что могло бы сдержать Юйцзяня в тот момент. Словно обезумевший берсерк, раб вырвался из кучи трупов, обрушившись на утилизаторов в порыве насилия, который мог бы впечатлить орка. Мародёр на платформе только повернулся, когда нож Юйцзяня полоснул по его лицу с почти психотической силой. Гуль завопил, хватаясь за разрезанную маску и кровавые ошмётки, сочащиеся из-под неё. Юйцзянь выпотрошил его обратным ударом и скинул тело с платформы.

Изувеченный человек врезался в идущего следом Дьякона, сбив надсмотрщика на землю. Юйцзянь спрыгнул за своей первой жертвой, намереваясь добить вторую, когда трактор внезапно остановился.

Развернувшись, раб увидел водителя, бегущего из кабины с зажатым в кулаке дубинкой-инструментом. Юйцзянь не дал ему приблизиться, бросившись навстречу. Долгое время привыкший к жестокости префекта Вайра и его надсмотрщиков, Юйцзянь едва отреагировал на удар, обрушившийся на его плечо. Это был единственный удар, который успел нанести водитель, и он потратил его впустую.

Снова нож блеснул в руке Юйцзяня, разрывая плащ утилизатора и глубоко вонзаясь между рёбрами. Водитель закричал в маску, брыкаясь на острие клинка. Обхватив бьющегося человека рукой, Юйцзянь притянул его ближе, вгоняя лезвие ещё глубже.