Осада Кастеллакса (ЛП) - Вернер К. Л.

Кузнец Войны Андрааз опёрся на спинку своего кристаллического трона, его бронированные пальцы барабанили по подлокотникам в ровном ритме, наполненном мрачной злобой. Его взгляд задержался на проекции Вораго и осаждающей город армии ксеносов, изучая бегущие рядом цифры и сводки. Потери среди Плоти становились критическими, истощая рабочую силу на оставшихся производственных линиях, укрытых вблизи Железного Бастиона в сердце города. Запасы боеприпасов таяли с неприемлемой скоростью. Продовольствие сокращалось так, что скоро пришлось бы вводить четвертные пайки для всех неспециализированных работников. Вода была ещё более дефицитной. Процедуры рекультивации усилили, но для переработки имеющегося запаса можно было сделать лишь столько, сколько уже делалось.

Однако больше всего Андрааза тревожили потери среди Железных Воинов. Жертва миллиона Плоти ничего не значила для него, но потеря одного легионера была ударом по его престижу и репутации Третьей Великой Роты. На данный момент два космодесантника погибли на стенах, капитан Гамгин совершил самоубийственную атаку, а адмирал Ностраз стал жертвой несчастного случая в одной из зенитных башен, осматривая ракетные батареи на крыше. Каждую из этих потерь владыки Кастеллакса не могли себе позволить.

Теперь к списку потерь Андрааз был вынужден добавить капитана Родаана и брата Мерихема. Пропавшие в бесплодной атаке на боевую крепость орков — штурме, который должен был дать Железным Воинам время оправиться от быстрого наступления орков и собрать ресурсы для перехода в контрнаступление.

— При текущем уровне потерь, каковы лучшие оценки продолжительности сопротивления? — прорычал Андрааз, не отводя глаз от голографической проекции.

Сержанту Ипосу не требовалось уточнений, чтобы понять, что вопрос адресован ему.

— Если потери сохранятся на текущем уровне, Плоть продержится ещё три месяца, — заявил он. — Однако, Мрачный Лорд, мы должны ожидать роста потерь от усталости и стресса, когда мы сократим пайки.

— Что ты прогнозируешь? — спросил Шкуродер Алгол. Плащ надсмотрщика износился и порвался в боях, его пресмыкающаяся свита суетилась вокруг, пытаясь починить жуткое одеяние.

— От десяти до двадцати пяти процентов роста, — заявил Ипос. — Это потери только от слабости и болезней. Нет готовой формулы, чтобы определить, сколько погибнет от вражеского огня из-за снижения бдительности и выносливости.

Волосы Валлакса потемнели почти до чёрного, его лицо скривилось от презрения.

— Если мы будем зависеть от Плоти, то заслуживаем поражения, — сказал Валлакс. — Победа придёт не от них. Она придёт от нас. Мы должны ударить по врагу!

— Мы уже слышали эти доводы, — возразил Моракс, ткнув толстым пальцем в Обер-капитана. — Твой последний рейд стоил нам капитана Родаана и Мерихема, не говоря уже о четырёх штурмовых катерах и дюжине моих истребителей. И что в итоге? Орки всё ещё у наших ворот, такие же воинственные, как прежде! — Владыка Небес щёлкнул пальцами, и бледнолицый офицер из Воздушной Когорты вышел из тени опорной колонны. Человек низко поклонился своему господину, протягивая позолоченный фолиант.

— Это последние данные воздушной разведки из Диргаса, — объявил Моракс. — Собранные с огромным риском для моих оставшихся наблюдательных кораблей. — Он раскрыл фолиант, разложив пергаментные иллюстрации для осмотра другими Железными Воинами. Его большой палец особо выделил один участок текста. — Вот что для нас наиболее важно, — заявил он. — Ксеносы строят ещё одну боевую крепость, больше всего, что мы видели до сих пор. Каждый в этой комнате сражался с орками. Ни один военачальник не доверит подчинённому оружие мощнее своего собственного. — Моракс презрительно усмехнулся, глядя на Валлакса. — Биглаг никогда не был здесь, — сказал он. — Этот ублюдок всё время находился в Диргасе, строя это чудовище!

Валлакс гневно посмотрел на Владыку Небес. Он гадал, как долго Моракс знал об этом, как давно ему было известно, что рейд на боевую крепость был пустой затеей. Он уже мог предугадать план, который Моракс предложит Кузнецу Войны. Орки, несомненно, попытаются доставить новую боевую крепость в Вораго. На каждом километре пути машина будет уязвима для Воздушной Когорты Кастеллакса и самолётов, которые Моракс так бережно приберегал в начале кампании. Слава за оттеснение орков достанется Владыке Небес.

Жуткий сервитор, выступающий в качестве представителя Фабрикатора Ориакса, приблизился к столу, его линзы сфокусировались на свитках Моракса. Динамик машины затрещал, когда хозяин удалённо отреагировал на подсвеченный записи.

— Это объясняет данные, собранные немногими действующими элементами Стальной Крови в Диргасе, — объявил механический голос. — Биглаг действительно должен быть там, и он явно намерен использовать эту новую боевую крепость, чтобы нанести решающий удар по Вораго.

Моракс скрестил руки на груди, наслаждаясь одобрением своего главного оппонента среди иерархии Третьей Великой Роты. Однако следующее сообщение сервитора заставило кровь Владыки Небес застыть в жилах.

— Только присутствие Биглага может объяснить запасы авиационного топлива, которые ксеносы накапливают в Диргасе, — заявил сервитор. — Ни один другой варбосс не был бы достаточно силён, чтобы удержать столько эскадрилий ксеносов. Вывод напрашивается сам собой: военачальник сосредотачивает свои воздушные силы, чтобы обеспечить защиту своей сухопутной крепости, когда она покинет Диргас.

Валлакс не упустил возможности, которую предоставило заявление Ориакса.

— Тогда критически важно ударить, пока Биглаг ещё в Диргасе. Молниеносный рейд на боевую крепость. Убить военачальника, пока он не покинул город!

— Мы уже пробовали это… — начал возражать Моракс, но замолчал, когда Андрааз поднял руку.

Кузнец Войны хмуро посмотрел на своих спорящих командиров. Поддерживать их вражду было полезно, но иногда отсутствие сплочённости становилось проблемой.

— Нападение на боевую крепость будет дорогостоящим и не гарантирует ликвидацию военачальника, — сказал он. — Самый надёжный способ уничтожить машину — это воздушная бомбардировка. Даже если военачальник отсутствует, потеря боевой крепости задержит его планы нападения.

— А что с орочьими самолётами? — поинтересовался Ипос.

Андрааз посмотрел на Валлакса.

— Орки не смогут летать без топлива, — сказал он. — Рапторам предстоит уничтожить склады топлива, обнаруженные Ориаксом. Устраните топливо — и мы приковываем самолёты ксеносов к земле. Если орки будут ждать, чтобы накопить больше, мы выиграем время. Если они поспешат, то оставят свою боевую крепость открытой для бомбардировщиков Моракса.

Кузнец Войны поднял один из своих когтей, угрожающе указав на Валлакса.

— Тебе дана редкая возможность искупить вину, Обер-капитан. Не растрать её впустую.

Валлакс поклонился своему повелителю.

— Я исполню свой долг, Мрачный Лорд.

— Ты сделаешь больше, — предостерёг Андрааз. — Ты вернёшься в Железный Бастион с триумфом. — Голос Кузнеца Войны снизился до угрожающего рычания. — С триумфом, Валлакс, или не возвращайся вовсе.

Брат Улан чувствовал беспокойство, бродя по коридорам Железного Бастиона. Кровь одного мамелюка, подошедшего слишком близко к легионеру, всё ещё капала с перчатки Раптора, каждая капля всасывалась в прото-синтетику, покрывающую верхние залы. Шаги по мехоподобной массе пластиковых волокон напоминали скольжение по поверхности пруда, создавая странное ощущение невесомости. Космодесантник, приученный не просто функционировать, но и сражаться в условиях нулевой гравитации, не находил это чувство неприятным, но Плоть, лишённая такой подготовки, с их хрупкими телами из мяса и суеверий, сочла бы его изнуряющим. Покрытие было одной из более тонких мер защиты в Бастионе против восстания рабов. Ни одна Плоть, сколь бы решительной или безумной она ни была, не смогла бы выдержать воздействие прото-синтетики.

Однако не Плоть сейчас волновала Улана. Даже орды орков не занимали его мысли. Его тревоги были сосредоточены на Железе. А именно — на Обер-капитане Валлаксе.