Макаров хотел еще что-то сказать, но в этот момент на улице громыхнуло. Охрана генерала словно из воздуха появилась, перекрывая проходы в здание. Элис замерла, пытаясь понять, что будет дальше. А Макаров… Он, как будто предчувствуя, что это будет, только грустно вздохнул.
— Вячеслав Григорьевич! — буквально через минуту в комнату забежал офицер с докладом. — Местный! Притащил в молоке несколько снарядов и подорвал их на площади. Пострадали солдаты из 1-го броневого Врангеля, а также зацепило колонну переселенцев, которых выводили из города на время ремонта жилых кварталов.
Элис прижала руку ко рту.
— Он что-то говорил? — уточнил генерал.
— Смерть чужакам, — поморщился офицер.
— Тогда… Вызовите мне Огинского, скажите, что я прошу прощения, но его отдых придется отменить. Жду до завтра его предложений по усилению системы фильтрации и безопасности.
— Есть.
— И подготовьте броневик, я поеду в госпиталь… — тут Макаров словно вспомнил об Элис, повернулся к ней, о чем-то подумал и неожиданно предложил. — Вы со мной?
Девушка поспешила кивнуть. По пути им, конечно, было не до разговоров, но зато она смогла своими глазами увидеть следы взрыва. Один полуразрушенный дом, несколько с подкопченными стенами, десятки лежащих на земле людей и… Сотни вокруг. Кто-то стоял в охранении, кто-то помогал организовать носилки, кто-то оказывал первую помощь. И уже ревели сиренами армейские медицинские броневики, которые доставят в госпиталь тех, кого еще можно спасти.
Их машина немного опередила остальные, и Элис со странной обидой увидела, как на шею Макарову бросилась неизвестная девушка. Слух мгновенно настроился на голоса вокруг, и по вашингтонской привычке американка начала собирать информацию. Княжна — это очень высокое положение в обществе. Невеста — значит, они с генералом пара. Начальник госпиталя? А вот это неожиданно. Здесь, на другом конце света, подобное назначение выглядит не столько подарком, сколько жирной свиньей, подложенной под мирную и счастливую жизнь, что положена каждой девушке.
Не успела Элис додумать последнюю мысль, как начали подвозить раненых, и сразу стало понятно, что княжна тут вовсе не лишняя. Несмотря на обращение «мисс», она спокойно командовала десятками врачей, сотнями обслуживающего персонала, и даже солдаты смотрели на русскую валькирию исключительно с уважением. Это было неправильно, но это было интересно. А потом и того больше… Срочных раненых разделили по операционным, и одну из них занял сам Макаров.
Его адъютант предложил Элис пока уйти домой, но девушка сразу отказалась.
— Почему он там? — вместо этого спросила она и ухватила молодого офицера за пальцы, чтобы тот поменьше думал и побольше болтал.
— Очень много тяжелых, — пояснил покрасневший парень. — Не все могут проводить операции такого уровня, а генерал… Может. Если бы шло сражение, то его место, конечно, было бы в штабе, но сейчас — он может и поэтому делает.
Элис кивнула. Следующие пять часов она провела в коридоре, а через палату Макарова прошло четыре залитых кровью человека. Трое русских и один американец, которого генерал точно мог оставить дожидаться кого-то из других врачей, но все равно принял сам.
— У вас тут в Сан-Франциско все стало как-то неправильно, — едва он вышел из операционной, Элис тут же вскочила и пристроилась рядом. — Генералы штопают раненых, свои взрывают своих, а чужие их лечат, а еще… Всем командует девушка. Я так и не доехала до России, но у вас везде так? А то в газетах мистера Херста, знаете ли, про вас пишут совсем-совсем другое. Дикость, рабство, медведи, водка…
Девушка поняла, что ее уносит куда-то не туда, но Макаров почему-то ни капли не обиделся. А вместо этого задал самый странный вопрос, какой только можно было придумать.
— Понравилось?
— Да! — Элис не стала долго думать.
— Вы пришли сказать, что уезжаете домой? — генерал снова угадал.
— Верно.
— Наивные идеи, что можно договориться до того, как мы сумеем разбить ваших Джи-Ай Джо, тоже пропали?
— Тоже, — кивнула Элис. — А что такое Джи-Ай? Джо понятно — вы так назвали наших солдат, но остальные буквы…
— Джи, ай. Там очень много значений. От «дженерал инфантри» — пехота общего назначения до «гавенмент иссьюд» — выпущено правительством. Но мне больше всего нравится «гальванайзд айрон». В честь оцинкованных железок, что так много в вашей армии. Намекает одновременно на стальной характер и в то же время на то, что жестянки-то совсем не жалко.
— Цинично.
— Как и все в армии. Романтика убивает. И, кажется, вам пришла в голову какая-то мысль? — Макаров словно снова забрался прямо в мозг девушки.
— Да! — решительно ответила Элис. — Пришла! Я подумала, что неважно, выиграете вы или проиграете, дальше…
— Вам не важно?
— Неважно для процесса, — Элис пришлось постараться, чтобы самой не покраснеть. Как некоторые… — В итоге все равно будут переговоры, как вы говорите, когда для них придет время. И тогда такой человек, как я, в стане проигравших, — девушка все-таки придумала, куда вставить шпильку, — будет совсем не лишним. А пока… Раз уж у вас в стране так принято доверять девушкам, может, и мне предложите что-то интересное?
— А вы что-то умеете? — Макаров то ли издевался, то ли…
— Мне не надо ничего уметь, — объяснила Элис. — Я — Рузвельт. Если я останусь, ко мне пойдут все, кто не хочет или не может пойти к вам. И я могла бы пристроить этих людей и эти деньги к делу. С определенными гарантиями, конечно.
Девушка посмотрела на генерала, пытаясь понять, соображает ли он в том, о чем она сейчас ему говорит.
— ГОЭЛРО, — выдал он.
— Что?
— У нас будет, планируется… Государственная комиссия по электрификации России, то есть ГОЭЛРО. А мне нужно точно так же провести электричество в каждый дом Сан-Франциско. Так что Конфедеративная комиссия по электрификации Калифорнии — КОЭЛКА — так или иначе будет запущена. Если сможете сделать все это за свой счет, я отдам это дело вам и тем, кого вы соберете.
— Я не уверена, что у нас есть люди, у которых найдется опыт для подобной работы, — Элис невольно задумалась, какие же невероятные идеи, оказывается, скрываются за фасадом якобы древней России. И ведь газеты ничего про это не пишут!
— Специалистов найду, также смогу дать пленных для работ. Заодно проследите, чтобы их не обижали, — Макаров улыбнулся. — С вас деньги, чтобы платить им зарплаты, и закупка материалов.
— Закупка — у вас?
— Ясное дело. И, учтите, сейчас совет города обсуждает минимальные тарифы за рабочий час, и вряд ли они будут низкими.
— Процент с них тоже вам?
— Конечно.
— Возможно, когда вы говорили, что эта война — внутреннее дело Америки, вы в чем-то и не лукавили. Вы — настоящий американец.
— Если не будете справляться, лесть вам не поможет. К вечеру жду предварительную смету и план работ. Будем исправлять, — Макаров развернулся и ушел, оставив Элис растерянно смотреть ему вслед.
Бежать следом было бы совсем глупо. А стоять на месте… Впрочем, некогда ей стоять. Если она не собирается завалить все в первый же день, нужно действовать. А еще… В конце коридора мелькнула фигура княжны, и Элис подумала, что ей совсем бы не помешал опыт начальницы госпиталя. Может, генерал ее тут оставил в том числе и для этого?
— Постойте! — замахав руками, Элис сорвалась с места. — Постойте, княжна! Кажется… Как же это по-русски… Кажется, у нас теперь есть кое-что общее!
* * *
В конце сентября воздух в восточной Калифорнии настолько сухой, так что порой закладывает нос. Тройка Кунаева первая из разведчиков смогла добраться до идущей на Сакраменто американской армии, и теперь они внимательно разглядывали прущую на них армаду, сразу же записывая все самое важное. Задача очень опасная, потому что потом-то будут работать и аэростаты, и подкупленное население, и дальние дозоры, но сейчас они должны проверить все своими глазами. Чтобы точно ничего не упустить!
