Княжна кивнула, а потом, глядя куда-то в сторону, прошептала голосом, в котором, казалось, стояли слезы:
— Вы думаете, я шлюха, да? Тогда в степи, и вот сейчас…
— А вы думаете, я стал бы делать предложение шлюхе?! — зло оборвал ее Анарион. — До встречи в Сиянии. Я надеюсь, вы сдержите слово.
И король, не оборачиваясь, торопливым шагом пошел прочь. Он чувствовал, что девушка смотрит ему вслед, но заставил себя идти дальше. Его величество вообще ничего не понимал. Тиадра не была женщиной — она была его личным проклятием, которое с каждым днем всё сильнее приобретало форму пытки. Демоны побери, почему «нет»?!
Глава 13
Ночной «побег» короля через окно третьего этажа по карнизу и водосточной трубе прошел незамеченным для его охраны. Анарион закрыл ставни на засовы и улегся на кровать. К завтрашней вылазке необходимо было восстановить силы.
Однако внутри бушевал адреналин. Все-таки в свободе от обязательств и в жизни вольного воина была определенная притягательность. Иногда приятно ее вкусить, но даже в такие моменты Анарион не забывал, что это лишь примерка чужой маски. Судьба его с рождения вела к другому. И хочет он или нет, бремя ответственности за народ и королевство нести ему. Хотя та встреча, которую его величество выторговал у Нара Усёка, тоже была весьма рискованным предприятием. Просто Анарион не мог по-другому: он поклялся отомстить за гибель своего отряда. За людей, которые ему за пять лет стали как братья. И завтрашняя афера, пожалуй, единственный путь, позволяющий выяснить заказчика нападения.
Исходя из свежих событий, в кандидаты метили сразу трое. Но король бы не удивился уже, если бы услышал и еще какое-нибудь имя из светлейших князей. Обстановка вокруг трона явно накалялась.
Его величество перевернулся на другой бок и постарался успокоить мысли. Представил Заповедный лес Аэркараса. Мерные колебания стеблей айпираса. «Огоньки» на деревьях. Медленно ползущие по небу облака…
Стук в дверь раздался так неожиданно, что король вскочил, выхватывая висящий на поясе у кровати меч.
— Кто? — недовольным сонным голосом произнес он.
Пауза в пару секунд, потом сконфуженный бас одного из его охранников:
— Простите, сир! Уже полдень, мы стали волноваться.
Король, успокоившись, выдохнул и погрузил меч обратно в ножны. Как же незаметно пролетает время, если спишь вот так, без сновидений. Будто тебя вообще не существует. В душе, однако, шебуршилось то ли сомнение, то ли предчувствие неясной опасности. Собираясь, Анарион попытался промотать все последние события, начиная с приезда в город гномов. Что могло дать такой осадочек? Тиадра! Он оставил ее вчера одну на пороге гостиницы, и да, пусть княжна с охраной, всё равно было на сердце неспокойно.
Придется сделать крюк по дороге к воротам и убедиться, что Тиадра послушалась и уехала. Предприятие им предстоит не из легких, так что лучше пресечь все лазейки для посторонних мыслей. Внутренний голос опять ехидно поинтересовался, точно ли молодой король уверен, что мысли о девушке неуместны, а не наоборот? Анарион его снова задавил авторитетом и стал продумывать предстоящий разговор. Глава степняков, конечно же, на встречу не приедет. Пошлет сподручного, но достаточно компетентного. Тоже не самый плохой вариант. Хуже, если пошлет отряд. Без визоплазов, на чужой территории их пятерка сильно уязвима. Но ради памяти своих людей стоит попытаться. Анарион опрометчиво пообещал сам себе, что после того, как он разберется со змеиным гнездом, будет вести соответствующую королю размеренную жизнь, а в операции пускать тех, кому по рангу положено, — Тайный отдел и охрану.
Провожал хозяин постоялого двора воинов удачи словно самых дорогих гостей, запаковав им с собой на дорожку копченого мяса, свежевыпеченного хлеба и огромную головку сыра. Еще бы, для того чтобы их не тревожили, «господа» выкупили целый этаж.
Чем ближе подъезжал молодой король к гостинице Тиадры, тем тревожнее становилось у него на душе. Махнув рукой сопровождению дожидаться на улице, Анарион быстро спешился и зашел внутрь. За стойкой с колокольчиком стоял невысокий худощавый гном. Если бы не морщинистое лицо, его можно было принять за подростка.
— Скажите, любезный, у вас вчера останавливался молодой человек из наших, он еще здесь?
Портье забегал глазами. Гномам, в отличие от эльфов, совесть врать не мешала. Но ведь неясно же, какой ответ желает получить воин удачи.
Анарион, почувствовал колебания, достал два мириана золотом и положил их на стойку.
— Правду!
— Уехали еще перед обедом. Как на духу говорю!
У короля на душе полегчало. Через несколько часов княжна доберется до родного города и будет там в безопасности. Им же надо продолжать путь.
Конный час — и вот маленький отряд доскакал до восточных ворот. Нельзя сказать, что Омьяжгере занимал огромную территорию, но и маленьким он точно не был. В воротах сновал народ — горняки возвращались со смен, фермеры спешили обратно в свои селения. Никого, подходящего под представление о проводнике, Анарион сперва не увидел и приказал отряду отъехать в сторону, чтобы их проще было найти.
Через несколько минут к группе подошел нищий старик — местный сумасшедший. Король видел в прошлый приезд, как он голосил что-то несуразное на площади. Дедок, одетый в многослойное тряпье, изрядно прихрамывал, опираясь на клюку, и один его глаз пугающе застилало бельмо.
Анарион вытащил из кошеля серебряный мириан. Это и так была слишком большая милостыня, а привлекать к себе внимание, тем более сейчас, не хотелось. Но, вместо того чтобы взять протянутые деньги, старик подошел вплотную к Алмазу и, схватив его за уздечку, прошептал:
— Двадцать мирианов золотом, и я вас сопровожу до места.
— До какого? — опешил его величество.
— Там, где степь встречается с лесом.
Голос гнома был не по-старчески чист и бодр.
— Посадите меня только на коня, а то к сроку не поспеем.
Анарион кивнул одному из своей охраны, и тот не без некоторой брезгливости усадил проводника впереди себя на лошадь. Весь отряд отправился в сторону гор.
Прошло двадцать минут, тридцать, сорок… Хребет простирался слева единым массивом, не позволяющим его преодолеть. Редкая роща, по которой они ехали, начала сгущаться, и королю, да и его охране, пейзаж нравился всё меньше. Неожиданно гном распорядился развернуться прямо к горе. Анарион посмотрел на него с недоверием, опять подумал, не ошибся ли он в проводнике. Впереди, казалось, нет ничего, кроме густых зарослей терновника. Но при близком рассмотрении оказалось, что дорожка, с трудом позволяющая пробраться всадникам по одному, всё же была. И заканчивалась она у низкой пещеры, на входе в которую стояли металлическая решетка и невысокая башенка с колоколом, довольно неприметная. Перед решеткой чинно сидели и резались в кости четыре гнома, подскочивших, как ошпаренные, когда первый конь выехал на полянку.
— Ох, Казимир, — облегченно выдохнули они, заметив проводника. — Калым нам привел?
Дедок, забывший про клюку, совсем по-молодецки лихо спрыгнул с лошади и ответил:
— Еще какой! Довольны будете!
Анарион скептически осмотрел хлипкую охрану прохода. Что же это, раз степняки о нем знают, из Чуждых земель в любой момент может нагрянуть очередная банда? Долго ли удержат ее четыре мужика и металлические прутья?
Проследив за его взглядом, Казимир обиженно проговорил:
— Вы не думайте, что тут ненадежно! У нас же у всех здесь семьи! Вон, видите, наверх тропка?
Действительно, если приглядеться, по наклонной скале змеилось что-то типа дорожки.
— Если колокол зазвонит — там сразу полыхнет костер. Его отлично видно дозорным Омьяжгере. Через полчаса на прорыв явится целая армия. А еще, на крайний вариант, есть взрывчатка. Так рванет, что все в пещере и останутся. Жаль, и прохода тогда тоже… Тю-тю… Меня он кормит, — и старик засунул пальцы под веко и вытащил линзу с бельмом, сразу превращаясь в мужчину средних лет. Пожалуй, Казимиру было не больше сорока пяти.
