* * *
Он долго стоял под струями воды в душевой и смотрел невидящим взглядом в стену, упершись в нее руками. Злость и раздражение не проходили. На нее. На себя.
Ругань вырвалась сквозь зубы непроизвольно.
Не был Джокер с ней ни мягок, ни нежен. Ловил себя на этом, ощущая ее запах и шелк волос на собственном теле, и ничего не мог поделать. Слишком большое раздражение от осознания виденного не так давно. Насколько прав и прав ли вообще, он уже не понимал. Ничего не понимал, раздражаясь сильнее.
Как она узнала, что он в столице? Как нашла таверну? Зачем, для чего? А если память на месте, то почему эти свидания с чемпионом вражеской гильдии наперекор всему?!
Желание рвать волосы на голове Джокер оставил на тех задворках сознания, на которых они возникли. Внешне раздражение выражалось лишь в ругани и желваках на щеках, периодически перерастая в скрип зубов. Пульсация мысли разнести комнату и весь дом на мелкие куски становилась все назойливей.
Вернувшись в комнату, Джокер остановился. Утренний ветер в окна освежил мокрое тело, на время парализовав.
На подоконнике, укрытая простыней, сидела та, за которую Джокер был готов перегрызть горло и Ноксусу. За то, что тот разорвал союз по своему желанию. Тонкая ткань пропускала уличный свет, позволяя любоваться изгибами женского тела. Слишком соблазнительно, чтобы устоять надолго после длительной разлуки. И если бы не раздражение, грызущее изнутри, он вполне мог бы быть счастлив.
-Как ты узнала, что я в столице? - собственный голос показался ледяным и хриплым даже Джокеру.
Ни извинений, ни слов любви она от него не услышит. Знала, что ждет, придя сюда этой ночью. Сожалений Джокер испытывать не умел.
-Услышала, - вопреки ожиданиям, ее голос звучал мягко и спокойно, чуть задумчиво, - Когда ты был рядом три дня назад.
В воздухе раздался переливчатый и тихий звон колокольчиков. Только теперь Джокер обратил внимание, что его бандана обвивает руку девушки, словно желая обнять ту и завладеть по меньшей мере этой ее частью.
-Я дал тебе шанс уйти, - Джокер неспешно подошел к окну и девушке на нем, - Почему ты не сделала этого? - взгляд темных глаз опустился к обнаженным плечам со сползшей простыней, - Второго шанса я не дам уже никогда.
-Знаю, - кивнула Катая, обхватила себя руками за плечи и положила на них голову. Колокольчики на концах банданы не издали на звука, - Когда ты не подошел сразу, я поняла причину. И что ты действительно готов отпустить меня.
-Зачем тогда?
-Проверить, - пожала плечами Катая, глядя за окно на каменную кладь улицы, - Что изменилось в тебе за время поиска чемпионов.
-Ты знаешь.
-Все, что вы говорили перед уходом.
-Кто разорвал союз? - вместо очевидного задал тот, что жег изнутри каленым железом.
-Ноксус.
-Зачем?
Некоторое время в комнате царила тишина. Устав ждать, Джокер запустил руку в шелк волос и чуть отогнул голову назад: на него смотрели спокойно зеленые глаза. Красивее которых Джокер не встречал ни у кого. Пришлось отпустить, опасаясь прервать разговор и вернуться к более интересному занятию. Говоря, что не сможет отпустить, Джокер не шутил.
-Решил, что хочет иметь танцующую с кинжалами и нового мастера одновременно.
Фраза отрезвила. Не до конца, но мысль о женском теле в собственных руках на время отошла на задний план. Если это не слуховая галлюцинация, то его только что назвали мастером.
-Откуда знаешь про мастера? - негромко спросил Джокер.
Как эта кроха могла читать его так открыто? Откуда знала, что он не сможет устоять перед подобным искушением — иметь в своей власти чемпионов? Как это возможно?
-Не уверен, что Ноксус в восторге.
-Он давно ждал этого, - к удивлению Джокера, Катая покачала головой, - Поэтому вынудил пойти искать чемпионов.
-Для поиска он выбрал тебя, - не согласился Джокер, отчетливо помня тот далекий день и блеск нефрита в глазах своей девчонки.
-Не выбирал. Ноксус знал, что ты предложишь взамен, - несмотря на смысл, слова звучали ровно, - И не ошибся. Ему осталось только разорвать союз и устроить мою случайную встречу с другим, - Катая отвернулась к окну, - Каждый свободный день в столице мы видели друг друга, разговаривали, гуляли. Оба знали причину и невозможность исполнить желание Ноксуса до конца.
-Мордерай?
-Называл тебя шизанутым маньяком и говорил, что ты никогда не отдашь то, что принадлежит тебе, другому, - на фразу Джокер остался серьезен, - Но если есть что-то, что тебе по-настоящему дорого, ты наступишь себе на горло. И тогда я могу быть свободной. Остаться в гильдии Данта и быть чемпионом.
-Зачем ты пришла? - прошептал Джокер.
-Убедиться, что он был прав, - на стоящего рядом мужчину посмотрели с улыбкой, вызывая приглушенное желание ругать ее иным способом, - Сегодня утром я ушла из гильдии.
-И Ноксус так просто отказался от танцующей с кинжалами? - тихо произнес Джокер очевидное.
С минуту девушка на окне думала над вопросом. Затем свесила ноги с окна и поднялась во весь рост: на полголовы ниже. И этот шелк волос на его собственном теле сводит с ума, туманя последние капли здравого рассудка.
Словно уловив мысли хозяина, в воздухе раздался раздраженный звон колокольчиков на бандане. Катая оставила ту на запястье, и никто не знал наверняка: завязана ли она или держится собственным желанием.
-Думаю, - на чужую фразу Джокер скрипнул зубами; девушка встала на цыпочки и обвила его шею руками: простыня с тела слетела на пол, не удерживаемая ничем, - Он найдет ее в другой. И на этот раз, похожей на тебя.
Смысл сказанных слов удивил. Ненадолго. Сковавшее по рукам и ногам желание обладать одной единственной девчонкой затмило все остальное, что казалось несущественным в настоящий момент.
Пусть будет ребенок, похожий на него, как она того хочет.
Только внешне.
* * *
-Ты сказала, что Ноксус давно ждал, когда я стану мастером, - Джокер смотрел на неприкрытое тело, сплошь усыпанное испариной.
На тихий стон он не обратил внимания. Несмотря на предрассветный час, за всю ночь не сомкнул глаз никто из них. Слишком сильно Джокер скучал на материке смертных, чтобы лишить себя удовольствия получить хотя бы часть платы этой ночью.
-Не так, - коварно улыбнулась создание, проведя языком по верхней губе.
Надолго сдерживать желание не получится. Но пока разум немного прояснился, не давала покоя одна деталь начала разговора.
-Хм, - Джокер без сожаления вынудил девушку изогнуться, уловив непроизвольный стон удовольствия, - И как же?
-Ты никогда не был его чемпионом, - донесся едва слышный шепот, за которым Джокер пытался разобрать слова и совладать с собственным желанием закончить начатое. И начать вновь.
-То есть?
Он понял остальное сам. Словно вся жизнь в мире Лиги сложилась в единый пазл за секунду, став беззастенчиво простой и понятной. Никогда не был чемпионом! Это и есть та самая причина, по которой Ноксус не признавал его, запрещая соваться на арену Лиги в роли чемпиона! Заставил пройти через ад обратной стороны Лиги и сдался под напором маньяка арены. Смирился с желанием мастера быть простым чемпионом. Терпел до тех пор, пока чемпионы нерожденных гильдий не стали умирать навечно. Пока не нашел рычаг давления, вынудив уйти искать пробудившихся чемпионов наперекор желанию.
В воздухе еще долго слышался смех, звучавший отголоском двух колокольчиков на запястье огненного создания. Той самой, чье пламя сумело разбудить последнего и единственного мастера трех гильдий.
Глава 28
Зевая во весь белозубый рот, в комнату вошла Колючка. Без стука, по привычке, ожидая увидеть Джокера либо выходящим из душа, либо одевающимся к завтраку. Несколько раз она заставала его спящим, за что чуть было не прощалась с головой. Кинжалы Джокер призывал по инерции, по поводу и без, если требовалось урезонить зарвавшихся чемпионов. К визитам Колючки он относился равнодушно: несколько раз сходило с рук, несколько раз он ее колотил. В основном хитрая девчонка не приближалась к Джокеру и вовремя успевала удрать до плачевных последствий.
