Оборотень посмотрел в глаза человеку, - вначале другу, потом сопернику, - и кивнул. Я знала, знал это и Ахто, что теперь у них будет мир. Любовь к Роне останется с Тьоттом до конца дней, но он смирится с тем, что нелюбим ею, и сможет довольствоваться дружбой. Не так и мало, учитывая то, как искренне и беззаветно рона умеет дружить.
Γде-то вдалеке прозвучал сигнал, видимо, отступления. Потому что тангорцы перестали атаковать, сосредоточились на защите.
Какая-то несчастная четверть часа – все кончено. Юмнеты сгруппировались, подлечивали раненых и ждали новой атаки. Но вместо этого на холм под белым полотнищем вышла тангорка:
- Мы признаем поражение! - ее усиленный магией голос разлился по каменистой пустоши. - Позвольте забрать нашиx убитых и раненых! Мы подпишем договор о ненападении, примем ваши условия!
Ахто, державший за руку Рону, посмотрел на предводителя. Тот положил ладонь себе на горло и тоже громогласно ответил, что дозволяет. Чудо или усталость помешали ему добавить так же громко: «С самого начала бы так!».
Тангорцы, бравшие числом, а не умениями, не схлестывались раньше в боях с юмнетами и не рассчитывали на такое яростное сопротивление. Ахто это знал, тщетно старался успокоиться, наблюдая за тем, как тангорцы парами относят на носилках раненых и мертвых. Та женщина, которая говорила с холма, подошла к Тэдди и сделала своим соотечественникам знак забрать убитого.
- Вам разрешили забрать ваших убитых и раненых, – холодно напомнил Ахто. - Ваших, а не всех.
Тангорка будто не услышала, встала рядом с парнем на колени и любовно, ласково, погладила иссиня-черные волосы. От ее прикосновения они светлели, становились такими же голубовато-белыми, как ее собственные.
- Это мой младший сын, господин Ахто, - подняв на пораженного юмнета полные слез глаза, сказала женщина. - Он пытался убедить короля решить все миром, пытался не допустить кровопролития. Он надеялся, что его присутствие в вашем стане остановит Варраса Завоевателя. Но его отец никогда прежде не подписывал договора на чужих условиях.
Она смахнула покатившуюся по щеке слезу:
- Вы в этой битве не потеряли никого. Все потери наши, - прозвучало жестко, резко.
- Я потерял друга, - возразил Ахто. - И то, что он тангорец, ничего не меняет. Ни для меня, ни для других. Мы можем мирно сосуществовать, если вы этого захотите.
Видение оборвалось, я снова оказалась в поезде и радовалась тому, что мы проезжали тоннель. Так было проще совладать со слезами и привести себя в чувство.
- Как ты там, путешественница? – голос Марины звучал ободряюще.
- Уже скучаю по вам, – вздохнула я.
- Мы по тебе тоже, но ещё держимся, - заверила она. - Если станет совсем невмоготу, приедем и достанем тебя со дна морского!
- Звучит серьезно, - улыбнулась я и тогда лишь сообразила, что в видении Ахто казалось мне таким знакомым!
Они и его соратники называли cебя юмнетами, а школа, в которой мне предстояло учиться, – Юмна.
К тому же я совсем недавно видела в оглавлении одной из родовых книг именно слово «Юмнета». Любопытство разыгралось не на шутку, и я тут же попросила Марину сфотографировать нужные страницы и переслать мне. Несколько минут я сидела, как на раскаленных углях, сжимала в руках телефон, а мысли при этом крутились в голове странные.
Вот я в поезде, который движется со скоростью сто двадцать километров в час. Здесь работает wi-fi, в руках у меня аппарат, с помощью которого я могу разговаривать с человеком, находящимся за сотни километров от меня или вообще на другой стороне земного шара. С помощью этого же устройства я могу смотреть фильмы, слушать музыку, писать заметки, фотографировать и получать картинки, играть, учиться и прочее.
Ни один из описанных в книгах магических артефактов не обладал этими свойствами! Или хотя бы десятой частью этих возможностей! Вообще заставить артефакт работать в руках неодаренного – та ещё задача. И я ни за что не справилась бы с созданием ветки сакуры для Марины и Алекса, не будь у меня жемчужины, подаренной госпожой Фельд.
Для зелий нужны растения и ингредиенты, которые не достать в обычном магазине, значит, наладить массовое производство тоже не получится. Мгновенное перемещение с места на место – красивая сказка, которую нельзя реализовать даже для десятка человек единовременно. На портальные формулы уходит много магии, их нужно уметь рассчитывать, и вот тут-то пригодится совсем не магическая алгебра с ещё менее магической геометрией.
Магия значительно уступает техническому прогрессу. Значительно, вплоть до того, что блокирует такие элементарные вещи, как электрические лампочки!
Почему же Лига объединенных наций решила восстановить магические школы? Эти люди ничего не делают просто так, и приступом гуманизма их действия точно не объяснялись. Ведь до того поломанные судьбы многих магов их не интересовали… Что за интерес у политиков к магии?
В руках чирикнул телефон – одна за другой мне приходили фотографии страниц.
Вот настоящая магия, куда более созидательная и разумная, чем умение одним взмахом руки поджечь дрова. Сделай два движения, используй спички или зажигалку, и будет костер без всякой магии. Просто, эффективно, общедоступно, действенно… Но политикам все-таки зачем-то понадобились маги. Очень интересно, зачем.
Как оказалось, Юмнетой во времена надводного существования города Юмна называлась территория на побережье Щецинcкого залива. Краткая географическая справка, рассказ о том, что Юмну, один из богатейших городов того региона и времени, много раз пытались завоевать. У нее было довольно выгодное расположение на пересечении водных торговых путей. Одер с одной стороны, море с другой, спокойный залив, в котором редко бушевали способные уничтожить флот шторма.
Юмна чем-то напоминала Венецию. Свой флот, подконтрольные территории, богатый город, серьезные укрепления на суше у речных портов. Жаль, в книге не описывалось, почему Рона, Ахто и Кэйвла в моем видении создавали купол под водой, почему юмнеты приняли такое странное решение опустить город под воду.
Упоминалась и школа. Судя по всему, уже тогда к обучению подходили со всей серьезностью. Да и уровень владения боевой магией у Αхто и его соратников был очень высоким. Они в той битве действительно не потеряли никого. При соотношении двадцать против сотни единственный погибший оказался не юмнетом, а тангорцем.
Надеюсь, в школе на каком-нибудь уроке расскажут историю Юмны, объяснят ее подводное местоположение и хоть как-то намекнут на то, почему политики снова решили открыть школы волшебства. Потому что теперь, когда первая эйфория улетучилась, я не находила применения магическим знаниям в современном мире.
Все, что в эпоху средневековья казалось волшебным и непонятным, объяснила наука. Все возможные хотения вроде ковров-самолетов и наливных яблочек на блюдцах, воплотили в жизнь, значительно улучшив при этом. Даже живую воду – кофе с энергетиками – и ту придумали.
Нет, я не решила, что вся затея с обучением магии не стоит того, и не повернула назад. Но желание получить внятное и логичное объяснение происходящему крепло с каждой минутой.
ГЛАВА 4
Объявили мою остановку, я проверила, не забыла ли что-нибудь, и потащила чемодан к двери. Поезд встал, высокий светловолосый парень, вышедший первым, просто, как само собой разумеющееся, повернулся и спустил на платформу мой чемодан.
- Тут платформа низко, осторожно, - предупредил он.
Он был прав, последняя ступенька оказалась очень высоко над землей, ещё и плитка выщербленная точно под дверью. Один неловкий шаг – и растяжение связок гарантировано. Я замешкалась, схватившись за поручень, примерялась, куда поставить ногу. Парень протянул мне руку:
- Потому тут обычно никто не выходит. Все ближе к носу поезда перебираются.
Я поблагодарила за помощь, парень кивнул, будто не сделал ничего особенного, засунул болтающийся наушник в ухо и пошел к подземному переходу. Колесики чемодана тарахтели на выбоинах, торопиться было некуда – у меня в запасе оставалось ещё без малого три часа до назначенной на автовокзале встречи. Судя по карте, автовокзал находился рядом с железнодорожным, а до центра городка, где можно подождать в какой-нибудь кафешке, было рукой подать.
