— Мы не бунтовщики по натуре. Мы работать хотим, и чтобы семьям было что есть. — Вставил своё слово Чижов.
— Молодцы, что сказать. — Командир усмехнулся. — Соврали, точно пошли бы дальше на все четыре стороны. Нам уже не раз приходила радиограмма, коллеги из Подмосковья интересовались, не объявлялась ли где группа товарищей, которую они отправили на севера́. Мы сопоставили факты и предположили, что это вы.
— Их что, совесть замучила? — Спросил Чижов.
— Не исключаю. Просили отнестись к вам с пониманием, и не футболить дальше. Мы сами примем решение, как поступить с вами, но факт, что вы не струсили работает в вашу пользу. Люди много врут, думая, что создают себе положительное портфолио, особенно сейчас, когда находятся в сильном отчаянии. Это говорит о том, что они слабы и для общины представляют сомнительную выгоду. Какое у тебя сложилось впечатление о них? — Алексей обратился к Ладе.
— Роберт надежный, его напарник более скользкий. Мне надо побеседовать с каждым отдельно, чтобы понять лучше. Я бы оставила их общину. Нам нужны люди с организаторскими способностями и хорошим образованием.
— Оставим. — Алексей нагнулся к уху Лады и пошептал. — Я отдам распоряжение, чтобы им приготовили карантинный лагерь. — Командир повернулся к остальным. — Сколько вас народу, говорите?
— Около восьмидесяти человек. — Напомнил Роберт.
— Так-так, десять палаток на первое время вам хватит. Ладно, мужики, возвращайтесь к своим и приходите назад, поможете ставить палатки. Предупредите, что вести себя надо тихо, слушаться наших приказов и в туалет ходить только в строго отведенные места. — Предупредил Алексей. — А то у бродяг свои представления о том, для чего нужна природа.
— Хорошо. — Роберт спокойно проглотил последнюю реплику.
Радость от того, что им разрешили остаться, многократно превосходила все обидные намеки.
— Оружие в общине имеется?
— Да.
— В руках не держать. Мы люди ученые, нервные, когда видим вооруженных чужаков, напрягаемся, поэтому сложите его куда-нибудь. — Посоветовал Алексей.
— Хорошо, понял.
— Всё, ждем. Малыхин, проводи.
— Есть.
Обратно Роберт летел как на крыльях. Представлял, как обрадует жену, детей, всех остальных. Физрук и еще несколько мужиков выскочили навстречу, узнать результаты переговоров.
— Как сходили, шеф? — Спросил он издалека. — У меня от ожидания несварение началось.
Роберт, не скрывая улыбки, подошел к ним.
— Отказывать не стали, но надо всем пройти собеседование. Мне кажется, у нас есть шансы тут остаться. Они про нас знают, кто мы такие и откуда пришли, так что врать и сочинять не стоит.
— Да, не врите, а то у них есть такая Лада, психолог, которая насквозь видит. Она как узнала, что у меня фамилия Чижов, сразу на Ужов переделала. — Пошутил Василий Харитонович.
— Собирайтесь, оружие в тележку, чтобы не нервировать, и идем к ним. Нам обещали поставить десять палаток, пока будем жить в карантине. — Роберт скорым шагом направился к общине.
— У нас сегодня будет крыша над головой. — Обрадовался Физрук и быстрее Роберта побежал обрадовать людей.
Известие вызвало немалый переполох в общине. Вымуштрованные люди были готовы выступать уже через десять минут. Пестрый табор направился к палаткам-вигвамам, облепившим склон холма.
