Я резко вскинула голову.
– Ао-нёбо прихорашивалась перед нашим приходом, – сказала я.
– Мы заметили, – усмехнулся Кадзуо. Но его внимательный взгляд давал понять, что он слушает и воспринимает мои слова всерьез.
– Она считает, что готова к гостям, и ждет своего жениха или кого там она ищет, – продолжила я.
Хасэгава склонил голову набок и, встретившись со мной взглядом, кивнул, словно подтверждая, что понял мою мысль.
– Надо, чтобы ао-нёбо поняла, что она больше не придворная красавица, а старый уродливый ёкай, – мрачно закончила я.
– И для этого нам нужно зеркало, – завершил мою мысль Кадзуо.
– Ао-нёбо держала в руках зеркало, – напомнил Араи. – Но вряд ли нам нужно именно оно.
– Может, напротив, мы должны отобрать у нее это зеркало? Звучит опасно, все как надо, – криво улыбнулась Йоко, но Хасэгава покачал головой:
– Нет, она же смотрелась в него… А все эти ожившие вещи – подсказка. Кто-нибудь знает что-то о цукумогами? Среди этих оживших предметов есть зеркало?
Я ничего подобного не знала, и мне в который раз стало жаль, очень жаль, что я никогда особо не вникала в мифологию. Но кто мог знать, что мне так пригодятся знания о ёкаях?
– Унгайкё [249], – произнес Кадзуо.
Но не успел кто-либо сказать еще хоть слово, как в стороне, ближе к окну, послышался шорох, а затем – легкий скрип.
Мы резко обернулись, и, увидев очередного цукумогами, я сжала кулаки от дрожью прошедшей по мне волны дурного предчувствия. На этот раз ёкаем оказалась… бива. Вернее, похожее на человека существо с огромной бивой вместо головы. Одет ёкай был в потрепанное монашеское одеяние темного цвета и протягивал к нам ладонь, словно прося подаяние.
– Что он от нас хочет? – прошептал Ивасаки.
– А ты как думаешь? – закатила глаза Эмири.
Она на секунду поджала губы, а затем, поправив сползшие на нос очки, принялась внимательно рассматривать странного ёкая.
– Но у нас нет денег… Ни иены, – с тревогой в голосе протянула Йоко.
– Эта бива думает, что она странствующий монах, – едва заметно поморщился Кадзуо. – Мы должны откупиться.
– Но не можем, – флегматично заметила Эмири.
– Наколдуешь нам монеты? – пряча тревогу, усмехнулся Ивасаки, кинув взгляд на Араи, но тот даже не глянул на него. Ему явно было не до веселья.
– Кажется, он понял, что мы без денег, и расстроился, – хмыкнул Хасэгава, и его лицо помрачнело.
– Нужно уходить, – тихо произнесла я, и в следующую секунду бива-монах рассерженно топнул ногой.
А затем полилась музыка.
– Проклятье! – приглушенно воскликнул Ивасаки, а Йоко зажала себе рот ладонью.
– Этот ёкай привлечет ао-нёбо, – напряженно проговорил Араи, обернувшись на ведущую в коридор дверь.
– Кажется, бива этого и хочет, – испуганно отозвалась я, и за тонкими сёдзи раздался хриплый женский смех.
Глава 10
水の泡となる
Исчезнуть, как пена на воде
Меня словно окатило ледяной водой, и я стремительно развернулась. Она здесь. Ао-нёбо нас нашла.
– Прячьтесь! – велел Араи, уже не понижая голос и перекрикивая мелодию бивы, от которой меня замутило.
Дверь с шумом отъехала в сторону, и мы увидели на пороге ао-нёбо. Она широко улыбалась, демонстрируя черные зубы, и углубившиеся из-за усмешки морщины делали ее еще более старой на вид. Хищный взгляд по очереди обвел каждого из нас, замерших на месте.
На покрытом толстым слоем пудры лице была размазана кровь.
В эти секунды я лихорадочно думала о том, куда бежать. Библиотека оказалась ловушкой – там поджидал достаточно агрессивный бумажный дракон. Значит, надо бежать туда, откуда пришли Йоко, Ивасаки и Эмири, а затем уже в коридор.
Дальше мой хлипкий план развиться не успел. Ао-нёбо кинулась на нас, выставив вперед испачканные кровью морщинистые руки. Я бросилась в сторону – комната была небольшой, и от нужных сёдзи меня отделяло буквально несколько шагов. Но в этом же заключалась и проблема, ведь ао-нёбо было куда проще нас поймать.
Я смогла не попасться ей в лапы, но она успела схватить за руку Ивасаки и тут же попыталась впиться в него зубами. Йоко испуганно вскрикнула, но Ивасаки вывернулся, и зубы ёкая щелкнули в воздухе. В следующую секунду Араи кинулся к ао-нёбо и оттолкнул ее от Ивасаки.
– Хината, Йоко, бегите! – услышала я окрик Хасэгавы.
Он стоял у противоположной стены рядом с Кадзуо. Эмири уже подбежала к сёдзи, ведущим в коридор, но испуганно замерла, когда ао-нёбо напала на Ивасаки. Мы же с Йоко стояли у дверей, с которых на происходящее уставилась россыпь человеческих глаз.
Эмири выбежала в коридор, мне же путь туда был отрезан. Придется пробиваться через левую комнату. Понимая, что ничем не могу помочь Араи и Ивасаки, я поспешно отодвинула сёдзи и, схватив Йоко за руку, забежала в следующую комнату. Это оказалась спальня, практически идентичная той, в которой на нас напали пояса от кимоно.
Под стук бешено колотящегося сердца я размышляла, куда бежать. Вниз? Или остаться здесь, чтобы не потерять друзей? Но ведь Эмири теперь в коридоре…
– Что в следующей комнате? – спросила я, чувствуя, как от страха перехватило дыхание и сковало желудок. Сердце настолько громко стучало в груди, что, казалось, могло снова привлечь к нам внимание ао-нёбо.
– Как и здесь, такая же спальня для гостей, – дрожащим голосом ответила Йоко. Затем ее глаза на секунду испуганно расширились. – Но в ней мы встретили…
В следующую секунду я почувствовала резкий толчок, а затем перед глазами все побелело – в буквальном смысле этого слова. Вокруг моей головы обернулась белая ткань.
– Хината-тян! – с ужасом крикнула Йоко.
Кусок хлопковой ткани, коконом обернувший мою голову, дергался из стороны в сторону, словно пытался оторвать меня от земли. Дышать становилось все тяжелее, и я вцепилась пальцами в ожившую ткань, пытаясь освободиться. Йоко тоже ухватилась за нее, и общими усилиями мы сумели размотать плотную ткань. Борясь с головокружением, я судорожно вздохнула, а затем закашлялась. У меня затряслись руки.
Опять… Уже второй раз за ночь меня пытались задушить.
Длинный кусок белой ткани, вращаясь и извиваясь, отлетел в сторону. Мы не сводили с него глаз, и вдруг ёкай снова бросился к нам. Толкнув Йоко, чтобы она оказалась дальше от ёкая, я побежала обратно к сёдзи, что вели в музыкальную комнату, и ожившая ткань на удивление быстро полетела следом. Я лишь надеялась, что она не успеет меня догнать…
В музыкальной комнате оказалось пусто, и я выбежала в коридор. И, как и предполагала, увидела ао-нёбо. Она, схватив Кадзуо за плечо и руку, пыталась вцепиться ему в шею, но тот отбивался, не давая себя ранить. От этой картины страх внутри разгорелся с новой силой.
Хасэгава ударил ао-нёбо кинжалом, но это вновь не нанесло ей никакого вреда, и все же она хотя бы отвлеклась и, ослабив хватку, с раздражением обернулась к Хасэгаве, грозясь напасть теперь уже на него.
Я со всех ног побежала к ао-нёбо, а оказавшись от нее буквально в паре шагов, резко упала на пол, ударившись локтями, и откатилась в сторону. Такой маневр стоил мне тупой боли в костях и голове, но я не обратила на это внимания.
Стремительно догоняющий меня кусок белой ткани не замедлился и налетел прямо на ао-нёбо.
Впрочем, судя по всему, цукумогами было все равно, на кого нападать. Кадзуо подхватил меня под руки и помог подняться, а я быстро проверила, не ранен ли он. Ожившая ткань тем временем плотно обмотала голову ао-нёбо, и та с жуткими криками пыталась вырваться из этой хватки. Я была уверена, что ткань ао-нёбо убить не сможет, но должна хотя бы задержать. Хасэгава, замерший по другую сторону от ао-нёбо и напряженно за ней наблюдавший, перевел на меня удивленный взгляд, и его лицо исказило беспокойство.
