Высвободив правую руку, Хасэгава ударил другого хидаругами рукоятью кинжала в висок, а затем, схватив того за плечи, приложил головой о ближайшую каменную стену, и тогда раздался отвратительный хруст.
– Спасибо, – поблагодарил Хасэгава.
Кадзуо, проигнорировав его, отвернулся и побежал за мной.
Мы оказались на развилке, где наш переулок пересекался с узкой улицей, и на мгновение замерли, решая, куда бежать или же где прятаться. А оставшиеся хидаругами все приближались.
– Бегите туда! – твердо велел Кадзуо и указал влево.
– А ты? – с трудом спросила я, пытаясь отдышаться.
– Я их отвлеку – и сразу за вами.
– Еще чего! – возмутился Ивасаки. – Один ты не справишься!
– Не тратьте время! – В голосе Кадзуо послышалось раздражение. – Им просто нужен источник энергии!
– И ты решил им стать? – рассердилась я.
Кадзуо нахмурился и встряхнул наш рюкзак с остатками припасов.
– Это их задержит! Бегите! – Я осталась на месте, и Кадзуо, сжав мое запястье, почти прошипел: – Я не могу здесь погибнуть. В отличие от тебя!
Йоко потянула меня за руку, и я все же побежала. Спустя несколько секунд я обернулась и увидела, как Кадзуо, стоило ёкаям оказаться совсем близко, вытащил пачку печенья и кинул ее вперед, а сам рюкзак с другими остатками наших припасов бросил в правую, противоположную от нас сторону переулка. Бо́льшая часть хидаругами кинулись вправо, некоторые ёкаи – вперед, и я поняла, что, несмотря на близость Кадзуо, они не восприняли его как возможную добычу – ведь сейчас он не был человеком.
Слегка успокоившись, я побежала дальше, стараясь дышать как можно ровнее и не обращать внимания на протестующе горящие мышцы ног.
Пробежав вверх по переулку, мы свернули за угол, и скрутивший все мои внутренности в тугой узел страх стал отступать.
Но внезапно из бокового пространства между домами выскочили еще четверо хидаругами, отрезав меня от Ивасаки, Йоко, Эмири и Хасэгавы. Один из ёкаев бросился в мою сторону, а остальные – в сторону моих друзей.
– Хината-тян! – испуганно крикнула Йоко, но путь ко мне ей преградили три озлобленных существа.
Я не стала доставать кинжал и даже пытаться отбиться от хидаругами. Понимая, что оказалась меж двух огней, я предпочла побежать в обратную сторону, надеясь, что встречусь с Кадзуо и он мне поможет.
Рванув вниз по переулку, я повернула за угол, и вдруг меня вновь охватила пугающая слабость. Она, попав мне в кровь, быстро растеклась по всему телу, вызывая онемение в и без того уставших мышцах. Живот пронзила боль, и я, зажмурившись, споткнулась, едва не упав.
И вдруг чьи-то руки крепко схватили меня за предплечья и дернули в сторону. Вслед за слабостью я ощутила ужас, но, распахнув глаза, увидела, как бросившийся вперед хидаругами пролетел мимо меня и упал на землю.
Все еще ощущая на своих плечах чьи-то пальцы, я резко оглянулась, намереваясь вытащить кинжал, но тут же застыла. Удивление впилось в меня сотней иголок, а затем сменилось облегчением, которое почти мгновенно перекрыла боль.
Я увидела Араи, который, отпустив меня, стремительно приблизился к поднимающемуся на ноги ёкаю и свернул тому шею. Отряхнув руки, Араи поморщился и, обернувшись, внимательно меня осмотрел.
Я словно очнулась и, пробившись сквозь поднявшиеся в душе радость, печаль, боль и страх, быстро проговорила:
– Со мной все в порядке! – И, опомнившись, добавила: – Спасибо, Араи-сенсей.
– Не за что, – пожал плечами он.
– Как… как вы здесь оказались?
Араи окинул меня странным взглядом, но затем смягчился.
– А ты как думаешь? Вас искал. Нашел горящее традиционное здание и был уверен, что вы окажетесь где-то поблизости. – В голосе Араи послышалось веселье, но затем лицо его помрачнело. – Прости, что задержался. И… что во время нашего последнего с тобой разговора был настолько… груб. Просто… это оказалось слишком тяжело. И внезапно. Переполняющие меня обида и ненависть вышли из-под контроля.
– Вам не за что извиняться! – поспешно ответила я, сама чувствуя вину. – Я понимаю. Точнее, я, конечно, не могу понять полностью, ведь вы пережили… такое. Но даже так… я понимаю.
Я поняла, что запуталась в собственных словах. Я действительно не могла даже представить, что именно чувствует Араи. В моей жизни случались страшные вещи, но то, что произошло с Араи… Что может твориться в душе у человека, который не только потерял брата, но и был обвинен в его убийстве, а затем погиб сам? То есть он уже даже и не человек…
И теперь встретил того, из-за кого все это началось.
Мое сердце снова сковала боль, но на этот раз ёкаи были ни при чем.
Араи печально улыбнулся:
– Спасибо, Хината-тян. Но все равно… мне жаль, что я оставил вас. И я очень рад, что в мое отсутствие с тобой ничего не произошло. Вернее, что после произошедшего ты все еще жива, – добавил он, а затем в его глазах вспыхнула тревога. – Где остальные? Как они?
Радость от встречи с Араи мгновенно испарилась от вспыхнувшего волнения. Я не знала, ни что с Кадзуо, ни что с остальными, и хотела было рвануть обратно к друзьям, как услышала свое имя.
– Хината-тян!
Стремительно повернувшись, я увидела, как из-за угла показался Хасэгава. Тревога на его лице сменилась облегчением, когда он увидел меня, а затем, почти сразу же, – удивлением, когда Хасэгава обратил внимание на Араи.
В эту секунду из-за угла выбежал Ивасаки и, заметив нас, тут же остановился, так что Йоко едва не врезалась ему в спину. Обойдя его, Йоко замерла, и в ее взгляде, который она перевела с Араи на Хасэгаву и обратно, вспыхнул страх. Затем в переулке показалась и Эмири. Увидев Араи и Хасэгаву рядом, Эмири все же сумела удержать привычно бесстрастное выражение лица, но слегка расширившиеся глаза выдали ее истинные чувства.
Удивление отразилось и в глазах самого Араи, но затем его лицо превратилось в непроницаемую маску.
– Что ж, раз Хината-тян в порядке, не буду вам мешать, – мгновенно взяв себя в руки, усмехнулся Хасэгава и начал отступать. – Вернусь позже.
– Стой на месте! – процедил Араи и, сделав два стремительных шага вперед, схватил Хасэгаву за руку, но тот вырвался.
Тогда Араи другой рукой схватил его за отворот плаща и дернул к себе, но Хасэгава сжал запястье Араи и попытался оторвать его левую руку от своей одежды. Воспользовавшись этим, правой рукой Араи ударил Хасэгаву по лицу. Не разжимая левую руку, Араи толкнул Хасэгаву и прижал к стене, а правой забрал у него кинжал.
– Араи-сенсей, не надо! – испуганно крикнула я.
И я не знала, страх чего во мне был сильнее: что Араи станет убийцей или же что Хасэгава умрет.
– Не вмешивайся, – негромко велел Араи, даже не посмотрев на меня.
– Араи! – зло окликнул Ивасаки, но его глаза искрились тревогой. – Возьми себя в руки!
– А вот это уже нечестно, – вздохнул Хасэгава. – Нападешь на безоружного?
– Я не собираюсь нападать на тебя, – ледяным тоном ответил Араи. – Я просто тебя убью. И на этот раз омамори тебя точно не спасет. – Он приставил к шее Хасэгавы его же кинжал.
– Мы это уже проходили. – Хасэгава приподнял бровь, а затем невозмутимо улыбнулся. – Хотя мне даже лестно. Что в городе, полном взбесившихся ёкаев, жаждущих убивать людей, есть один, которого интересую только я.
– Для того, кто сейчас умрет, в тебе слишком много оптимизма, – холодно произнес Араи.
– Для того, кто уже умер, в тебе слишком много упрямства, – заметил Хасэгава.
– Смерть стерла границы, которые мешали моему упрямому желанию тебе отомстить. Настолько, что жажда правосудия превратилась в жажду убийства. – Лицо Араи оставалось совершенно спокойным, но в его глазах вновь вспыхнула ярость. – И опять я трачу время на разговоры. А надо бы просто тебя убить.
– Араи, хватит! – снова заговорил Ивасаки и сделал шаг к нему, но тот демонстративно сильнее прижал лезвие к горлу Хасэгавы, и Ивасаки замер. – У нас нет на это времени! Ты же знаешь, что мы тебя не оставим! Так что, если не прекратишь, не только Хасэгава, но и мы все погибнем!
