– Что «вот»?
– Посмотри‑ка на него! Он может пройти напрямик через поле. Но не идёт!
– Потому что испортит растения.
– Именно.
– Рекрут Варден, будьте добры, поясните, пожалуйста, вашу мысль, – ядовито‑вежливо произнёс Майор. – Что‑то мы вас никак не поймём!
Бросив взгляд на планшет, Вик холодно улыбнулся.
– Представь себе, что в «Дикобразе» лежит имущество невообразимой ценности. Ты стал бы его бомбить?
Пауза.
– Ты хочешь сделать корабль ценным ?
– «Дикобраз» разбит, – напомнила Эль. – Ему цены – не больше, чем у металлолома.
Вик многозначительно посмотрел на неё.
– Корпус – да. А представь себе, что внутри у него лежит такое, что никак нельзя сжечь!
Девушка нахмурилась.
– Что именно там «лежит»?
– Неважно. Федеральный груз, военная электроника, архивы, нейроядра… Пусть сами додумывают!
– Похвально, похвально, – добродушно произнёс Майор. – Если довести до сведения леди Оливии, что в корабле есть какие‑то ценности, бомбардировку, скорее всего, отменят. Вместо неё пришлют наземный отряд, который, вместо того чтобы распылить Вольную Роту на атомы, аккуратненько всех перестреляет!
– Наземный отряд ещё надо собрать. Наземному отряду придётся сначала добраться до места. А затем ещё и штурмовать корпус «Дикобраза». Штурм можно пережить. Бомбу – нет.
Некоторое время Эль шла молча, покусывая ровными зубами сорванную по пути травинку.
– Идея хорошая, Вик, – наконец сказала она. – Только вот в чём вопрос: как ты собираешься рассказать про ценный груз этой сучке Оливии и сукину сыну Кёнигсби?
Вик пожал плечами.
– Просто взять и сказать.
– Нет. Тогда он поймёт, что мы что‑то задумали.
Вик замолчал, размышляя. Тем временем они обошли поле, прошли перелесок и вышли к задней стене участка Кэндалла.
Вик и Эль перелезли через штакетник. В саду было пусто, только между деревьями ползал малый дроид‑поливальщик. Дождавшись, пока он отвернётся, они перебежали к окну.
И здесь, посмотрев на приоткрытое окно, парень произнес:
– Они слушают комнату.
– Ты хочешь…
– Да.
Оказавшись внутри, они первым делом проверили видеозапись.
– Работает, – определил майор. – Но диагностический узел уже отметил слишком ровное поведение сигнала.
– Сколько?
– Минут десять. Потом кто‑нибудь решит проявить усердие.
Вик занял место у стены. Эль легла на кровать.
– Снимаю кольцевую видеозапись, – сказал Хорнет. – Постарайтесь не выглядеть людьми, которые только что лазили по заброшенному экскаватору и обсуждали, как обмануть хозяйку поместья. Три. Два. Один!
Огонёк мигнул. Теперь их снова видели вживую.
Подождав немного, Вик достал коммуникатор.
– А если они не заглотят? – тихонько спросила Эль.
– Тогда завтра Клегга разбомбят, – ответил Вик, нажимая кнопку вызова Сая. – Другого варианта нет!
– Говори без подробностей, – предупредил Майор. – Настоящие секреты обычно обсуждают короче, чем выдуманные.
– Знаю, не дурак!
– Честно говоря, рекрут, ты нередко производишь такое впечатление!
Сай наконец ответил на вызов, и над коммуникатором развернулся виртуальный экран. Изображение появилось почти сразу: Сайрус сидел в своей комнате. Его уже успели причесать, переодеть в чистую рубашку и тёмный домашний сюртук.
Вик едва узнал в этом златокудром херувимчике своего напарника по космическому мародерству.
Увидев их, Сай расцвёл улыбкой.
– Вы в порядке?
– Живы. Нас поселили в деревне.
Эль кивнула:
– Тут кормят лучше, чем встречают в поместье.
– Я пытался заставить Оливию вас вернуть, но…
– Не трать время на ерунду, – перебил его Вик. – Ты отца видел?
Сай насупился.
– Нет. Врач не разрешает. Якобы любое волнение для него опасно.
– Ты сам говорил с врачом?
– Через дворецкого Кёнигсби. Он обещает всё уладить.
– А из комнаты выйти можешь?
– С сопровождающим.
– То есть не можешь.
Сай криво усмехнулся.
– Они называют это заботой.
Решив, что время пришло, Вик наклонился ближе к коммуникатору и понизил голос. Но не настолько, чтобы камера перестала слышать.
– Сай, ты ведь никому не рассказывал о том, что осталось на корабле?
Тот недоуменно моргнул.
– О чём именно?
Вик посмотрел ему в глаза, и Сай понял.
– Молодец, вот так и отвечай. Не надо никому знать о том, сколь ценный груз у нас на борту! Если здесь узнают настоящую стоимость имущества, тут такое начнётся…
Скрывая усмешку, Эль отвернулась к стене.
Сай нахмурился так убедительно, будто действительно впервые оценил масштаб добычи.
– Понял. Я ничего не говорил и не скажу.
– Никому, даже тем, кто сейчас рядом.
– И леди Оливии?
– Особенно ей, – отрезал Вик. – И будь осторожен. Здесь слишком многие интересуются чужим имуществом.
– Я понял.
– Хорошо. Пока делай вид, что тебе нечего скрывать.
– У меня плохо получается.
– Учись, – сказала Эль. – В вашем доме – крайне полезный навык.
Сай хотел спросить ещё что‑то, но передумал.
– Берегите себя.
– Ты тоже.
Экран погас. Несколько минут никто не произносил ни слова.
Потом майор сказал:
– Всё, запись разговора уже ушла в служебный узел. Отмечены упоминания корабля, секретности и высокой стоимости корабельного имущества. Вам надо поспать. А я буду следить за внутренними каналами и, если они соберутся обсуждать услышанное, все запишу.
– Разбудишь? – спросил Вик.
– Если начнут вас убивать – немедленно.
Вик долго ворочался на своей кровати, но сон не шел. Лишь под утро к нему пришло тяжелое забытье.
«Дикобраз» снова падал, но никак не мог долететь до земли. Корпус просто висел над чёрным лесом, Вик вскрывал плазмоганом обшивку. Но никак не мог довести дело до конца: прожженная дыра, казалось, затягивалась сама собой. Его окружали бойцы роты. С надеждой смотрели на него, а он все никак не мог прожечь эту дыру…
И вдруг сверху посыпались дроиды‑пауки. Точно такие же, как тот, арестовавший его на станции. Они падали сотнями, хватали тонкими манипуляторами за людей, вскрывали их броню, поливали огнем плазмоганов.
Вик попытался бежать, но ноги увязли в мягком металле палубы.
Вдруг он увидел, что среди раненых лежала его мать.
– Деньги дошли? – спросила она.
Кто‑то забарабанил по корпусу.
Вик дёрнулся и проснулся.
Стук повторился. Уже в дверь. Эль мигом вскинулась на кровати с плазмаганом в руках.
За дверью послышался женский голос:
– Молодые люди! К вам господин Кёнигсби. Говорит, дело срочное.
Спустив ноги с кровати, Вик выглянул в окно, выходящее на улицу.
За окном стоял тёмный служебный ховер. Возле машины ждали водитель и двое людей в форме поместья.
– Ночью состоялся новый разговор, – быстро начал докладывать Майор. – Они перехватили наш вызов Саю. Оливия предложила…
Но тут дверь открылась.
На пороге стоял дворецкий Кёнигсби. Несмотря на ранний час, выглядел он безупречно: старомодный сюртук тщательно выглажен, перчатки без единого пятнышка.
– Доброе утро, – церемонно произнес он.
За спиной управляющего мялась жена Кэндалла.
– Разрешите, я поставлю завтрак…
– Благодарю, – сказал Кёнигсби. – Но сначала мне необходимо переговорить с гостями наедине.
Женщина тут же вышла, и они остались наедине.
Кёнигсби бегло оглядел комнату.
Вик сел на кровать и начал натягивать сапоги.
– Вы что‑то сегодня рано.
– Обстоятельства редко уважают распорядок.
– Тут, я смотрю, вообще мало кто мало что уважает!
Управляющий пропустил колкость.
– Надеюсь, вас разместили приемлемо?
– В любом случае лучше, чем в поместье!
Дворецкий сделал огорчённое лицо.
– Признаю, вчерашняя встреча прошла на удивление неудачно. Видите ли, леди Оливия находится под сильным давлением: болезнь супруга, напряжение на границах, внезапное возвращение пасынка…
