— Ивасаки-сан пытался к вам пробиться в буквальном смысле этого слова, — почти насмешливо добавила Эмири. — Я думала, он разобьет зеркало.
Ивасаки закатил глаза.
— Ты себя-то видела? От страха стала бледнее страниц в своих любимых книжках.
Эмири, покосившись на него, лишь снисходительно вздохнула. В этот момент к нам подошел Хираи и почти с любопытством уточнил:
— Так что произошло? И как вы выбрались?
— Давайте не здесь... — устало попросила Йоко.
И я не могла с ней не согласиться.
— Да, идем уже наконец в квартиру, — тут же добавил Ивасаки, взволнованно покосившись на Йоко.
— Ага... — протянул Хираи, подойдя к нужной двери. — Добро пожаловать, — открыв дверь и указав внутрь квартиры, добавил он без малейшего намека на гостеприимство в голосе.
Но меня это не волновало. Он сам навязался в нашу команду, никто его не заставлял. Так что сейчас, раз уж приходится его терпеть, мы хотя бы сможем оставаться все вместе... пока этот кошмар наяву не кончится.
Хираи первым зашел в свою квартиру, затем Йоко с Эмири, а я вслед за ними.
Я сняла обувь и, сделав пару шагов, оказалась в коротком коридоре с пятью дверьми.
— Это дверь в мою комнату. — Хираи указал на левую из них. — Здесь ванная, там туалет. Это, — он прошел на два шага дальше, — вторая спальня. Там гостиная.
Он провел нас в небольшую, вполне уютную гостиную со светлыми стенами и паркетом цвета темного дерева. Прямо перед нами оказался круглый обеденный стол с парой стульев и окно, полностью закрытое плотными темно-коричневыми шторами. Во второй, левой половине комнаты я увидела бежевый трехместный диван и кресло, стеклянный кофейный столик и телевизор на противоположной от дивана стене.
Хираи сел в кресло и указал на диван, а затем махнул рукой в сторону стульев.
— Ищите себе места. Где кто будет спать, определимся потом. Сначала расскажите, что произошло... И еще, я вас в гости не звал, так что если кто-то хочет чай, кофе, воду — идите берите сами. Кухня там.
Я, обернувшись, увидела справа от выхода в коридор проход без двери, где, по-видимому, и находилась кухня.
— Хираи, ты просто образец гостеприимства, — хмыкнула Эмири и, отодвинув стул, села, оглядывая комнату.
— В иных обстоятельствах из всех присутствующих позвать в гости я мог бы разве что тебя, — пожал плечами Хираи.
— В иных обстоятельствах я бы с тобой и не заговорила.
— Значит, тебе повезло.
— Пойду помою руки, — пробормотала я и выскользнула в коридор.
На самом деле в первую очередь мне захотелось хотя бы на пару минут остаться одной, чтобы в тишине собраться с мыслями.
Происходящее... слишком напоминало случившееся в том городе и одновременно разительно от него отличалось.
Тот мир, как оказалось, был создан канашибари для таких, как мы, — не ценящих жизнь. Вот только теперь жизнь я очень даже ценила — как свою, так и своих друзей.
И пусть мы вернулись домой, сейчас вновь вынуждены искать, где спрятаться! И тот факт, что наше нынешнее убежище — это не наименее опасное из полуразрушенных строений, а дорогая квартира в центре Токио, совсем не утешал... Ведь на этот раз мы не собирались пережидать три дня перед новым кайданом, мы стремились защитить наших близких, не позволить втянуть их в подготовленную для нас ловушку ао-андона.
Закрыв за собой дверь и стянув перчатки, я уперлась обеими руками в раковину и шумно выдохнула. Мы пережили бо́льшую часть дня... неизвестно, какие правила придумал для новой игры ао-андон и есть ли они вообще, но возможно, если мы продержимся еще немного...
Что мне какие-то пара дней — все-таки в том городе я провела почти месяц. Который для этого мира прошел лишь чуть больше чем за сутки...
Я тряхнула головой. Откинув упавшие на лицо пряди, я включила холодную воду и умыла лицо, пытаясь взбодриться, собраться.
Но как же я устала... Сон, длившийся больше суток, не принес мне ни капли отдыха. Напротив, он истощил меня. И даже не физически. Я ощущала пустоту в душе.
А стоило вспомнить про Кадзуо...
Хотя нельзя сказать, что я забывала о нем. Просто в какие-то моменты становилось особенно горько, почти невыносимо. Например, когда он смотрел на меня и я не видела в его взгляде даже тени узнавания. Того узнавания, которое должно было быть. Даже слабого отблеска прежних чувств.
И слова Эмири о том, что все еще может быть впереди, не утешали.
Немного придя в себя, я вернулась в гостиную. Хираи все так же сидел в кресле, читая что-то с экрана телефона. Ивасаки расположился на диване, тоже с телефоном, Йоко — рядом с ним, а Эмири и Кадзуо заняли стулья.
Комната вязла в неуютной тишине и оттого казалась тесной и душной.
Я, помедлив, подошла к дивану, и Йоко, придвинувшись ближе к Ивасаки, уступила мне место с краю. От усталости после гонки в зазеркалье да и от волнения у меня пересохло во рту, к тому же я не знала, чем занять руки, а потому взяла с кофейного столика один из стаканов, которые кто-то успел принести. Сделав глоток, я поняла, что это холодный зеленый чай.
— Так что с вами произошло? — напомнила о вопросе Эмири.
— Как вы видели, отражения затянули нас в зеркало, так что мы оказались с обратной его стороны. Там нас преследовала вараи-онна, но мы, разгадав подсказки, сумели вернуться сюда с помощью лифта, — кратко рассказал Кадзуо. — Сейчас это уже не так важно.
— Все равно нам больше не о чем... — начала было возражать Эмири, но прервалась.
Потому что до нас донесся звонок в дверь.
Мы все молча переглянулись.
— Никто из нас же не рассказывал страшилку, которая начинается со звонка в дверь?.. — протянул Ивасаки.
— Из нас — нет. А вот что насчет соседей Хираи... — невозмутимо отозвалась Эмири.
Звонок повторился еще раз.
— Надо проверить. — Ивасаки встал с дивана, и вдруг дверь в гостиную открылась.
А на пороге показался Араи.
Глава 11
ちりも積もれば山となる
Когда пылинки накапливаются, они становятся горой
Я, вздрогнув от неожиданности, тут же встала.
Араи оглядел нас с заметным волнением, но, видимо поняв, что с нами все в порядке, слабо улыбнулся:
— Вы сказали, что будете здесь, но не открывали дверь, и я начал беспокоиться...
— Араи! — воскликнул Ивасаки и шагнул ему навстречу. На его лице смешались недоверие, облегчение... но ярче всего была радость.
Араи замер, удивленный его реакцией, а затем улыбнулся уже шире:
— Это точно ты? Если ёкай, то очень неубедительно играешь Ивасаки.
С лица Ивасаки в одно мгновение исчезла радость. Он закатил глаза, а после посмотрел на Араи с куда более привычной насмешкой.
— Кто бы еще говорил про убедительную игру... оммёдзи, — фыркнул он. — Наконец решил переодеться?
Я пока молча смотрела на Араи, не в силах произнести ни слова — по разным причинам. Сильнее всего ощущалась скорбь. Почти таким же ярким было чувство вины. А еще я была сбита с толку. И не только тем, как Араи внезапно объявился в квартире — в запертой квартире. Было совершенно непривычно видеть его в обычной одежде. А сейчас он пришел в строгом черном костюме.
— Араи-сенсей! — воскликнула Йоко, подскочив с дивана. — Как же я рада вас видеть!
В ее голосе на мгновение прозвенела боль, и она же заволокла ее глаза намеком на непролитые слезы.
— Я тоже очень рад вас видеть. Живыми, — добавил Араи. — Я так боялся, что ваш план не сработает. Хотя что-то явно пошло не так.
— Мягко сказано, — отозвалась Эмири и с нескрываемым любопытством посмотрела на него. — А как вы вошли?
— У меня тот же вопрос... — пробормотал Хираи, с недоумением глядя на Араи. — Это точно ваш друг-оммёдзи, а не ёкай?
Радость от встречи, которая сумела пробиться сквозь клубящиеся в моей душе болезненные чувства, вновь едва не погасла под порывами печали и раскаяния.
