Серый Кардинал (СИ) - Неумытов Кирилл Юрьевич

Мирный месяц быстро закончился. Положение королевства резко стало катастрофическим…

Глава 22

Игра ва-банк

Совещание проходило в мрачной атмосфере. Кристофер закончил доклад королю о требованиях Свээна, что вызвало у Леора Аэльмара глубокую задумчивость.

— Где сейчас йонг-воины? — тихо спросил король.

— Ваше Величество, они стоят за стенами Корсграда, — тут же ответил Гело. — Лорд Кормер и Арэн решили, что чужеземцев в город пускать нельзя. Всё же десять йонгов — это внушительная сила. Только один из них умеет говорить на вальдеррийском, он утверждает, что они будут служить Элизабет при любом ответе.

— Я в этом сомневаюсь, — покачал головой Леор. — Свэры привыкли захватывать всё грубой силой, а значит, когда король Ульрик нападёт, йонги примкнут обратно на его сторону. Этот подарок — хитрая уловка. Если мы дадим прямой отказ и выгоним его посланников, Ульрик скажет, что его оскорбили и получит дополнительный повод к войне. Хотя Свээну в принципе никогда не нужны были поводы.

Повисло молчание. Я чувствовал, что от меня ждут какого-то решения. За эти месяцы именно моё слово главенствовало в совете, но сегодня я не торопился озвучивать какой-либо план.

Дело в том, что меня мучил вопрос: не договорился ли Свээн о союзе с Тууроном? У них очень протяжённая граница, и веками северяне постоянно нападали на своих восточных соседей. Свээн воевал не только с Тууроном, они вторгались на территории всех соседних стран. Война для них — смысл существования, Свээн практически ни с кем не торгует. Как и сказал король: они привыкли захватывать всё силой.

Но в последние десять лет кое-что изменилось — Свээн перестал нападать на Туурон. Это было вызвано тем, что львы стали куда сильнее и регулярно разбивали набеги северных воинов. Свэры переключились на более лёгкую добычу — королевство Шнотси, Кройле, Пиринью и изредка на горную Адолию.

Если бы не природные преграды, они бы нападали на нас так же часто, как и на остальных. Каждый месяц свэры устраивали военные походы, грабя и обращая людей в рабство. Свээн не стремился к расширению территорий, потому что они считали только свои земли священными. По этой причине в глубь чужих стран северяне никогда не заходят, а захват Элизабет требует как раз этого. Не означает ли это, что у Свээна союз с Тууроном?

Рассматривая этот вариант, я не видел сценариев, где Адолия побеждает. Даже если Туурон нападёт на нас без поддержки северян, нам всё равно конец, поэтому остаётся только пойти на одну авантюру:

— Я верхом на Виссаре полечу в Свээн, — объявил я. — Союз со свэрами — это единственный способ для Адолии выстоять перед Тууроном.

— И что ты им предложишь? — нахмурился Леор. — Ты хочешь согласиться отдать им Элизабет? Я дал слово, что сестра выйдет замуж за адолица.

— Я это знаю, Ваше Величество. Склонять к подобному вас или принцессу я не буду, да и считаю это глупостью. Нельзя лишать Адолию единственного прановоина. Я объясню северянам, что если мы не объединимся против Туурона, следующими уничтожат уже их.

— И ты думаешь, король Ульрик послушает? — со скепсисом спросил Аэльмар.

— Мы этого не узнаем, пока не попробуем, — ответил я, смотря в окно на багровую вершину одного из Близнецов.

— Лететь в Свээн — это самоубийство, — встав с места, запротестовал Гело. — Свэры считают свои земли священными, и их ужасно разозлит появление чужака.

— Я это понимаю, — хмуро признал я. — Северяне могут попробовать убить Виссару, чтобы получить из неё пранниты. Да и сама виверна не будет в восторге лететь в королевство с четырьмя прановоинами и несколькими сотнями йонг-воинов. Но, несмотря на все эти риски, я считаю попытку договориться со свэрами крайне необходимой. И действовать надо быстро, потому что Туурон нападёт уже в ближайшие дни.

— Я тоже против этого плана, — вдруг раздался звонкий голос Элизабет. — Будет глупо лишиться в такое тяжёлое время магического зверя и лучшего стратега Адолии.

Это был первый раз, когда сразу двое на совете высказывались против моего плана. Возражения и сомнения были всегда, иногда даже сам король высказывался против, но у меня получалось его переубеждать. Порой что-то дельное говорил Гело, и мне приходилось корректировать планы, оставляя лишь только главный вектор, однако ещё ни разу протест не исходил от Элизабет.

Её слово в совете было самым авторитетным. Если принцесса что-то предлагала, то король без раздумий с ней соглашался. Во время первой встречи с Аэльмарами это меня даже спасло, но теперь стало проблемой. Двое против одного. Леор отвергнет мой план. Он долгое время покорно со всем соглашался, и уже из гордости король должен хотеть хоть раз меня остановить.

— Ваше Величество, — обратился к королю я на опережение. — Я не отрицаю всей опасности моего предложения, но бездействие в этой ситуации равносильно смерти.

Леор долгое время молчал. Ему нравилось корректировать решения, а не принимать их самолично. Надо отдать ему должное — король всегда говорил по делу. Он был вполне умён и умел прислушиваться к другим. Аэльмар пристально смотрел на сестру, а затем перевёл взгляд на меня.

— Арэн полетит в Свээн вместе с Элизабет, — объявил король, чем сильно меня удивил. — Если кто и способен убедить, то только Арэн, а моя сестра придаст его словам убедительности.

Принцесса никак не изменилась в лице, спокойно приняв это решение, а вот у Кристофера в глазах ненадолго промелькнула ревность. Он был влюблён в Элизабет, хоть и старался этого не показывать.

Я был благодарен королю, что он вновь в меня поверил. Не знаю, чем по-настоящему руководствовался Леор, но для меня это уже не имело значения. То, что со мной будет Элизабет, увеличивало шансы на успех, хотя перелёт в Свээн в любом случае будет игрой ва-банк.

Даже не факт, что я лично смогу поговорить с королем Ульриком. Две адолийские дипломатические делегации приезжали в пограничный город Тотэр. Разговаривать им удавалось только с командирами йонг-воинов, хотя выше них ещё были свэрские воеводы.

Играть в осторожность уже не выйдет. Разведка докладывала об опасных передвижениях Туурона — на юг двигались тысячи их солдат. С учётом того, что информация доходила до нас с задержкой, войска врага уже были близки к границе. Из-за того, что принцесса полетит в Свээн вместе со мной, нужно было как можно скорее вернуть её в Адолию.

После быстрых сборов я вместе с Элизабет и Кристофером поехал к Виссаре. Виверна должна была улететь в ночь для создания облаков, и мы застали её за отдыхом. Сон магического зверя стерегли несколько дозорных, которые прятались так искусно, что мы увидели их только, когда руновоины сами вышли к нам на встречу.

Виссаре мой план предсказуемо не понравился. Она запела свою любимую песню…

— Арэн, мне нужна мотивация, — требовательно заявила виверна, выслушав меня. — Я тебе не ездовая лошадь, со мной ты морковкой не расплатишься! Хотя можно и морковью, если это будет праннит.

— Виссара, ты и сама знаешь, насколько сложно получить пранниты.

— Знаю! Но ты, будучи оборванцем, как-то достал мне праннит, а получив столько власти, ты этого больше не можешь⁈

— Это было удачное стечение обстоятельств, — ответил я и кое о чём задумался. — Если хочешь, мы можем напасть на Туурон. Проведём молниеносную атаку с целью завладеть ресурсами врага. Хентос должен быть обескровлен, но рядом с ним на севере есть богатый лорд Кримэл. Вылазка, правда, будет очень опасной. Местоположение тууронских прановоином я не знаю.

— Хорошо! — вдруг ответила Виссара. — Нападаем!

Такого я не ожидал, мои брови даже поползли вверх. Вообще я не хотел вызывать у виверны желание нападать на Туурон. На самом деле в этом даже был стратегический смысл — проведя атаку на землях врага, это может отвлечь армию противника от нападения на Адолию.

Однако был и подводный камень в этом плане — Элизабет точно опознают, и сведения, что она не в Адолии, подтолкнут Туурон к атаке ещё быстрее. В общем, менять стратегию было опасно. Да и Леор не предупреждён, мне дают много возможности своевольничать, но у всего есть предел.