– Эй, давайте начистоту! Я знаю, что я вам не нравлюсь. Но я люблю вашего сына, а он любит меня, поэтому давайте не будем ссориться. Я скоро уеду и перестану мозолить вам глаза.
– Какое совпадение: я тоже собираюсь уехать, – ответила Лада спокойно, почти без эмоций. Хотя, скорее всего, она их просто прятала. И Тайка тщетно силилась что-то прочитать на её ничего не выражающем лице.
– Ой, а вы куда?
– Домой. Хватит с меня придворной жизни.
– А кто же будет главной чародейкой?
Сказать, что Тайка удивилась, – ничего не сказать. Она-то думала, что Ладе важна власть… Может, когда-то так оно и было. Но теперь, после всех этих лет, та хотела только покоя.
– Это забота Радосвета. Радмилу-то он упустил. Княгиней теперь станет.
Тайке не понравился смешок, с которым Лада это произнесла.
– Ваша дочь скоро приедет, – напомнила она. – С женихом.
– Знаю. Поэтому планирую отбыть раньше.
– Значит, на свадьбе сына вас тоже не ждать? Не знаю, как Радмила, а Яромир будет расстроен. А вы потом об этом пожалеете.
– Ты смеешь мне угрожать?! – вскинулась Лада.
– Что? Нет! Я в прямом смысле: вы будете жалеть, что не побывали на свадьбе ни у одного из своих детей. Пусть вам не нравятся их избранники, но не вам с нами жить. Неужели вы сами никогда не любили?!
Последнюю фразу Тайка выкрикнула в сердцах, и чародейка, вздрогнув, прошелестела:
– Любила, конечно. И до сих пор люблю.
– Тогда вы должны понять.
Некоторое время они упрямо сверлили друг друга взглядами, а потом Лада отвела глаза.
– Так и быть, я останусь на праздник.
С этими словами она ушла с галереи, а Тайка мысленно записала на свой счёт одно очко.
В день праздника во дворец прибыло навье посольство, которое, конечно же, возглавлял Лис. Тайка, забыв о приличиях, повисла у него на шее. Даже не думала, что успела соскучиться. Потом она обняла Радмилу и Василису, а вот перед Весьмиром заробела.
– Надеюсь, это не из-за того, что произошло на Дороге Снов? – чародей состроил суровую мину, но Тайка сразу поняла, что он притворяется.
– А что между вами случилось на Дороге Снов? – насторожился Яромир.
– Остынь, воевода! – хохотнул Весьмир. – Ничего плохого не было. Просто она плакала, когда я умер. А теперь, когда я жив, даже руку не пожмёт.
– Так она небось виноватой себя чувствовала…
Яромир угадал, конечно. Потому что слишком хорошо её знал. Но Тайка всё равно буркнула:
– А давайте вы не будете говорить обо мне так, будто меня здесь нет!
А потом всё-таки обняла Весьмира.
– Кстати, мы с Василисой тоже решили пожениться. Вы все приглашены.
Весьмир взял за руку свою суженую, и Лис глянул на неё с укоризной:
– Мам, ну и почему я узнаю об этом от него, а не от тебя?
– Потому что избегаешь меня, – фыркнула Василиса. – И, подозреваю, делаешь это как раз для того, чтобы не услышать эту новость.
Тайка с удивлением воззрилась на Лиса:
– Но почему?!
Тот пожал плечами:
– Просто странно, когда твоя мать выходит замуж.
– То есть дело не в том, что ты до сих пор не простил Весьмира?
– Да простил я его, простил. Мы даже лично поговорили. Весьмир, скажи им!
– Было дело, – кивнул чародей. – Кстати, он лукавит, потому что я официально просил у него руки Василисы. И он даже согласился. А теперь перед вами выпендривается.
– Это же Лис, у него ничего не бывает просто. – Радмила глянула на брата с любовью, и Кощеевич приосанился. Видимо, счёл её слова за комплимент.
– А Май почему не приехал? – Тайка только сейчас заметила, что советника нет.
– Кто-то же должен править Навью, пока я в разъездах, – ответил Лис. – За это мы обещали привезти ему гостинцев. И Маржане тоже. Она вернулась в Навь и заняла пост начальницы дворцовой охраны. Кстати, ты видела, как мы приехали?
– Нет, а что?
– Штандарты, – улыбнулась Радмила. И, увидев непонимающий Тайкин взгляд, пояснила: – У Нави наконец-то сменился герб. Посмотри в окно! Твой дедушка решил поприветствовать гостей, вывесив наш стяг рядом со своим.
Тайка выглянула и тоже расплылась в улыбке. По чёрному полотнищу бежал золотой поджарый лис. Казалось, он пытается догнать белую волчицу на гербе Радосвета. Рядом на тёмно-синем полотнище реял белоснежный симаргл – значит, посольство из Полуночных земель тоже здесь. Все друзья в сборе!
– Нравится? – спросил Лис.
Он выглядел немного смущённым, и Тайка поспешила его заверить:
– Отлично смотрится! Новый флаг – новые времена. И новые надежды. Как ты себя чувствуешь?
– Сложно описать. Как будто гора с плеч упала, и груз прошлого больше не давит. Пожалуй, я давно не чувствовал себя настолько… свободным. И даже без чар.
– Но они ведь вернутся?
Тайке было немного неловко, что она-то себе магию вернула, а Лис – нет.
– Вот, взгляни. – Кощеевич щёлкнул пальцами, и на кончике его мизинца возник огонёк – совсем маленький, не больше, чем в зажигалке. Но чародей был очень горд собой. – Не волнуйся за меня, ведьма. Всё будет хорошо.
Василиса погладила сына по плечу. И столько тепла и участия было в этом жесте, что Тайка чуть не расплакалась. Ей самой захотелось увидеть маму. Пускай у них не всегда всё было гладко, мать есть мать. Родители не всегда понимают, что их дети уже выросли, но однажды они смирятся. И не станут чинить препятствий и заставлять детей жить по чужим правилам. Впрочем, в своей маме Тайка была уверена больше, чем в Ладе. Чародейка казалась очень уж непримиримой. Вон даже с дочерью поздороваться не пришла. И потом, когда все встретились в тронном зале, усиленно притворялась, что не знает Радмилу. Очень хотелось вмешаться, но Тайка понимала: не время и не место. Не все проблемы этого мира должна решать она. Люди и сами разберутся, нужно только дать им время.
В этот момент царь поманил её пальцем. Тайка подошла ближе и ахнула, узнав дедушкиного собеседника. Она-то думала, это один из придворных. Вот уж кого не ожидала увидеть!
– Каа? А ты-то здесь какими судьбами?
– Ты его знаешь? – Радосвет хмурился, вертя в руках какое-то письмо.
– Да. Он… – Тайка запнулась, вспомнив, что не стоит раскрывать все карты. – Он мой друг. И очень здорово помог нам. Мы бы сейчас не разговаривали, если бы Каа не вывел нас с Дороги Снов.
Взгляд царя заметно потеплел после этих слов, но настороженность всё-таки осталась.
– Он говорит, что прибыл ко двору в качестве посла.
– От кого? – у Тайки округлились глаза. Ну правда, не от Мары-Марены же и не от других божеств. Что опять мутит этот змей?
– От его сестры. – Каа наметил лёгкий поклон. – Царица Ясинка знает, что в Дивьем царстве ей не будут рады, поэтому сама не явилась, но написала брату письмо.
– И что в нём?
– Извинения. – Царь протянул Тайке послание с печатью в виде горыныча, потом хлопнул себя по лбу. – Ах да, ты же по-нашему читать не обучена! В общем, сестра сожалеет о содеянном и предлагает мир. Не знаю даже, что ответить.
– Ты не обязан отвечать прямо сейчас, – мягко сообщил Каа. – Но если у тебя есть вопросы, задай их мне.
– Ладно. Если моя внучка считает, что тебе можно доверять…
Царь благодарно кивнул Тайке, взял гостя под локоть и повёл к окну – поболтать с глазу на глаз. Вскоре Тайка потеряла их из виду. На душе у неё было спокойно. Она верила: Каа знает, что делает. Если сам отец Жизни и Смерти решил прийти на праздник, чтобы помирить враждующих брата и сестру, – значит, дело того стоит.
Погружённая в свои мысли, она случайно налетела на одного из гостей.
– Прошу прощения. Ой, Кладенец! То есть, я хотела сказать, Зоран. И ты здесь?!
– А где же мне ещё быть? – меч в человеческом обличье озорно сверкнул глазами, оправляя красный кафтан. – Где праздник, там и я.
– Но как ты расколдовался?
– А я и сам не знаю. Твой вояка попросил меня присмотреть за царём. Мол, ему помощь нужнее. Я согласился. Пришлось немного повоевать. Имей в виду: то, что мы заняли столицу так быстро, – моя заслуга. А потом что-то произошло, и оп – я снова стал человеком. Магию как будто отключило, а потом снова вернуло. Не веришь?
