Когда она обернулась уже в третий раз (опять никого!), Алёнка тоже забеспокоилась:
– Что-то не так, Тай?
– Сама не пойму…
Темнота казалась живой. Словно дышала им в затылок.
– Я Снежка кликну.
Алёнка закрыла глаза, чтобы сосредоточиться. Симаргл мог слышать зов своего человека даже на расстоянии.
А Тайкина тревога вдруг усилилась – и не зря. Потому что фонарь, мигнув, погас, а на дороге прямо перед ними появился силуэт огромного кота. Словно соткался из зимней темноты и снега. Вместо глаз на морде зверя сияли две яркие звезды, взгляд казался колючим и недобрым.
– М-мамочки! – пролепетала Алëнка.
Тайка решительным жестом задвинула её себе за спину. Несмотря на холод, лицо обдало жаром, на лбу выступил пот. Она понятия не имела, что это за существо. Но в голове мелькнула идея:
– Ты и есть Тимоша?
Зверь мигнул глазами-звëздами. Должно быть, это означало «да».
– Тебя Юля прислала? Она хочет, чтобы ты напал на нас?
– Меня нельзя пр-рислать, я сам пр-рихожу, когда хочу, – пророкотал кот. Или скорее даже рысь: Тайка заметила кисточки на ушах зверя.
Уф, ответил. Это добрый знак. С каждым, кто не молчит, можно договориться.
– Зачем ты пришёл?
– Чтобы пр-роучить девочку. – Тимоша продемонстрировал острые как ножи когти. – Она обидела мою подр-ругу.
– Алëнка никого не хотела обидеть. Люди ругаются и мирятся – это часть человеческих отношений. Если ты крался за нами всё это время, то наверняка слышал, что она хочет извиниться перед Юлей. Так что не лезь не в своё дело, они сами разберутся!
Сердце билось часто-часто. Тайка чувствовала страх, но в то же время сгорала от любопытства. Они явно встретили Юлиного духа-хранителя. Но что это за дух? Откуда он взялся? Почему решил защищать диковатую девочку? Вопросов было больше, чем ответов.
– Очень даже моё! – фыркнул Тимоша. – Я защитник.
– Значит, несчастья с теми тремя мальчишками – твоя работа?
Тайка была в этом почти уверена. Тимоша выпятил грудь. На его сумеречном теле замерцали мелкие звёздочки – словно пятнышки на рысьей шкуре.
– Чья же ещё!
– Нашёл чем гордиться. Они же дети!
– Если котёнок пакостит, его стоит пр-роучить.
– Не проучить, а воспитать. – Голос Тайки стал твëрже. Пусть этот зверь большой и опасный, но явно не злой. – Тебе не кажется, что наказание было слишком суровым?
– А тебе не кажется, что ты слишком добр-ренькая? Думаешь, я не пытался по-хор-рошему? Они не понимали. Пр-ришлось по-плохому. И заметь, я каждому сохр-ранил жизнь. Пр-росто напугал хор-рошенько, а дальше они сами себе навредили.
Ох и тяжко было спорить с духом-защитником! Со своей стороны он был полностью прав.
– Раз так, то можешь меня наказать. – Алёнка вышла из-за Тайкиной спины, раскинув руки. – Только знай: я правда не хотела зла и пыталась помочь.
А Тайка поддакнула:
– Кстати, твоя подопечная в курсе, что ты тут ради неё кого-то наказываешь?
– Нет. – Тимоша помрачнел, и звёзды на его теле погасли. – Моя задача – защищать.
– Ох, влети-и-ит тебе, если Юля узнает… – протянула Алёнка.
– Почему?
– Я тоже хотела навязать помощь, и видишь, чем всё кончилось?
– И, кстати, именно из-за твоих действий мы подозревали Юлю в злом чародействе. Выходит, ты её подставил, – развела руками Тайка.
Тимоша крепко задумался. И тут на дороге появилось белое облако. Вздымая снег, маленький симаргл со всех лап спешил на помощь своей хозяйке. Он залаял ещё издалека:
– Прочь! Прочь! Гадкий! Кот!
Тимоша резко развернулся к противнику и зашипел, хлеща себя хвостом по бокам.
Ох, ну почему так не вовремя? Они же почти договорились!
Тайка, зажмурившись, выбежала и встала между ними. Теперь ей стало по-настоящему страшно. Снесут – не заметят, защитнички.
– Снежок, фу! – пискнула Алёнка.
– Ха! Это же тот пëс, что шпионил возле нашего дома! – прошипел Тимоша.
– Так. Вот. Кем. Там. Воняло. – Симаргл остановился в паре метров и зарычал совсем по-взрослому.
– Хочешь испр-робовать моих когтей?
– Только. Попробуй. Укушу!
– Перестаньте ругаться! – отчаянно крикнула Тайка. – Вы же оба хранители и делаете одно дело. Каждый пытается защитить свою подругу.
– Хм… – Тимоша обернулся к Алёнке. – Если симар-ргл выбр-рал тебя, значит, ты не плохой человек.
– Даже хорошие люди порой совершают дурные поступки. От обиды. Из страха. Из-за недопонимания. Или просто по глупости. – Алёнка встала рядом с Тайкой, гордо подняв голову. – Обещаю, мы с Юлей сами разберëмся. Станем после этого подругами или нет – время покажет. В любом случае я извинюсь. Но ты тоже поговори с ней начистоту. Возможно, разговор будет непростым. Но это намного лучше, чем действовать за спиной.
– Мы уже давно не разговариваем, – буркнул Тимоша. – Она решила, что меня не существует. Молчит – и я молчу. Пф!
– Слушать. Друзей. Надо, – тявкнул Снежок. – А ерунду. Не. Слушать!
Тимоша сперва вытаращился на него, а потом усмехнулся:
– Никогда не думал, что скажу такое, но псина права. Ладно. Больше я не стану никого наказывать. И с Юлей помур-рлычем. Нравится ей или нет, но я – не вообр-ражаемый, а настоящий.
– Кстати, а кто ты? Я таких прежде не видела. – Тайка сказала это быстро-быстро: побоялась, что рысь сейчас исчезнет и она так и не узнает правду.
– Это потому, что мы не любим показываться людям. – Звёздные глаза сощурились. – Я – ведогонь.
Ого! Тайка аж раскрыла рот:
– Ой, вы же духи, которые не только защищают, но ещё и вдохновение дарят, да?! Типа, если человек талантлив, значит, его ведогонь любит? Надо же! Я понятия не имела, что вы выглядите как рыси.
– Мы выглядим по-разному. Говорят, обличье ведогоня отражает характер его подопечного. Да-да, не удивляйся. Мы есть у каждого смертного. Потому что каждый в чём-то талантлив. Ладно, мне пора.
Тимоша подмигнул ей и исчез. Даже следов на снегу не осталось.
* * *
На обратном пути Снежок носился туда-сюда. То просил бросить ему палку, то требовал поиграть с ним в снежки. Ведь это так весело – ловить пастью снег.
А Алёнка шла и размышляла над словами Тимоши: «Каждый в чём-то талантлив».
– Интересно, а в чём тогда мой талант? – вырвалось у неё.
– Вот и я о том же думаю… – вздохнула подруга. – Мой – уж точно не в алгебре…
– Ну, ты ведьма сильная.
– Ой, да ладно. Бывают и посильнее.
Какой это сложный вопрос, оказывается…
– Я бы очень хотела увидеть своего ведогоня. Ну хоть одним глазком… – Тайка, задрав голову, глянула в тёмное зимнее небо. И вдруг – словно на заказ – по небу чиркнула звёздочка-мечта.
– Ты видела, видела?! – замахала руками Алёнка. – Успела загадать желание?
– Да-а-а!
– Здорово! Значит, однажды сбудется.
– А ты сама-то успела?
– Нет. У меня же уже есть Снежок. Зачем мне ещё один дух-хранитель?
Алёнка бросила симарглу ветку, которую тот поймал зубами на лету, и вдруг её осенило: наверное, её главный талант – это верить в волшебство. Тайка-то его с детства видела, потому что в ней есть дивья кровь. А в Алёнке ничего такого нет. Она просто верит всей душой. Да, пока она маленькая ведьма – поэтому и чудеса умеет творить только небольшие, – но однажды непременно вырастет. Может, совершит что-то великое, может, нет, это уж как получится, – но уже точно не станет скучной взрослой.
Ключи от ворот зимы
Зима никак не наступала. Календарь намекал, что близится Новый год, но судя по погоде, на дворе ещё стояла мрачная ноябрьская осень. С деревьев облетели почти все листья, и только гроздья алых ягод пламенели между тёмных ветвей. Дни стали короче, солнце почти не показывалось из-за нависших серых туч, а лужи по утрам покрывались тонкой корочкой льда. Снег выпадал уже дважды, но потом приходила оттепель, и он таял, превращаясь в бурую грязь. Тайка каждый раз расстраивалась: как же это – Новый год, и без снега?
