Системный Друид (СИ) - Ло Оливер

Борг вёл их через восточные распадки, как и предполагал Торн. Самый прямой путь. Опытный проводник понимал, что городские устанут быстро, и старался сократить маршрут.

К середине дня они добрались до первой развилки.

Я занял позицию на толстой ветке старого вяза, откуда открывался обзор на тропу. Отряд остановился, сгрудившись вокруг Борга. Охотник хмурился, разглядывая стволы деревьев.

Мои зарубки сбили его с толку. Привычные метки на левой тропе исчезли, зато правая теперь выглядела размеченной и безопасной. Борг присел на корточки, провёл пальцами по свежим надрезам на коре.

— Странно, — донёсся его голос. — Метки смещены.

Один из звероловов, широкоплечий мужчина с рыжей бородой, подошёл ближе.

— Проблемы, охотник?

— Кто-то изменил знаки, — Борг выпрямился, оглядывая окрестности. — Либо это сделал другой следопыт, либо…

— Либо что?

Борг покачал головой.

— Левая тропа должна быть размечена. Я сам ставил эти метки три седмицы назад.

Рыжебородый нетерпеливо переступил с ноги на ногу.

— Так куда идём? Время уходит.

Охотник долго смотрел на правую тропу, потом на левую. Его глаза сузились, словно он пытался прочитать что-то в рисунке коры и расположении камней.

— Направо, — наконец сказал он. — Метки свежие, значит, кто-то прошёл здесь недавно. Возможно, другая группа охотников.

Я позволил себе едва заметную улыбку. Первый шаг сделан. Да и отчасти Борг был прав — он же не единственный охотник здесь, и другие отряды вполне могли указать как для себя, так и остальных более безопасный путь.

Отряд двинулся по правой тропе, той самой, которую я превратил в полосу препятствий. Борг шёл впереди, внимательно осматривая дорогу, но моя работа была тщательной. Приманки из огневки ползучей, размазанные по стволам, он принял за естественные следы древесной смолы. Сонную крапиву, развешанную над тропой, за обычные заросли.

Первый инцидент произошёл через час.

Один из звероловов, молодой парень, решил срезать угол через кустарник. Его плечо задело свисающие листья сонной крапивы, и он вскрикнул, схватившись за лицо.

— Что за дрянь⁈

Кожа на щеке и шее покраснела, начала отекать. Парень тёр глаза, из которых текли слёзы, спотыкаясь и натыкаясь на товарищей.

— Крапива, — буркнул Борг, подойдя ближе. — Сонная. Здесь её полно, смотрите под ноги.

Отряд замедлился. Теперь каждый внимательно разглядывал заросли, стараясь обходить подозрительные кусты. Это стоило им времени и нервов, именно то, чего я добивался.

К вечеру они добрались до мочажины.

Почва под ногами начала хлюпать, сапоги проваливались в грязь по щиколотку. Борг остановился, нахмурившись.

— Здесь не должно быть болота, — пробормотал он, больше себе, чем остальным. — Сезон сухой, почва должна держать.

Рыжебородый, который, судя по всему, был старшим в отряде, подошёл к нему с недовольным видом.

— Ты повёл нас через трясину?

— Это не трясина. Просто влажный участок.

— Мои люди по колено в грязи!

Борг сжал челюсти, сдерживая резкий ответ.

— Обойдём справа. Там выше и суше.

Обход занял ещё два часа. Когда отряд наконец выбрался на твёрдую землю, солнце уже садилось. Люди были измотаны, раздражены, покрыты грязью с ног до головы. Двое и вовсе умудрились споткнуться и повалить друг друга в самую грязищу, а ручей долго не попадался на их пути.

— Разбиваем лагерь, — приказал рыжебородый. — На сегодня хватит.

Борг кивнул, хотя по его лицу было видно, что он предпочёл бы пройти ещё несколько километров. Охотник отошёл в сторону, пока звероловы расчищали площадку для костра.

Я наблюдал с безопасного расстояния, укрывшись в густых зарослях папоротника. Маги расположились у края лагеря, один из них развёл руками, и в воздухе возникла полупрозрачная сфера, охватившая всю поляну.

Защитный барьер. Он засечёт любого, кто попытается приблизиться.

Я отступил глубже в лес, обдумывая следующий шаг. Прямая атака на лагерь исключалась, маги обнаружат меня задолго до того, как я подберусь достаточно близко. Оставалось работать издалека.

Приманки, которые я разложил вдоль тропы, уже начали действовать. Запах огневки привлекал хищников, и к ночи вокруг лагеря собралась целая компания: пара щетинистых ежей, несколько рогатых зайцев и что-то крупное, шуршащее в кустах на границе света от костра. Его даже я не видел со своей позиции.

Звероловы нервничали. Каждый шорох заставлял их хвататься за оружие, каждая тень казалась угрозой. Костёр горел ярко, слишком ярко для ночёвки в лесу, выдавая страх тех, кто его разводил.

Я достал склянку с «Ночной прогулкой» и сделал глоток. Горьковатый вкус обжёг язык, и через несколько минут темнота вокруг посветлела, превращаясь в серые сумерки. Теперь я видел почти так же хорошо, как днём.

Ночь предстояла долгая.

Я начал с простого.

Круг вокруг лагеря был достаточно широким, чтобы оставаться за пределами магического барьера. Я двигался по этому кругу, останавливаясь каждые сто шагов.

Рогатый заяц, пойманный в силок, бился в моих руках. Я перерезал ему горло быстрым движением, но все же имитируя удар от когтей хищника и швырнул тушку в сторону лагеря. Она упала с глухим стуком, и звероловы мгновенно вскочили на ноги, выхватывая оружие.

— Что это⁈

— Там! В кустах!

Арбалетный болт просвистел в темноту, воткнувшись в ствол дерева в двадцати метрах от меня. Я даже не вздрогнул.

Суета продолжалась минут десять. Потом кто-то нашёл тушку зайца и принёс к костру.

— Заяц. Просто дохлый заяц.

— Откуда он взялся?

— Хищник бросил. Или сова уронила. Мне-то откуда знать⁈ — возмутился «добытчик».

Они успокоились, но напряжение осталось. Когда я повторил трюк через час, с другой стороны лагеря, нервы у них сдали окончательно.

До рассвета отряд поднимался по тревоге четыре раза. Дважды из-за моих «подарков», дважды из-за настоящих хищников, привлечённых запахом крови. Щетинистый ёж пробрался к самому краю барьера, принюхиваясь, и один из магов потратил заклинание, чтобы отогнать его вспышкой света.

Когда солнце наконец показалось над верхушками деревьев, звероловы выглядели измотанными и злыми. Тёмные круги под глазами, дёрганые движения, раздражённые голоса.

Борг держался лучше остальных. Он привык к лесным ночёвкам, к звукам и шорохам, которые пугали городских. Его лицо оставалось спокойным, хотя в глазах я заметил тень озабоченности.

Охотник чувствовал, что что-то идёт не так. Лес вёл себя неправильно, слишком агрессивно для этого времени года и этого места. Хищники не собирались стаями вокруг человеческих стоянок без причины.

Но причину он найти не мог. Ну а я, соответственно, не собирался ему подсказывать.

Второй день начался с новых проблем.

Я опередил отряд на несколько часов, пока они собирали лагерь и завтракали. Следующий участок маршрута проходил через буреломы, и у меня было время подготовить ещё несколько сюрпризов.

Верёвка, натянутая между корнями, ждала своего часа. Я проверил узлы, убедился, что она достаточно низко, чтобы её не заметили, и отступил в укрытие.

Отряд появился около полудня. Борг вёл их осторожно, обходя самые очевидные завалы, но бурелом был слишком обширным, чтобы найти полностью безопасный путь.

Первым споткнулся рыжебородый.

Он шёл сразу за Боргом, что-то выговаривая охотнику на ходу, и не заметил верёвку. Нога зацепилась, и он рухнул лицом в грязь, роняя меч и разбрасывая снаряжение.

Ругательства разнеслись по лесу, распугивая птиц.

— Какого демона⁈

Он поднялся, отплёвываясь от грязи и листьев. Его лицо было красным от ярости и унижения.

— Кто натянул эту дрянь⁈

Борг присел, осматривая верёвку. Его пальцы нащупали узел, и глаза сузились.

— Это не случайность, — сказал он тихо. — Кто-то поставил ловушку.