Старт корректора (СИ) - "Генрих"

— Об архимагах нам мало что известно. Если только архимаг-артефактор. Я могу ещё представить, что он уничтожит плетение и сами браслеты, но изменить его…

— Да, а что с браслетами? — принц смотрит на докладчика.

— Остались на шевалье, — Каннис порадовался, что может ответить. — Чтобы их снять, нужен ключ-артефакт.

Все замолкают. Новости, свалившиеся на голову настолько объёмны и необычны, что требуется время, чтобы разместить их в голове. Паузой решает воспользоваться казначей:

— Экселенц, а что произошло со счётом шевалье в банке Мозерсов?

Под вопросительными взглядами венценосных особ увиливать, а тем более лгать, не принято. Время подумать снова даёт казначей:

— Дело в том, что приходил управляющий банка, показал документы, из которых ясно, что деньги забрали ваши люди. Шевалье как раз в это время находился в вашей тюрьме, а его именной перстень, наверное, до сих пор у вас.

— Да, мы хотели на него надавить. Дать на выбор два варианта: либо даёшь клятву верности королю, и у тебя будет всё, либо отказываешься и всего лишаешься.

— Деньги надо вернуть, — сухо извещает казначей. — Шевалье сумел доказать управляющему, что счёт закрыл не он. Теперь банк должен шевалье пятьсот два соверена.

— Какой зажиточный молодой человек, — негромкое высказывание Солтера заглушает голос короля:

— Он вернёт, не волнуйтесь.

Канниса отпускают. Он не удерживается от того, чтобы присесть на стул в приёмной. Два часа на ногах — нагрузка не для его возраста.

«Хорошо ещё, что не всплыл вопрос о праве собственности на особняк Гревисов, — думает он. — Тоже придётся возвращать».

Через полчаса. В комнате остались только король с принцем.

— Убил бы, если б было кем заменить, — цедит король по адресу Канниса.

— Положим, предвидеть такое никто не сможет, — принц всегда брал на себя роль оппонента.

Король некоторое время размышляет. При желании у провалившего дело подчинённого всегда можно найти ошибки. Их легко обнаружить даже у победителя. Успеха ведь тоже можно добиться разной ценой. И король быстро находит:

— Нельзя так жёстко прижимать к стенке. Шевалье поставили перед выбором — всё или ничего. Надо было по-другому делать.

— Как?

— Мягко. За согласие присягнуть трону — положение фаворита короля. За отказ — никаких угроз, живи себе дальше, как обычный подданный. В таком случае имелась бы возможность повторить предложение, уговорить на согласие.

— Отец, а какой приказ вы отдали Каннису?

— Серьёзно заняться этим шевалье!

— Ну, вот он и занялся, — пожимает плечами принц. — Уж как умеет.

— Сильно умные все стали, как я погляжу… — королю не хочется признавать, что он промахнулся.

Герцогство Асфанское, город Дрезмон.

Герцогский замок Гауст.

Вечер того же дня.

— Во Дворце знают, куда ты поехал, — заявляет герцог.

Мы у него в кабинете сидим, обсуждаем будущее. Моё, в основном.

— Ты можешь только в Латардию сбежать или в северные княжества. Другие границы слишком далеко, перехватить могут. Если через северные ворота крупные отряды не проходили, то ясно, кто ушёл через западные.

— Так это вы ушли, — пожимаю плечами. — Да и не важно всё это. Всё равно меня уже не перехватят.

Первые сутки мы гнали на пределе. Моих лошадей никто не догонит, только своих коняшек запалит. Расстояние в один конный переход у нас в полтора раза больше. Скорее всего, организмы лошадей от моих подстёгиваний всё-таки изнашиваются. Но стараюсь не злоупотреблять, режим форсажа использую только в крайних случаях. Герцог искренне изумлялся скорости нашего марша.

До столицы герцогства мы добрались на исходе четвёртого дня. Асфанский же всегда считал, что Дрезмон в неделе конного пути от столицы.

— Перехватить могут, если есть голубиная почта до пограничной заставы. Тогда тебя остановят.

Широко улыбаюсь герцогу, тот приходит в лёгкое замешательство, но с вопросами не лезет. Стук в дверь, дворецкий:

— Милорд, к вам стряпчий Вентр.

Стряпчий нам нужен для составления копии свидетельства о праве собственности на особняк Гревисов. Как обещал Хендрику.

Западная граница Ардании.

Пограничная застава.

Спустя три дня.

— Что везёте? С какой целью выезжаете? — офицер пограничной стражи вежлив, но въедлив.

— Себя везём, — пожимаю плечами, — личное имущество, припасы.

— Если есть товары к продаже, полный реестр, пожалуйста.

— Нет. Торговлей не планирую заниматься. Хочу соседнее королевство посмотреть, говорят, там умелые артефакторы есть.

— Надо проверить, — офицер пристально смотрит в лицо. — На наличие запрещённых к вывозу предметов.

Вот служака! Морщусь:

— Это, наверное, долго? Давайте заплачу вам соверен, да и дело с концом.

— Взятку мне предлагаете? — служака приходит в возбуждение, глаза сужаются.

— Какую ещё взятку? — искренне (ну почти) изумляюсь. — Разве я не должен платить пошлину?

Некоторое время пытается высверлить брешь в моей непробиваемости. Напрасный труд.

— Пошлина с вас — три кроны за три повозки. Но проверить всё равно надо.

Три кроны забирает, что вселяет надежду на окончание утомительной процедуры. Выходим наружу, все трое. Ему ассистирует помощник.

Офицер с серьёзным видом осматривает весь наш табор. Моих людей мимоходом и не всех, его груз интересует. Наблюдаю с любопытством, до чего магическая техника дошла, он артефакт использует. Просто проводит им снаружи, внутрь никто не залезает. Судя по спокойному виду, ничего запрещённого не находит.

Стою, стоически терплю, когда же это кончится? Полчаса уже нас мурыжит. Прибывший вслед за нами небольшой купеческий караван привычно располагается на отдых. Ответом мне служит противный писк. Оборачиваюсь. На меня круглыми глазами смотрит старший стражник, в руке прекращает дребезжать цилиндрический амулет-контролёр.

— Эт-то что? — страшным шёпотом вопрошает офицер.

Стоящие рядом стражники кладут руки на эфесы мечей. Что — я сам хотел бы знать… «Браслеты!» — вспыхивает в голове. Если что запрещено, то наверняка они в том списке. Млять! Надо было контрабандными тропами идти.

Глава 25

Здравствуй, Латардия!

Западная граница Ардании.

Пограничная застава.

— Вы о чём?

Спокойствие моё и моих людей основано на уверенности: мы всегда можем пробиться силой. Без шума и пыли.

— Что у вас такое? — старший хмурится, но остальные, хоть и настороже, ощутимо успокаиваются.

— Защитный амулет, наверное, а что?

— Покажите!

Ага, сейчас! Впрочем…

— Его снимать надо. Пойдемте в помещение, не буду же я на холоде раздеваться.

— Покажите! — возбуждённый стражник упирается.

Вот упрямец! Ну, смотри! Задираю полы тёплого плаща, показываю пряжку ремня. А что, она у меня красивая. Тут же закрываю. Смотрю абсолютно невинно.

— Снимайте!

— Вы что, совсем? — вот правда, берегов не видит. — Акт изъятия где? Расписка о принятии на хранение ценной вещи? Амулет, между прочим, сто восемьдесят соверенов стоит. Кстати, неплохо бы мне их получить под залог артефакта.

Начальник смены размером суммы сильно впечатляется и трёт лоб в раздумьях. Всё-таки решает отвести меня обратно в караулку разбираться. С ним ещё четверо. Ну, там все и остаются. Прикладываю к готовому разрешению на выезд большой палец обездвиженного офицера. Чёрная краска уже въелась в него, чернильная подушечка рядом, догадаться несложно. Удобно, между прочим. Сразу и аурный отпечаток и папиллярный рисунок, который тоже хрен подделаешь.

— Сказали, четверть часа никому не входить, — упираюсь ладонью в грудь сунувшегося к дверям купчишки.

— Да что такое⁈ — пробует возмущаться.