Архитектор Душ VII (СИ) - Вольт Александр

— Я тоже скучаю, Лиз, — честно признался я. — Но ты молодец. Растешь.

— Спасибо учителю, — она шагнула ко мне и, привстав на цыпочки, крепко обняла.

Я обнял ее в ответ, чувствуя знакомый запах ее духов, от которого шевельнулось что-то там внутри.

— Удачи тебе здесь, — шепнул я ей. — И будь осторожна. Если что-то покажется странным на вскрытии, то звони. Помогу, чем смогу.

— Поняла, — она отстранилась, заглядывая мне в лицо. — Думаешь что-то не чисто?

— Нет. Думаю, что у него просто оторвался тромб, а там, как говорится, вскрытие покажет, — сказал я честно. — Береги себя.

— И ты. Передавай привет всем нашим, когда вернешься.

— Обязательно.

Я смотрел, как она садится в служебную машину, как катафалк трогается с места.

Когда их огни скрылись за поворотом, я сел в «Имперор» и завел двигатель, после чего натыкал на навигаторе дорогу в родовое имение и вырулил на трассу.

Дорога домой пролетела незаметно, и когда колеса зашуршали по гравию подъездной аллеи, на часах было ровно пять вечера. Осеннее солнце уже начало крениться к закату, окрашивая верхушки вековых лип в золото и медь.

В доме было тихо. Отца я нашел в гостиной. Он сидел в кресле, просматривая какие-то документы на планшете, и выглядел вполне довольным жизнью. Болезненный вид практически покинул его лицо. Увидев меня, он снял очки и отложил гаджет.

— А, явился, гуляка, — беззлобно проворчал он. — Я уж думал, ты решил скупить всю Москву и открыть филиал ЦУМа прямо в своей комнате. Доставка уже привезла твои пакеты.

— Решил обновить гардероб, раз уж я здесь, — ответил я, присаживаясь на подлокотник дивана напротив. — Но сейчас не об этом. Отец, есть разговор.

— М? — он вопросительно поднял бровь. — О чем? О твоем отъезде?

— О работе, — коротко бросил я. — И о бизнесе.

Глаза Андрея Ивановича мгновенно загорелись. Слово «бизнес» действовало на него как боевой горн на старого кавалериста. Он тут же собрался, сбросив с себя расслабленность домашнего вечера.

— О как, — сказал он, и на его губах заиграла довольная улыбка. — Ну, наконец-то. Пойдем в кабинет. Такие вещи на бегу не обсуждаются.

Он бодро подскочил с кресла и, махнув мне рукой, направился в свое святая святых.

Отец прошел к своему массивному дубовому столу, сел в кресло и, сплетя пальцы в замок, выжидающе посмотрел на меня. Я опустился на стул, закинув ногу на ногу.

— Ну? — нетерпеливо спросил он, подаваясь вперед. В его голосе звучала плохо скрываемая надежда. — Что, надумал все же остаться в Москве? Решил, что хватит с тебя жизни на отшибе и пора заняться серьезными делами?

— Нет, — отрезал я сразу, без предисловий.

Лицо отца тут же скисло, словно он откусил лимон целиком. Плечи опустились, а в глазах погас огонек азарта.

— Тьфу ты, — буркнул он, откидываясь на спинку кресла. — А я-то уж губу раскатал… Тогда, о чем речь? Денег на карманные расходы не хватает?

— У меня к тебе есть предложение даже получше, — сказал я, игнорируя его разочарование.

Отец скептически хмыкнул.

— Что может быть лучше возвращения сына в родовое имение и того, что он встанет рядом со мной к работе в семейном бизнесе? — риторически спросил он, крутя в руках дорогую ручку. — Я вот, честно, не приложу ума.

Я улыбнулся. Спокойно, уверенно. Так, как улыбается человек, у которого на руках флеш-рояль.

— Расширение бизнеса, отец. Не думал об этом?

Андрей Иванович фыркнул.

— Да куда тут расширяться? Мы и так едва успеваем за потоком тендеров и заказов. Заводы пашут в три смены, логистика трещит по швам. Мне бы удержать то, что есть, а не плодить новые филиалы, за которыми нужен глаз да глаз.

— Вот именно, отец, — кивнул я, подаваясь вперед. — Ты нужен здесь. Твоя империя окон и строительства — здесь. А на юге… на юге у меня есть идея, как развернуть другой бизнес. Совершенно иной профиль. И к нему тебе даже прикладываться не надо будет.

Отец перестал крутить ручку и внимательно посмотрел на меня.

— Продолжай.

— У меня есть грамотный специалист, — начал я, вспоминая горящие глаза Алисы. — Человек, который знает эту сферу от и до. Который владел этим бизнесом ранее, но потерял его в силу определенных обстоятельств. И сейчас есть уникальная возможность купить этот актив обратно. По очень вкусной цене.

— Что за актив? — деловито спросил отец.

— Верфь, — произнес я весомо. — Судоремонтный завод в Феодосии.

Отец прищурился. Я видел, как в его голове закрутились шестеренки, просчитывая риски и выгоды. Он был тертым калачом и сразу понял, к чему я веду.

— Подробнее, — потребовал он.

В этот момент я мысленно вздохнул. Один минус в моем плане все же был: сделать так, чтобы он подумал, будто сам это придумал у меня не получилось. Слишком мало времени на подготовку, слишком прямой у старика характер. Придется брать нахрапом и логикой.

— Схема простая, — начал я излагать. — Мы покупаем актив. Оформляем на род Громовых. Ставим своего человека управляющим директором с полным карт-бланшем. Он она полностью берет на себя весь процесс: наем, заказы, ремонт, модернизацию. Мы не лезем в операционку. Вообще.

Я сделал паузу.

— Мы получаем с этого тридцать процентов чистого дохода.

— Тридцать мало, — тут же, рефлекторно, отреагировал отец. Это был инстинкт: всегда проси больше. — Стандартная ставка инвестора — минимум пятьдесят, а то и контроль пакета.

— Тридцать — это достаточно, — парировал я спокойно, не давая ему перехватить инициативу. — Услышь меня: ты вообще не вмешиваешься в работу. Тебе не нужно летать туда на совещания, не нужно проверять сметы, не нужно ругаться с поставщиками. Ты просто дал денег на старте — и забыл. А потом получаешь прибыль на счет. Фактически кнопка «бабло» в чистом виде.

Я откинулся на спинку стула.

— Я буду следить за происходящим на месте. Считай, что это пассивный доход, в котором ты принял участие всего раз в жизни, когда проспонсировал покупку. В дальнейшем ты просто получаешь прибыль, даже не заморачиваясь. Деньги делают деньги, пока ты спишь. Разве не об этом мечтают все капиталисты?

Андрей Иванович нахмурился, постукивая пальцами по столешнице.

— Звучит сомнительно, веришь? — пробормотал он. — Слишком гладко. Верфь — это не ларек с шаурмой. Это сложное производство. Оборудование, кадры, лицензии… Кто этот твой «специалист»? Справится ли?

— Справится, — твердо ответил я. — Я ручаюсь. И я предлагаю тебе не кота в мешке, а вариант доходного бизнеса, который будет стабильно пополнять казну рода Громовых и расширит наше влияние на юг.

— А если не выгорит? — отец посмотрел на меня своим тяжелым, «директорским» взглядом. — Если твой спец облажается? Если заказов не будет? Верфь встанет, а деньги, мои деньги, пойдут на дно вместе с ржавыми баржами. Кто ответит?

Я выдержал его взгляд.

— Если не выгорит, я покрою твои убытки.

Отец на секунду опешил, а потом расхохотался. Громко, заливисто, до слез.

— Ха! — он вытер выступившую слезинку. — На зарплату коронера? Витя, ты хоть представляешь порядок цифр? Это тебе не машину в кредит взять.

Я не стал смеяться в ответ. Я лишь ехидно, уголком рта, улыбнулся.

— А вот это тебя уже волновать не должно, — произнес я тихо, но так, что смех отца резко оборвался. — Откуда у меня средства — это будут мои вопросы. Но, по-моему, ты уже имел возможность убедиться в том, что слово я держать умею.

Андрей Иванович перестал улыбаться. Он смотрел на меня по-новому. Словно впервые увидел не сына-изгнанника, а партнера.

В кабинете повисла тишина.

— Так что, идет? — я протянул руку через стол.

Отец долго смотрел то мне в глаза, ища там хоть тень сомнения, то на мою протянутую ладонь. Он взвешивал. Он оценивал. Не верфь, не деньги. Он оценивал меня.

Наконец, он решился.

Размахнувшись, он со всего маху шлепнул мне по ладони своей широкой рукой и крепко сжал ее.

— Так уж и быть, — крякнул он. — Пусть это будет проверкой тебя как бизнесмена, сын. Рискну. Радует, что ты хоть начал задумываться про собственный бизнес и инвестиции, а не планируешь всю жизнь сидеть до пенсии на зарплату коронера, копаясь в покойниках.