Пайдмент - Ромазанова Мария

Наконец, понимая, что больше нечего совершенствовать, она взглянула на них. Но не почувствовала ни облегчения, ни притупленной грусти от образов давно ушедших друзей, лишь горькую, разъедающую всё нутро пустоту внутри.

С тех пор они так и стояли на одном месте, покрытые, словно мёртвые, саваном. Эф была уверена, что камень за столько лет начал рушиться и походить трещинами, требуя реставрации, но она больше и думать не смела, чтобы вновь взглянуть в их каменные лица. Поэтому лишь изредка приходила сюда, садилась напротив каменных изваяний и молча смотрела сквозь них часами напролёт.

Но за всё это время одно она поняла точно – пока режет камень, в голове тихо. Пока работает – она отдыхает. Пока творит – живёт. Именно поэтому работа и стала для неё главным приоритетом. Она бралась за самые сложные и долгие проекты, будучи уверенной, что они точно позволят продержаться ей в ясности и тишине.

Сейчас же она пришла из-за опасений после разговора с Аспером.

«Вдруг я перестану о них помнить? – терзалась девушка. – Я не имею права забывать их. Тех, кто связывает меня с моей прошлой жизнью. И не имею права терять чувства вины – это моя ноша и мой долг перед ними. А если я, в конце концов, всё же сойду с ума и тоже их забуду? Что тогда делать? Что вообще лучше?»

Эф закрыла глаза, глубоко вдыхая, пытаясь очистить голову. Но не выходило. Как и всегда.

Глава 2

В общем зале стоял шум. Директор музея, мистер Таймли, решил провести общее собрание всех своих (и не только) сотрудников. Мистер Таймли, или мистер Ти, как его привыкли называть, несмотря на все протесты против сокращения собственного имени, был вампиром и, соответственно, бессменным директором музея.

Так уж сложилось, что к музею были причастны не только архив, но и реставрационный отдел, и городское кладбище. Помимо них, музей отвечал и за все достопримечательности города, куда не стеснялись приткнуться и магазинчики, антикварные лавочки и даже заведения общепита. В общем, в маленьком городе все были, так или иначе, связаны. Эф, Аспер и миссис Хрониклс, как главы своих отделов, разумеется, тоже здесь присутствовали.

Вопросом дня должны были стать довольно скучные вещи – что успели и что осталось отремонтировать в городе после бури. Этично ли всё-таки будет открыть кофейню (или «кровейня», как окрестил её один из близнецов) для местных вампиров, которым надоело переплачивать поставщикам за донорскую кровь. И последнее, и, наверное, самое важное – предстоящая городская ярмарка.

- Так, первое, - начал мистер Таймли. - Мисс Драу убедительно просила напомнить, что её озеро – не место для решивших попрощаться со своей жизнью из-за несчастной любви.

Нида Драу была ундиной, что переехала в город и поселилась у озера лет семьдесят назад. Правда, почти всё время она пребывала в воде, выходя на берег больше от скуки. Или для того, чтобы узнать последние сплетни от ракушечника, что неровно дышал к ней и всё уговаривал переехать к нему в соседний водоём на другой конец леса.

Об озере ходила легенда, истоки которой не знала даже Эф. Говорили, что воде известно, истины ли чувства вашего возлюбленного к вам или нет. Чтобы узнать это, нужно было просто немного… утопиться. Если любовь настоящая, то он вмиг почувствует, что вы в опасности и примчится спасать вас. Правда, легенда не поясняла, как ему удалось бы так быстро добраться до озера.

Позже этот миф наградили ещё одной деталью – про неразделённую любовь. Мол, твоя близость к смерти пробудит чувства твоего избранника или избранницы, и он придёт на помощь.

Самое удивительное (ну или нет), что упорно топились в основном мужчины. У женщин хватало мозгов оценивать отношение к себе по многим реальным критериям.

Однако потенциальные утопленники прибывали к озеру с завидной регулярностью, чем сильно досаждали Ниде. Хотя она и была дамой хладнокровной, но всё же не бессердечной. И постоянно вылавливала ослеплённых страстью болванов, выбрасывая их на берег. Иногда и по два раза подряд. Особо упорные не ждали следующего случая на счастливое «утопление», которое дало бы им ответ, и едва придя в себя на суше, снова кидались в воду.

- Ну сколько это будет продолжаться? – раздался недовольный голос из планшета, что установили рядом с мистером Таймли. Сама Нида не любила надолго покидать свои владения. Поэтому зачастую пользовалась помощью ракушечника.

- Мне, по-вашему, больше заняться нечем? Прошу топиться в болоте, - настоятельно попросила ундина. - Там вас не только не будут спасать, но и всячески поспособствуют гарантированной смерти, - пообещала Нида, имея в виду болотницу, которая сильно недолюбливала ундину, завидуя ненужной той популярности. – В качестве бонусов - приятная прелюдия в виде потрошения и отрывания конечностей. А я себе уже руки перекачала, таская на берег недалёких кретинов. Вот, - пожаловалась озёрная спасительница, демонстрируя на камеру хрупкие плечи.

- И правда, господа, проявите уважение к мисс Драу и умирайте в другом месте, - мистер Таймли сурово взглянул на юного Силли Флотера, последнего спасённого. Тот неловко заёрзал на стуле, смущаясь от прикованного к нему внимания.

Эф сидела и думала, как бы найти этого шутника, что придумал глупую легенду, оказавшуюся такой популярной. До того, как в Пайдменте появилась ундина, смерти в озере были достаточно регулярными. Пришлось сделать ни один надгробный памятник, пока не было принято решение охранять озеро. Но даже тогда вода периодически выплёвывала очередного несчастного влюблённого.

Вертя в руке острый шпиль, её взгляд зацепился за край толстовки, на котором остался белый пепел. Она машинально стряхнула его, надеясь, что он не остался ещё где-то на одежде. Утром она всё-таки пошла в парк посмотреть на упавшее дерево. Ей даже удалось побродить возле него, не привлекая чужого внимания. Дерево упало на отдалённой тропе и, вероятно, о нём так никто бы и не узнал, если бы не Трисс, любившая организовывать свидания подальше от любопытных глаз, на почти затерянных лесопарковых дорожках.

Эф пыталась найти хоть какой-нибудь след вредительства, но дерево словно умерло за мгновение, оставив после себя лишь большую гору белого пепла. Опасаясь, что это может быть заразно для остального леса, девушка обошла близстоящие деревья, но никаких следов отравы или гниения на них не нашла. И этот странный единичный случай не давал ей покоя. Пообещав себе позже пройтись по остальному городу и лесам, она была вынуждена вернуться на собрание в музей. Правда, присутствовала она здесь скорее только физически, почти не вникая в происходящее.

- Вы не можете быть против, миссис Лорв! Чем же кофейня для вампиров отличается от кафе для оборотней? То есть у вас может быть своё официальное место для питания, а у нас нет? Это дискриминация вампиров, - возмущался мистер Магли.

- В «Не стесняйся чавкать» поставляется мясо животных, которых выращивают на местных фермах, мы не едим себе подобных, - оскорбилась миссис Лорв.

- А с чего вы решили, что вампиры пьют кровь себе подобных или вообще кого-то из жителей? Мы пьём кровь исключительно людскую, - гордо поведал мистер Магли, - ну или животных, если ты вегетарианец. Или немного убогонький, конечно, - уже тише добавил он и бросил взгляд на мистера Нофисворлда в паре рядах от него.

- А где здесь люди? В нашем городе их нет, у нас даже туристов не бывает. Вы же знаете, похожие места их отталкивают, им уже у границы не по себе становится. А они и понять не могут, почему. А раз нет людей, значит, остаётся кровь местных – ведьм, колдунов, фейри и всех остальных.

- Фи, да что вы, в самом деле, мы же не каннибалы, как выразились бы обычные люди. Мы все повязаны какой-то магией, хоть и разной, а значит, любая кровь магического существа для нас под запретом. По крайней мере, под этическим, - пояснил мистер Магли.

- А как же вампиры здесь добывают себе пропитание? – всё же решила тихо поинтересоваться миссис Кип, очаровательная банши.