Прыжок вправо.
Мы влетели в «шов» — узкую полоску нейтрального пространства между фазами.
Удар был чудовищным. Ощущение такое, словно я на полном ходу врезался в стену из воды. Инерция исчезла, перегрузка вдавила внутренности в позвоночник. Хельга на спине охнула, ее экзоскелет заскрипел, компенсируя давление.
Мы оказались в зоне Багряной луны.
Контраст был настолько резким, что меня чуть не вывернуло наизнанку. Только что я был быстрее молнии, а теперь превратился в муху, застрявшую в густом сиропе. Воздух стал красным, тяжелым и вязким. Моя нога, занесенная для шага, опускалась целую вечность. Я видел пылинки, висящие в воздухе абсолютно неподвижно.
Мысли начали путаться, вязнуть в этом красном киселе.
— Дарион! — голос Хельги пробился сквозь вату в мозгу. Она использовала какой-то звуковой стимулятор, ударивший прямо по барабанным перепонкам болью. — Не спать! Двигайся! У нас три секунды реального времени, здесь это почти час! Если застрянем — останемся навсегда, превратимся в статуи!
Усилием воли, скрипя зубами, я заставил себя сделать шаг. Это было как толкать гору. Каждый миллиметр движения требовал колоссального напряжения всех мышц. Внутренняя энергия бурлила, пытаясь разогнать застывшее время в моем теле. Я чувствовал, как растягиваются секунды, слышал, как медленно, мучительно медленно бьется мое сердце.
— Вперед! — кричала Хельга, и в ее голосе я слышал панику. — Там впереди разрыв Черной фазы! Готовься к смене гравитации!
Я продирался сквозь красный туман, чувствуя, как время пытается сожрать мою волю. Шаг. Еще шаг. Мышцы выли от напряжения, но я продолжал идти. Казалось, прошла неделя, прежде чем я достиг края платформы.
Прыжок.
Мы вывалились из Багряной зоны и тут же попали в Черную.
Мир перевернулся. Буквально. Гравитация исчезла, а потом ударила сбоку. Нас швырнуло к стене соседнего здания, которая теперь стала полом. Но это было не самое страшное.
Воздух исчез. Вакуум попытался вырвать кислород из моих легких, глаза начало давить изнутри. Температура рухнула до абсолютного нуля, металл на моей броне мгновенно покрылся инеем.
— Щиты! — завопила Хельга, и вокруг нас вспыхнула сфера защитного поля, генерируемого ее костюмом.
Стены вокруг покрылись льдом, потом, через секунду, лед испарился, и камень начал плавиться, превращаясь в лаву. Биом менялся хаотично, без всякой логики. Тропический ливень сменялся кислотным туманом, затем — вакуумом, затем — плазменным штормом.
— Корректировка! — Хельга что-то бешено печатала на наруче у меня перед лицом. — Вектор двенадцать! На ту трубу! Живо!
Я оттолкнулся от расплавленного камня, используя «Шаги по Небу». Здесь они работали странно — воздух то был плотным, то разреженным, как на вершине горы. Мы приземлились на гигантскую трубу, которая вибрировала от проходящей внутри энергии.
— Передышка! — выдохнула Хельга. — Мы в «кармане». Здесь стабильно… секунд пятнадцать.
Я выдохнул, жадно глотая воздух, который генерировала система жизнеобеспечения Хельги внутри барьера. Тело ныло так, словно меня пропустили через мясорубку. Мои клетки умирали и возрождались, пытаясь адаптироваться к безумным скачкам энтропии. Старость, молодость, заморозка, ожоги — всё смешалось в коктейль боли.
— Датчики показывают критические нагрузки, но… да, — голос Хельги дрожал. — Вы невероятны, Дарион. Любой другой уже был бы мертв трижды. Мы прошли треть пути. Дальше плотность потоков увеличивается. Фазы будут меняться быстрее.
Она наклонилась к моему уху, и я почувствовал, как дрожат ее руки.
— Слушай меня внимательно. Дальше расчеты становятся вероятностными. Я не могу гарантировать стопроцентную точность. Тебе придется полагаться на интуицию. Если чувствуешь, что «шов» закрывается — не прыгай, даже если я говорю «пошел». Твое чутье воина сейчас важнее моих формул.
— Отлично. Значит, играем в рулетку со временем, — я встал, разминая ноги. Регенерация уже убрала последствия предыдущих перегрузок, но фантомная усталость осталась.
— Приготовься. Серебряная луна заходит на новый цикл. Вектор движения — прямо через центр того часового механизма. Нам нужно проскочить между зубьями шестерни, пока она в фазе ускорения.
Я посмотрел на гигантскую шестерню впереди. Она вращалась так быстро, что казалась сплошным диском. Проскочить между зубьями? Это безумие.
— Ты уверена?
— Абсолютно. В Багряной фазе она нас раздавит, в Черной — превратит в слизень. Только Серебро. Ты должен быть быстрее механизма.
— Ладно. Держись крепче, Хельга. Если меня расщепит, я постараюсь, чтобы тебя забрызгало меньше всего.
— Очень благородно с твоей стороны! — безумно рассмеялась она, пребывая в полном восторге от такого приключения.
Я рванул вперед. Снова удар ускорения. Мир превратился в тоннель из смазанных линий. Шестерня впереди выросла мгновенно. Я видел зубья, они мелькали с частотой стробоскопа. В этом режиме мое восприятие разогналось до предела. Я видел окно. Крошечный просвет, существующий миллисекунду.
Влить энергию в ноги. Усилить мышцы. Прыжок.
Мы пролетели сквозь вращающийся механизм. Я почувствовал, как ветер от зубьев, если здесь вообще был ветер, царапнул защиту. Мы проскочили. Но приземляться было некуда. За шестерней была пустота.
— Черная фаза! Гравитация вниз! — крикнула Хельга.
Нас швырнуло в бездну. Мы падали в колодец, стены которого меняли цвет и фактуру каждую секунду. Камень, металл, плоть, стекло. Вокруг нас начали появляться фантомы. Призраки прошлого или будущего? Я видел людей в странных одеждах, бегущих куда-то, видел рушащиеся здания, видел взрывы.
— Временные эхо! Не касайся их! — предупредила Хельга. — Это остаточные проекции жителей города. Если войдешь в контакт, тебя выкинет в их временной поток, и ты станешь частью истории! Я не знаю, как оттуда выбраться…
Я маневрировал в падении, уклоняясь от призрачных фигур. Это было похоже на слалом в аду.
— Вон там! — Хельга указала на балкон, выступающий из стены далеко внизу. — Это вход в Башню Хроноса! Нам нужно зацепиться!
Мы падали слишком быстро. Если я просто приземлюсь, нас размажет даже с моей прочностью. Я выхватил Клятвопреступника, влил в него энергию и вонзил меч в стену колодца. Металл заскрежетал о камень, который в эту секунду был тверже камня. Искры брызнули снопом, руки чуть не вырвало из суставов, но мы повисли, прочертив борозду в десять метров. Скорость упала.
— Жива? — спросил я, вися на одной руке над бездной хаоса.
— Да, — выдохнула она. — Ты безумец. Этот меч… он прорезал стену этого Разлома?
— Хорошая сталь, — ухмыльнулся я, раскачался и прыгнул на балкон.
Мы упали на плиты, тяжело дыша. Здесь было относительно тихо. Гул механизмов остался снаружи. Мы были внутри Башни.
— Мы добрались, — Хельга сползла с моей спины, ее ноги подкашивались.
Она все-таки не удержалась и упала на колени, ее тошнило. Вестибулярный аппарат обычного человека не рассчитан на такие карусели. И все же до последнего она никак не показывала, что ей тяжело.
Я огляделся. Зал был огромным, уставленным стеллажами с книгами, которые рассыпались в прах от одного взгляда, и сложными приборами. В центре зала, на возвышении, парил Лунный Считыватель. Это был не просто артефакт, а сложная конструкция из вращающихся колец, внутри которых висел осколок… луны? Материал был похож на застывший лунный свет, от него исходили волны мягкого, серебристого сияния.
— Фрагмент, — прошептала Хельга, поднимаясь и поправляя треснувшие очки. — Он великолепен. Он считывает фазы в реальном времени и стабилизирует пространство вокруг себя. Поэтому здесь безопасно.
— Как его взять? Просто схватить и бежать?
— Нет. Если ты нарушишь поле, башня схлопнется. Нам нужно синхронизировать контейнер с его частотой.
Хельга достала из рюкзака сложный металлический куб и начала настраивать его, ее пальцы летали над панелью управления.
