Аквилон. Маг воды. Том 6 (СИ) - Токсик Саша

— Спасибо, Нюта. Очень вкусный чай.

Она просияла. Плечи расправились, и на лице мелькнуло выражение искренней гордости. Теперь я не сомневался, что этот чайник она заваривала самостоятельно.

— Как тебе работается с Еленой Павловной? — спросил я, отпивая ещё.

Нюта моргнула. Такого вопроса она не ожидала. Прежние хозяева явно не интересовались предпочтениями слуг.

— Хорошо, барин. Елена Павловна меня всему учит. Она с виду строгая, — добавила она простодушно, — но видно, что добрая. Совсем как тётка моя, та тоже всегда жизни учила, но с пользой.

— А тебе нравится учиться?

Щёки у Нюты залило румянцем. Она опустила глаза и принялась теребить край передника.

— Нравится, — тихо сказала она и кивнула, словно подбадривая себя. — Елена Павловна говорит, что у меня получается.

Я взял булочку. Тёплая, мягкая, с хрустящей румяной корочкой. Откусил, запил чаем. Булочка была хороша, как и всё, к чему прикладывала руку Елена Павловна.

Я мысленно усмехнулся и похвалил себя за правильный выбор.

Свежая выпечка, вкусный и душистый чай, горничная, которая больше не роняет посуду. Дом потихоньку оживал, и происходило это само собой, без моего участия. Новая домоправительница взяла хозяйство на себя, и оно спорилось.

Нюта постояла ещё секунду, переминаясь с ноги на ногу. Разговор закончился, но она не знала, как уйти правильно.

— Может, ещё чего-нибудь нужно? — спросила она, старательно выговаривая слова так, как, видимо, её учили.

— Нет, спасибо. Ступай.

Она кивнула и вышла, тихо прикрыв за собой дверь.

Я допил чай, поставил чашку и придвинул к себе раскрытый журнал. Передышка закончилась, пора было возвращаться к мертвецу и его записям.

Я взял карандаш и продолжил читать.

За окном давно стемнело. Озеро растворилось во мраке, в окне было видно только отражение светокамня из настольной лампы.

Опустевшая чашка была отодвинута на край стола, в блюдце остались только крошки. Три журнала лежали раскрытыми, остальные пять ждали стопкой. Лист бумаги под моей рукой был наполовину исписан карандашными заметками.

Я читал четвёртый журнал, буквально водя пальцем по строчкам, чтобы не потерять нить повествования.

Аккуратный, словно ученический, почерк заполнял страницы от края до края мелкими буквами, и глаз привык к нему настолько, что уже не спотыкался.

Описания опытов я пропускал. Сейчас меня интересовало другое: оговорки, отступления от темы, случайные упоминания мест и имён.

Это был рабочий журнал, а не дневник или мемуары. Маг не собирался рассказывать о себе, однако тот, кто пишет каждый день на протяжении нескольких месяцев, неизбежно проговорится. Найти эти оговорки — вопрос терпения.

И моё терпение оправдалось.

В описании очередного опыта с элементалями, между расчётами концентрации и заметками о температуре воды, маг обронил фразу, за которую зацепился взгляд. Я перечитал ее дважды.

Он написал, что его отправили в Озёрный край. Не «приехал», не «решил перебраться», не «выбрал место для исследований». Отправили.

Одно слово меняло всю картину. Самоучка-одиночка, который сам выбрал глухой угол для экспериментов, превращался в исполнителя. Кто-то послал мага сюда. Кто-то, кому маг подчинялся либо чьему авторитету доверял.

Я взял карандаш и сделал заметку на листе. Номер журнала, номер страницы, дословная цитата. Поставил вопросительный знак на полях, вложил закладку и продолжил читать, но теперь быстрее, потому что знал, что искать.

Я перешёл к пятому журналу, потом к шестому.

Большая часть записей по-прежнему касалась элементалей: протоколы опытов, замеры, неудачи, корректировки. Маг был педантом и фиксировал каждую мелочь. Именно эта педантичность его и подвела, потому что среди подробных описаний обнаружилась ещё одна оговорка.

В середине шестого журнала, в заметке на полях, маг ссылался на задание, полученное от «Навигаторов».

Я остановился и перечитал. «Навигаторы». Не похоже на официальное учреждение или предприятие.

Тут что-то другое. Организация, общество, группа. Пока непонятно, что именно, но впервые у безымянной силы, стоявшей за магом, появилось имя.

Я отложил шестой журнал, отодвинул лист с общими заметками и взял чистый.

Теперь мне нужен был отдельный список, только по «Навигаторам». Я вернулся к первому тому, раскрыл его с начала и принялся листать целенаправленно, выписывая каждое упоминание, прямое или косвенное.

Работа была кропотливая, но привычная. В прошлой жизни я провёл над чужими записями множество часов. Манускрипты, которые и тысячу лет назад считались древними, рабочие журналы магов-экспериментаторов, которые часто писали как курица лапой.

Способ извлечения информации не изменился за десять веков: читай внимательно, выписывай, сопоставляй, и рано или поздно текст расскажет то, что автор хотел утаить.

Список на листке постепенно рос. По отдельности упоминания выглядели невинными обмолвками, из которых нельзя сделать вывод, но вместе они складывались в единую картину. Пока она больше походила на карандашный набросок, тем не менее общие контуры уже проявились.

Есть некое общество, которое интересуется необъяснимыми явлениями. Собирает информацию, изучает, отправляет людей на места аномалий. Маг был одним из таких людей, и его присутствие в Озёрном крае было не личной инициативой, а поручением.

Я дописал последний пункт и перечитал список сверху вниз. Десяток упоминаний, разбросанных по шести журналам из восьми. Два оставшихся тома я ещё не просмотрел, но картина и без них складывалась достаточно ясная.

Две фразы заинтересовали меня больше других.

Первая из них звучала так: «Учитель будет доволен». Маг написал это, описывая удачный опыт, вскользь, как нечто само собой разумеющееся.

Вторую я обнаружил среди заметок на полях:

Надо сообщить учителю.

Не «коллега», не «руководитель», не «заказчик». Учитель. Человек, которого маг уважал и которому отчитывался. Кто-то, кто стоял выше в иерархии. Кто-то, кто, весьма вероятно, был жив и действовал прямо сейчас.

Я откинулся на спинку кресла и посмотрел на лист с выписками, потом на стопку журналов. «Навигаторы» и «учитель». Маг был не сам по себе, за ним стояла организация. Мага я убил, но организация никуда не делась. Кто они, сколько их, чего хотят — я пока не знал. Но зацепки были, и это уже немало.

В прошлой жизни я встречал подобные объединения. Собиратели знаний, искатели силы, хранители тайн. Названия менялись от века к веку, суть оставалась. Одни были безобидными — чудаки с амбициями и пустыми карманами. Другие представляли опасность.

Пока было неясно, к какой разновидности относились «Навигаторы», но то, что их агент занимался заражёнными элементалями и был напрямую связан с возникновением эпидемии в Озёрном крае, оптимизма не внушало.

Под списком я обозначил три вопроса. Кто этот «учитель»? Что за организация и сколько в ней людей? И главное — какова их цель? Люди, которые отправляют магов заражать источники, редко занимаются этим из праздного любопытства.

Три вопроса, и ни на один из них у меня пока не было ответа. Но ответы имеют свойство находиться, если знаешь, где искать.

Где-то в глубине дома пробили часы. Я поднял голову, потому что раньше этого боя не слышал. Видимо, Елена Павловна добралась и до них. Дом действительно оживал.

Я сосчитал удары — оказывается, уже давно за полночь.

Пожалуй, хватит на сегодня. Утром, на свежую голову, картина будет яснее.

Профессор Заславский убрал прядь со лба и с отвращением оглядел палату, хотя смотреть было не на что. Зелёная казённая краска облупилась в углах, обнажив серую штукатурку. Из забранного решёткой окна под самым потолком падала узкая полоса света. День ото дня она медленно ползла по стене и к вечеру исчезала.

Он сидел на койке, выпрямив спину и положив руки на колени. Больше заняться было решительно нечем.