Идеальный мир для Химеролога 5 (СИ) - Сапфир Олег

Трансляция прервалась помехами.

Я отложил телефон.

— Понятно, — вздохнул я. — Даже с этим они не смогли справиться. Просто залить бетоном — и то не осилили.

Я допил кофе, который вдруг показался безвкусным.

Людей там сейчас сожрут. Не только пилотов. Твари прорвут оцепление, хлынут в жилые кварталы. И тогда количество жертв пойдёт на сотни.

— Ладно, — я поднялся. — Всё равно рабочий день закончен.

Я посмотрел на часы. Пять минут шестого.

— Лера! — крикнул я. — Закрывай лавочку. Я ухожу.

— Куда? — она выглянула из коридора.

— На прогулку. Рядовая! Псих! Ко мне! Полная боевая готовность!

Через минуту моя гвардия стояла в приёмной.

Рядовая уже нацепила броник и проверяла затворы винтовок. Псих нетерпеливо перебирал лапами, чувствуя моё настроение.

— Вик, ты же не хочешь… — спросила Лера, глядя на экран моего телефона, где всё ещё горела надпись «Связь потеряна».

— Хочу. Иначе там всех сожрут.

Глава 13

Мы спустились в коллектор через дальний, почти заброшенный люк, который «навигатор» Кеша пометил на карте как «Оптимальный маршрут»

— Не отставать, — бросил я, активируя «Ночное зрение».

Рядовая, лязгнув затвором штурмовой винтовки, молча кивнула. Псих чихнул и потряс головой.

Мы прошли метров двести. Тоннель расширялся, переходя в старую дренажную систему времён основания города. Стены здесь были покрыты не просто плесенью, а какой-то пульсирующей биомассой, которая скоро станет полноценным гнездом для «споровиков». Эти твари любили тёмные влажные места, идеальные для вылупления.

Внезапно я остановился.

— Стоп.

Рядовая повела стволом, сканируя темноту. Псих вздыбил шерсть на загривке, приготовившись к столкновению с противником.

— О, а вот это уже интересно…

Там, впереди, ничего не было. Пустой тоннель, уходящий во мрак. Ни звуков, ни движения. Но я чувствовал это внутренним чутьём.

— Чувствуете? — спросил я, повернувшись к своим химерам.

Рядовая отрицательно мотнула головой. Псих вопросительно гавкнул и повёл носом, но, судя по его виду, он чуял только запах канализации и старого бетона.

— Ни хера вы не чувствуете, — констатировал я. — Понятно. А я чувствую.

Я сделал шаг вперёд, пересекая невидимую черту.

Это были феромоны. Воздух был пропитан ими. Маслянистый запах, который не улавливал обычный нос, но который бил по моим инстинктам. Это был маркер, своего рода заявка на территорию.

«Они уже здесь обжились», — понял я.

Химеры, которые захватили этот сектор, обозначили это место своим Домом.

Я прикрыл глаза, анализируя состав «аромата».

Сложный букет. Слишком сложный для дикой природы. Здесь были нотки инсектоидов, примесь рептилий и тяжёлый дух псовых.

Три разных вида. В естественной среде они бы перегрызли друг другу глотки за право контролировать этот тоннель. А здесь они объединились в одну стаю. Их феромоны были синхронизированы, сплетены в единый сигнальный код.

Кто-то им помог, очень грамотно подкрутив настройки «свой-чужой».

Но самое интересное было именно в настройке фильтра.

Этот запах… он был настроен на частоту страха.

Если бы сюда забрёл обычный человек, слабая химера или даже неподготовленный Одарённый, этот феромон ударил бы по их лимбической системе кувалдой. Паника… Животный ужас… Желание бежать без оглядки, забиться в угол и скулить.

Идеальная защита от чужаков.

Но был нюанс. «Фильтр» пропускал тех, кто сильнее, чей гормональный фон и ментальная защита были выше определённого порога. Для хищника высшего порядка этот запах был просто информацией: «Здесь занято, но если ты крутой — проходи, мы подвинемся».

— Умно, — оценил я. — Очень умно.

Кто бы их сюда ни направил — Культ, безумный одиночка или сам чёрт лысый в ступе — он знал, что делает. Он создал автономную экосистему, готовую защищать эту, казалось бы, совершенно неподходящую для жизни территорию до последней капли крови.

Зачем им канализация? Здесь нет еды в таких количествах, нет пространства. Очевидно, это плацдарм. Точка сбора перед рывком наверх.

— Ладно, — я открыл глаза. — Идём. Нас, кажется, приглашают.

Я чувствовал, как сила внутри меня отзывается на этот вызов. Часы, проведённые в лаборатории, сотни экспериментов, литры поглощённых эликсиров — всё это не прошло даром. Моё тело гудело от переполнявшей его энергии. Я был готов.

Мы двинулись дальше.

И тут началось.

Сначала это был просто шум, похожий на приближение поезда метро. Вибрация пошла по полу, отдаваясь в подошвах ботинок.

А потом из темноты впереди загорелись сотни глаз. Красные, жёлтые, зелёные…

На нас неслась волна. Живая лавина из плоти, когтей и зубов.

Рядовая вышла вперёд, вскидывая винтовки. Псих зарычал, его мышцы вздулись, готовясь к прыжку.

— Спокойно, — я положил руку на плечо обезьяне, опуская ствол её оружия.

Я вышел вперёд и улыбнулся.

— Ну, здравствуйте, детки. Папа пришёл.

Я вытянул правую руку, сосредоточился…

Кожа на ладони лопнула, но крови не было. Из плоти с влажным хрустом вырвался длинный гибкий белый шип. Он рос, удлинялся, обрастая сегментами, пока не превратился в трёхметровый подвижный хлыст, усеянный острыми шипами и лезвиями.

Моя личная разработка. Симбиоз костной ткани и эластичных связок.

Волна тварей была уже в десяти метрах.

Я взмахнул рукой. Воздух рассёк свист, и хлыст метнулся вперёд, как живой.

ВЖУХ!

Первый ряд нападающих просто рассыпался. Их разрубило пополам, как переспелые фрукты. Брызги крови, куски хитина и мяса разлетелись по стенам.

— А теперь — танцуем! — крикнул я.

Я ворвался в гущу врагов. Мой хлыст пел песню смерти. Удар! И три твари падают обезглавленными. Рывок назад! И костяные лезвия вспарывают брюха тем, кто пытался зайти с тыла.

Признаться, я развлекался. Засиделся в лаборатории, где вместо крови лилась только пробирочная химия. А здесь живое, тёплое, бьющееся… Адреналин хлестал по венам, как хороший допинг.

Рядовая и Псих прикрывали фланги, добивая тех, кому посчастливилось проскочить мимо моей мясорубки. Обезьяна работала прикладами и костяными кулаками, Псих рвал глотки. Но основную работу делал я.

В какой-то момент поток тварей начал иссякать. Они поняли, что лобовая атака не работает, и начали отступать.

— Куда⁈ — рявкнул я. — Вечеринка только началась!

Я закрыл глаза, переключая зрение на магический спектр.

Я видел эти феромоны. Они висели в воздухе, как разноцветный туман. Это была их командная сеть, как радиосвязь.

Я потянулся к ней своим сознанием. Воля химеролога, закалённая веками, врезалась в их примитивную систему коммуникации, как таран.

Перехват…

Я не стал ломать их строй. Просто… слегка поменял полярность.

Вместо сигнала «Опасность! Отступать!» я послал в эфир другой импульс. Мощный, безумный, бьющий прямо по гипоталамусу.

«ВРАГ СЛАБ! ДОБЫЧА ЗДЕСЬ! ВСЕ СЮДА! ПИЩА!!!»

Я превратил себя в маяк. В самый желанный кусок мяса во всей Многомерной Вселенной.

Гул в тоннелях усилился. Твари, которые собирались бежать, развернулись. А из глубины, из боковых ответвлений, к нам хлынули новые полчища.

— Вот так-то лучше, — улыбнулся я, снова раскручивая костяной хлыст. — Рядовая, Псих! Работы прибавилось! Не лениться!

В моём ухе ожил микронаушник.

— Командир, приём, — раздался сквозь помехи голос Семёна Петровича. — У нас тут… вибрация по фундаменту пошла. Ты там что, дискотеку устроил?

— Типа того, Петрович, — ответил я, не прерывая танца смерти. Хлыст снёс голову прыгнувшему на меня ящеру. — Провожу инвентаризацию местного населения.

— Понял. Тут новости с поверхности. В телевизоре истерика. Военные подогнали к провалу тяжёлую технику. Установили стационарные турели, лупят из крупного калибра прямо в яму.

— И как успехи?

— Хреново, командир. Твари прут, как бешеные. Там уже гора трупов такая, что скоро из ямы можно будет по ним, как по лестнице, выйти. И они… они лезут, Виктор! Военные пытались залить всё быстротвердеющим бетоном, подогнали миксеры…