— Неплохая ночка, — сказал я, похлопывая Психа по слипшейся от крови шерсти. — Продуктивная.
Рядовая сгрузила добычу в багажник «Тушканчика», который я предусмотрительно подогнал к люку. Машина просела под весом «научных образцов».
— Домой, — сказал я, садясь за руль.
* * *
Дворцовая площадь
Артемий Воронцов, глава Гильдии Следопытов, чувствовал, как по спине, прямо под парадным мундиром, струится пот.
Он стоял на огромной сцене, возведённой в центре главной площади столицы. Софиты слепили глаза, десятки камер транслировали его лицо на экраны и в сеть, а перед сценой колыхалось море людских голов.
Тысячи горожан. Аристократы в ложах. Журналисты, готовые вцепиться в любую оговорку. И где-то там, в высоком шпиле дворца, за трансляцией наблюдал сам Император.
Приказ был чётким: «Народ напуган. Покажите им, что мы контролируем ситуацию. Предъявите победу».
И Артемий эту победу приготовил.
Позади него возвышался куб. Три на три метра. Стены из прочного стекла, армированного мифриловой сеткой. По углам генераторы сдерживающего поля. Вся конструкция была исчерчена рунами подавления такой мощности, что ими можно было бы удержать архидемона.
Куб был накрыт тяжёлой бархатной тканью с золотым имперским гербом.
Внутри сидела «Победа».
Искусственно выведенная в лаборатории химера, которую по легенде лучшие группы Следопытов ловили полгода. Якобы потеряли семерых бойцов, сожгли тонну артефактов, но взяли уникальный экземпляр из Глубоких Зон. Существо-фантом. Оно могло быть твёрдым, как камень, разрывая танки голыми руками, а через секунду превращаться в ядовитый дым, просачиваясь в любую щель.
Да, они действительно изучали её, тестировали, морили голодом и магическими техниками, чтобы ослабить. И сегодня она должна была стать символом мощи Гильдии.
Воронцов набрал в грудь воздуха и шагнул к микрофону.
— Граждане Империи! — его голос прокатился над площадью. — В последнее время многие из вас испытывают тревогу. Слухи о прорывах, о новых монстрах, о том, что Стена нас не защищает, ползут по городу, как чума.
Толпа затихла.
— Но я здесь, чтобы сказать вам: бояться нечего! Гильдия Следопытов не спит! Мы не просто держим оборону. Мы атакуем! Мы находим врага в его логове и тащим на свет, чтобы вы увидели: нет такого чудовища, которое мы не смогли бы посадить в клетку!
Он сделал эффектную паузу и повернулся к кубу.
— За моей спиной — одно из самых опасных порождений Диких Земель. Существо, способное менять форму, становиться дымом, тенью, кошмаром! Год назад оно считалось неуловимым. Но сегодня…
Артемий схватился за край бархатной ткани.
— … сегодня оно служит доказательством нашей силы! Смотрите же! И знайте: пока мы на страже, вы в безопасности!
Он дёрнул ткань. Тяжёлый бархат с шорохом сполз вниз, открывая прозрачный куб.
Толпа ахнула.
Воронцов победоносно улыбнулся и повернулся к клетке, готовый увидеть ужас и восхищение в глазах людей при виде клубящегося внутри чёрного дыма с горящими глазами.
Он посмотрел.
И его улыбка застыла, превращаясь в гримасу.
Куб был пуст.
Абсолютно. Кристально. Девственно чист.
Ни дыма. Ни монстра. Ни даже пятнышка. Только прозрачный воздух и блики прожекторов на стекле.
Артемий проморгался, не в силах поверить в увиденное.
«Может, она перешла в режим невидимости? — лихорадочно заработал мозг. — У неё была мимикрия, но не полная прозрачность! Мы же ставили подавители, запрещающие менять форму!»
Он незаметно коснулся наушника.
— Пост контроля, статус объекта! Живо!
Тишина.
— Пост контроля! — прошипел он, стараясь не шевелить губами. — Доложить обстановку! Датчики массы, тепловизоры! Она там⁈
Но в наушнике была мёртвая тишина. Даже статического шума не слышно. Связь мертва.
Холодный пот прошиб его с новой силой.
Воронцов, сохраняя на лице выражение сурового величия, сделал шаг назад, к технической панели, замаскированной в основании постамента. Это был аварийный люк доступа к системам жизнеобеспечения клетки.
Он дёрнул крышку. Та легко поддалась, открывая вид на внутренности механизма.
Там всё было превращено в фарш. Провода вырваны с корнем. Кристаллы-накопители раздавлены в крошево. Металл оплавлен, кое-где ещё пробегали одинокие искры. Системы защиты, системы связи, датчики присутствия — всё было уничтожено.
«Твою мать… — пронеслось в голове главы Гильдии. — Какого чёрта происходит⁈»
Как⁈ Когда⁈
Он медленно выпрямился. Ноги стали ватными.
Где тварь?
Она может быть где угодно. В толпе. В канализации. Под сценой.
Если она сейчас начнёт резню прямо здесь, в прямом эфире, на глазах у Императора… Это не отставка. Это трибунал и расстрел.
Он посмотрел на толпу.
Люди начинали перешёптываться.
— Эй! А где монстр-то?
— Клетка пустая!
— Нас что, разводят?
— Это фокус такой?
— Опять чиновники бюджет распилили! Даже чучело купить забыли!
— Позор! Где тварь⁈
Паника и возмущение нарастали, как снежный ком. Кто-то свистнул. Кто-то захохотал.
Воронцов лихорадочно искал выход. Сказать правду?
«Извините, мы потеряли чудовище, способное растворять людей в кислотном тумане, бегите»? Начнётся давка. Сотни, если не тысячи жертв…
— Да она, наверное, невидимая! — крикнул какой-то парень из первого ряда.
Взгляд Воронцова метнулся к нему. Молодой, улыбающийся, в плаще с капюшоном. Он явно не вписывался в толпу аристократов и обывателей. Парень стоял слишком спокойно, смотрел прямо на Артемия с лёгкой, почти насмешливой улыбкой. И пил кофе из пластикового стаканчика с дурацким непонятным названием «Пушистый Латте».
Вид у него был такой, будто он единственный здесь понимает суть происходящей шутки.
И тут Воронцова осенило. Он шагнул к микрофону, вскинул руки, призывая к тишине.
— Именно так! — гаркнул он так, что динамики фонили.
Толпа притихла.
— Вы всё правильно поняли! — Воронцов ткнул пальцем в сторону того парня, который крикнул про невидимость. — Эта тварь — невидима!
Он подошёл к кубу и гулко ударил ладонью по бронестеклу.
— Вы думали, мы покажем вам очередного зубастого волка? Или скучного медведя? Нет! Гильдия Следопытов борется с угрозами, которые вы даже не можете увидеть!
Он начал импровизировать, цепляясь за спасительную ложь, как утопающий за соломинку.
— Этот монстр — «Призрачный Пожиратель»! Он существует в спектре, недоступном человеческому глазу! Он может стоять рядом с вами, дышать вам в затылок, и вы не узнаете об этом, пока он не нанесёт удар! Но мы… мы научились их ловить!
Он обвёл рукой огромный куб.
— Посмотрите на размер этой клетки! Посмотрите на толщину стекла! Вы думаете, мы бы стали тратить столько ресурсов на пустоту? Нет! Там, внутри, заперта смерть! Мы держим её, чтобы вы могли спать спокойно! Мы видим невидимое! Мы ловим неуловимое!
Люди начали всматриваться в пустой куб, и многим, поддавшись самовнушению, уже начинало казаться, что воздух внутри действительно дрожит и сгущается.
— Ого… Реально… Вон там, в углу, тень мелькнула!
— Да-да, я видел! Глаза блеснули!
— Жуть какая…
Воронцов стоял, сохраняя героическую позу, но внутри у него всё сжалось в ледяной комок.
Это полный трындец.
Он выиграл пять минут. Может, десять. Шоу закончится, клетку увезут. И тогда вскроется правда.
Тварь на свободе. В городе. Среди миллионов людей.
Если Император узнает об этом провале… Если тварь кого-то сожрёт до того, как они её найдут…
Ему нужно срочно, прямо сейчас, поднять по тихой тревоге всех. Каждого следопыта, каждого Одарённого-химеролога, каждого сраного стажёра…
Воронцов продолжал улыбаться в камеры, а его мозг уже отдавал мысленные приказы: «Найти. Отследить эфирный след. Перекрыть квартал. Сканировать каждый сантиметр. Уничтожить любой ценой и вывезти труп так, чтобы ни одна собака не узнала».
