Он посмотрел на того парня в со стаканчиком кофе. Тот всё так же стоял, улыбался и, кажется, даже подмигнул ему.
«Странный тип, — подумал Воронцов. — Как будто знал, что так будет».
Но сейчас было не до него.
— Слава Империи! — крикнул он в микрофон, завершая этот фарс.
И под гром аплодисментов поспешил уйти со сцены, чтобы начать самую масштабную и тихую охоту в истории столицы. Или чтобы успеть написать рапорт на увольнение и сбежать на другой континент, пока его голову не насадили на пику у ворот дворца.
* * *
Утро началось с того, что Валерия вытащила меня на улицу.
— Пойдём, Вик! Там праздник какой-то, народ гуляет, музыка играет… Надо развеяться! — щебетала она.
Я лениво допивал кофе. Развеяться? После всего, что было этой ночью? Когда в другой части города твари неиссякаемым потоком стремятся вырваться наружу? Ну-у-у… Сомнительное удовольствие.
С другой стороны, мне всё равно нужно было время, чтобы осуществить следующую часть плана. Так что я отправил Кешу на разведку. А сам, вместо того, чтобы спорить с Валерией, у которой уже включился режим «активная жизненная позиция», согласился.
Вот так мы и оказались на Дворцовой площади. Пока, все пялились на пустой куб, делали селфи на его фоне и с умным видом обсуждали «невидимую угрозу», я решил блеснуть остроумием.
— Вик, — Валерия дёрнула меня за рукав и понизила голос. — А ты уверен, что эта тварь действительно невидимая?
— Конечно же, нет, — хмыкнул я. — Я просто крикнул по приколу, чтобы разрядить обстановку. А они, видишь, решили эту версию использовать. Пипл хавает, начальство довольно. Все в выигрыше.
Валерия покачала головой, глядя на пустую клетку с какой-то брезгливостью.
— Дурдом… А что ты думаешь, здесь случилось на самом деле?
— Ну, здесь памятник.
— Какой памятник?
— Памятник раздолбайству, безответственности и человеческой глупости. Если кратко, то химера сбежала. Притом, что дважды.
Валерия напряглась.
— В смысле дважды?
— Ну смотри, — я начал загибать пальцы. — Один раз она сбежала из какой-то лаборатории, где её и создавали. Судя по остаточному следу, лепили её наспех, сшивая три или четыре разных генома путём полного соединения. Грязная работа, нестабильная психика. А второй раз она сбежала уже отсюда. Или, если точнее, по дороге сюда.
Валерия побледнела и начала оглядываться по сторонам, будто ожидая, что монстр появится за спиной.
— То есть ты хочешь сказать, она где-то здесь? Она что, не опасна?
— О, нет, она очень опасная, — «успокоил» я её. — Способна растворить человека в кислотном тумане за пару секунд. Но она не здесь. Уже ушла.
— Куда ушла?
— Ну, — я сделал неопределённый жест рукой в сторону горизонта. — Так как мы с ней договорились, она должна уйти очень далеко. В необитаемые и нелюдимые места. Чтобы просто спокойно там жить, цветочки нюхать, лосей кушать… Она как бы не против людей, но она как бы против вообще типа того, чтобы её трогали.
— В смысле… это как вы «договорились»? — Валерия уставилась на меня. — Ты что, с ней разговаривал? Когда⁈
Я положил руку ей на плечо.
— Всё нормально, Лер, не парься. Это фигура речи. Пойдём лучше поближе, посмотрим на этот шедевр инженерной мысли.
Мы подошли к самому ограждению. Я стоял и смотрел на пустую клетку, в которой якобы сидел «Призрачный Пожиратель».
Забавно. Люди видят то, что хотят видеть. Вон один мужик клянётся, что видит колебания воздуха. А другая дамочка утверждает, что чувствует злобный взгляд. Ха-ха!
Дело в том, что задолго до того, как с куба сбросили бархатную ткань, когда мы только пришли на площадь, я почувствовал что-то вроде щекотки.
Это было странное ощущение.
Я опустил взгляд.
От основания постамента, из какой-то незаметной щели, струился тонкий, почти прозрачный дымок. Он полз по земле, игнорируя законы физики, и целенаправленно поднимался по моему ботинку.
Он впитался в джинсу, коснулся кожи… и начал входить внутрь.
Я аж обалдел от такой наглости.
Это была та самая химера. Существо-фантом, способное менять агрегатное состояние. Она не сбежала, а спряталась здесь, в механизмах под сценой, выжидая момент. И теперь решила, что я — отличное транспортное средство, чтобы выбраться из оцепления.
«Ну, привет», — подумал я.
Дым проникал в поры, в мышцы, устремляясь к нервным узлам. Она пыталась захватить контроль. Перехватить управление моим телом, чтобы использовать меня как марионетку.
Вот тут я ещё больше охренел.
Напасть на химеролога? На меня? Это был суицид.
Я не подал виду. Продолжал стоять с каменным лицом, слушая гул толпы. Но внутри меня началась короткая и жестокая война.
«Блок», — мысленно скомандовал я.
Моя энергия, спавшая до этого момента, встала стеной на пути чужеродной сущности. Я отрезал ей доступ к мозгу, к сердцу, к двигательным центрам. Запер её в собственной ноге, как в клетке.
«Ну и куда мы собрались?» — спросил я ментально.
Тварь затрепыхалась. Она явно не ожидала сопротивления. Поди привыкла, что люди — это мягкие мешки с костями, в которые легко залезть. А тут она врезалась в бетонную стену.
Она попыталась вырваться, но я уже сплёл вокруг неё энергетический кокон. И сильно сжал.
«Больно!» — пришла ответная мысль. Не словами, а чистой эмоцией.
«А не надо лезть без спроса», — ответил я. — «Ты кто такая?»
«Спрятаться… Уйти… Люди злые…» — транслировала она образы.
Она действительно была разумной. И напуганной. Она просто хотела свалить из этого города, полного идиотов с клетками и прожекторами. И решила проехаться «зайцем» внутри меня.
«Плохой выбор такси», — констатировал я.
Я начал сжимать кокон сильнее. Скручивал её газообразное тело в плотный компактный шарик.
«Отпусти!» — паниковала химера.
«Отвечай на вопросы. Быстро и чётко. Иначе я тебя сейчас материализую прямо здесь, в таком виде, что ты на брелок для ключей будешь похожа. И подарю вон тому толстому мальчику с липкими руками».
Угроза подействовала. Перспектива стать брелоком для ключей ей явно не понравилась.
И она «заговорила».
В мою голову хлынул поток образов.
Лаборатория… Грязная и вонючая. Трое безумных учёных, сшивающих куски разных тварей… Боль. Постоянная, непрекращающаяся боль от непрекращающихся экспериментов. А затем побег…
Грузовик. Тряска. Тесная клетка. А потом удар.
Грузовик попал в аварию. На них налетел пьяный вдрызг водитель. Клетка треснула. Не сильно, совсем чуть-чуть… Но система сдерживания отключилась на несколько секунд.
Она вылезла. Она могла бы убить их всех. Но она была слаба и напугана. Она просто спряталась в тени кузова.
А потом приехали другие люди из охраны. Увидели пустую клетку, увидели, что монстра нет. И вместо того, чтобы объявить тревогу, они… просто накрыли куб тканью и повезли дальше.
«Ничего страшного», — говорили они. — «Довезём пустую, скажем, что так и было. Авось пронесёт. Главное — по шапке не получить».
Они привезли пустую клетку на площадь. И устроили это шоу. А она всё это время сидела под днищем грузовика, а потом переползла под сцену.
Я слушал эту историю и качал головой.
Ну, люди, конечно, странные. Ради того, чтобы избежать нагоняя от начальства, они готовы рискнуть жизнью целого города. Потрясающий инстинкт самосохранения. Отрицательный.
«Ладно», — сказал я химере. — «Живи пока».
Заключив с ней договор о том, что она уберётся как можно дальше из города и никогда не причинит вреда людям, я отпустил её восвояси.
Валерия всё ещё вглядывалась в толпу.
— Всё, — сказал я вслух. — Насмотрелись. Цирк уехал, клоуны остались. Ладно, двигаем домой.
Мы вернулись в клинику. Я оставил Валерию на попечение Психа и Кенгу (последний как раз пытался научить хомяков играть в шахматы на орехи) и вышел на задний двор.
— Рядовая! — позвал я.
