Плохое время для чудес (СИ) - Уланов Андрей Андреевич

– Не надо меня нести! – нагнувшись, я принялась распутывать шнуровку на ботнике. – Хочу пройтись.

Чистейшая правда, после дня в тяжелой обуви даже холодные покатые камешки под ногами буквально ласкали горячую кожу.

– С одним условием, – мне на плечи легко что-то колючее и остро пахнувшее нафталином, – я несу вашу обувь, вы несете мой сюртук.

– Мне и не холодно, это…

– …самообман, вызванный действием непривычного для лесных жителей алкоголя, – без тени насмешки прокомментировал Винсент. – Уже стемнело и бриз дует с воды.

– Ну хорошо, – сдалась я, – только сюртук накину после, на камнях. У этой страхо… старомодины слишком длинные полы для хождения по воде аки посуху.

– А я говорил, Винс,– донеслось со стороны ушедшего вперед лейтенанта, – тут нужна твидовая куртка.

– И это был бы образ не городского учителя, а деревенского браконьера, – крикнул в ответ монах. – У Аллана, – добавил он тоном ниже, обращаясь ко мне, – порой бывают очень странные представления о… гм, некоторых вещах. Он мне предлагал взять цилиндр, представляете? Школьный учитель в цилиндре!

– Я готова!

Вода и в самом деле оказалась теплой. Относительно – градусов 16 по новой гномской «водяной» шкале и примерно 60 по их же старой шкале Фаренгримма. А вот нагревшиеся за солнечный день гранитные глыбы еще сохранили тепло без всяких «относительно». Мне даже показалось, что камни в ночной темноте слабо светятся и я остановилась, пытаясь разобраться в этом сиянии. Но меня тут же бесцеремонно выдернули наверх, развернули лицом к городу и накрыли злополучным сюртуком. Колючим, пахнущим давешним нафталином, аптечной химией, а еще – кислым оттенком чернил, мелом и домашней стиркой дешевым «щелочным» мылом…

– Красиво, правда?

– Завораживающе.

В Скаузере фонарщики работали довольно быстро, сейчас уже повсюду виднелись жёлто-оранжевые пятна газовых огней. На оживленной набережной они почти сливалась, к фонарям добавлялись большие прямоугольники настежь распахнутых окон. Выше, вверх по склону, цепочки огней довольно быстро истончались, но затем вновь набирали плотность и яркость. Слева, в районе порта, мягкий желтый газовый свет уступал режуще-белому электрическому, справа переходил в редкие мерцающие красновато-оранжевые огоньки фонарей на рыбьем жире. А сверху, на фундаменте из ночной темноты, проступали контуры замка Лорингов.

– Похоже на ваши города в Лесу?

– Нет… не совсем. Для начала, у нас нет городов… таких, что вы считаете городом. «Место сосредоточия»… наверное, можно сказать про несколько поселений… деревень, объединенных общим… общими целями? Идеями? Родством?

– Понимаю, что вы пытаетесь сказать, Фейри, – мягко произнес Винсент, – в библиотеке ордена имеется трактат брата Майка: «Специфика горизонтальных связей в Лесном Союзе Триникли». Написан уже лет сорок назад, но ваше сообщество достаточно стабильно, чтобы считать его сохраняющим актуальность. Я спросил про внешнее сходство, а не внутреннюю суть.

– Внешне? – мысленно я попыталась совместить ночной Скаузер с мэллорном в ночном же наряде. – Ваши огни ярче и теплее. В Лесу не пытаются изгнать мрак прочь, его просто… разбавляют. Стаи светлячков, грибницы… холодной свет, бесконечное множество синих и зеленых оттенков. А еще… лодка! Плывет сюда!

Далекий плеск я уловила еще когда мы только вошли в море. Но сейчас звук весел стал другим, ускорившись – и теперь лодка плыла не мимо, а прямо к нам.

– Вечер перестает быть томным. Попробую угадать, – О’Шиннах крутанул головой, разминая шею и несколько раз быстро сжал и разжал кулак. – Ни у кого при себе нет револьвера, даже карманной крохи? Винс?

– Полковник приказал оставить большую часть арсенала в Клавдиуме, – сокрушённо вздохнул боевой монах. – А сегодня еще и полиция…

Лодка тем временем приблизилась на полсотни футов и замерла, проскрежетав днищем о гальку. Света двух лун вполне хватало, чтобы разглядеть сидевших в ней. Восьмерка молодых парней, у младшего едва наметились усики, тогда как у рулевого уже наросла густая бородка. Двое щеголяют фланелевыми рубахами, у остальных свитера или кофты простой вязки без узоров. И без воротников, отметила я, поняв, отчего местные могли коситься на меня, даже не разглядев торчащие из-под шапки длинные уши.

Бородач на руле что-то коротко произнёс – и трое самых младших тут же спрыгнули за борт и принялись тащить лодку дальше. Спустя десяток волн и пять футов сидевший на носу гортанно скомандовал: «хватит», выкинул за борт небольшой якорь и выбрался сам, а следом за ним полезли остальные, расходясь в стороны. Слаженно, как привыкшая к совместной работе команда.

Так могут окружать намеченную жертву волки, но те как раз переговариваются между собой. А эти двигались молча и от них сильно пахло рыбой. Акулы? Понятия не имею, как ведет себя акулья стая.

– Наверное, нам сейчас полагается в ужасе кричать и звать на помощь? – осведомился Висент. – Дамы, не желаете попробовать?

– Обойдутся!

В какой момент Марилена стянула юбку и намотала её на левую руку, я не заметила. Равно как и откуда появился в правой узкий длинный стилет. «Школа плаща и кинжала», популярная в Мальсе и запрещенная в Арании особым королевским указом уже лет четыреста.

– А как же приличия? – поддел подругу Аллан. – Они же увидят, какого цвета твои панталоны.

– К демонам с луны приличия! Они собрались испортить мой чудесный романтический вечер!

– Тяжелая железяка никому не нужна? – Тайлер подкинул на ладони гаечный ключ. – У меня их два и еще передаточная цепь.

– Про цепь звучит интересно, – Винсент поймал брошенную Томом стальную змею и несколько раз взмахнул, с жутковатым свистом рассекая воздух. – О, благодарю, очень кстати. Не привык драться голыми руками.

– Нам-то уж не ври, престонианец.

– Меня учили убивать, – спокойно пояснил брат Винсент, – быстро и эффективно. Но это несколько иное.

Восьмерка незваных гостей остановилась, не дойдя дюжины шагов. Бородатый вожак? Главарь? оказался напротив меня и даже при слабом свете «читать» его мысли получалось легко и просто, хотя обычно у меня даже со зверьми на тренировках не получалось. Впрочем, тут как раз эмоции оказались похожи на звериные, только сильнее, ярче. Основной фон – злость, не свежая, а застарелая, долго лелеемая злоба на всех в красивой и дорогой одежде, на желтые огни городских фонарей, на все…

Но сейчас к злости добавилось осторожное сомнение. Слишком уж спокойно выглядела добыча – два городских хлыща, их девки, мелкий пацанчик.Не пытаются бежать, звать на помочь, просто стоят и ждут. Подвох? Но в чём? Вступить в разговор, предложить откупиться? Не выйдет, больно уж девки смазливые, соблазнительные, парни уже настроились позабавиться, не…

Плеск быстрых шагов, короткий свист цепи – бородач осел прямо в море, схватившись за окровавленное лицо. Наверное, Винсент надеялся, что, выбив главного, заставит остальных дрогнуть, но вышло наоборот. Его выпад послужил началом общей схватки.

Глава 18

В которой Фейри Грин покупает свинину

Моим противником стал невысокий, плотный рыбак, из тех, что принято именовать «крепко сбитыми», за глаза добавляя: «не без гнома в родне». Он и веслом своим орудовал, словно секирой, наотмашь рубя воздух и воду сильными ударами. Уходить от них у меня пока получалось, а вот сблизиться для собственного удара – не очень. Классический «танец с холодной сталью», так хорошо послуживший многим поколениям эльфов против закованного в броню коротышки на твердой земле, как выяснилось, не очень подходит для схватки в море. Вода хватает за ноги сквозь мокрую ткань, сковывая движения не хуже чугунных цепей. Отшатнуться, уклониться – весло падает рядом, в последний момент развернувшись плашмя лопастью и обдав меня фонтаном брызг. Почти сразу враг сам прыгает вперед, надеясь, что соленая вода режет глаза…