Архитектор Душ Х (СИ) - Вольт Александр

— Виктор… — сдавленно прошептала Алиса. Она прикрыла рот трясущимися руками, ее глаза неестественно расширились. — Там… там…

— Успокойся, — приказал я. Ледяной холодок уже пробил затылок, а по спине прокатился табун мурашек. Тело инстинктивно приготовилось к бою, хотя я даже не понимал, с чем предстоит драться. — Что там? Опиши.

Лидия не проронила ни слова. Она просто молча смотрела поверх моего правого плеча. Я видел, как она тяжело, прерывисто дышит, как нервно расширяются и сужаются крылья ее носа.

Я не успел задать следующий вопрос.

Что-то невыносимо холодное опустилось на оба моих плеча одновременно. Ощущение было таким, словно мне на ключицы положили два куска промышленного льда, обладающего колоссальным физическим весом.

Я скосил взгляд вниз и вбок.

На моем плече, выступая из густой тьмы за моей спиной, лежала кисть. Четыре длинных, неестественно тонких пальца. Или когтя. Они не имели четкой текстуры кожи или чешуи, они состояли из спрессованного мрака, чернее окружающей нас пустоты.

Пальцы из тьмы сжались, впиваясь в меня.

Меня дернуло. Рывок был такой чудовищной силы, что мне показалось, будто мои кости и мышцы сейчас с хрустом разорвет на части. Меня потащило назад, во мрак, с огромной скоростью.

— Викто-о-о-ор…

— Не-е-е-е-ет!

Два женских крика ударили по барабанным перепонкам. Голоса Алисы и Лидии исказились, слились в единый вопль, который начал стремительно удаляться, растворяясь в бесконечном пространстве.

Рывок закончился также быстро, как и начался. И кто бы мог подумать, что я окажусь снова там, где уже бывал ранее.

— Кажется, я уже говорил, что мы снова встретимся? — раздался мужской голос.

Я повернулся к нему лицом и столкнулся с тем, кого видел по утрам в отражении.

Каменный карцер вокруг, в котором двери появлялись и исчезали по своему желанию.

Тяжелый вздох сам вырвался из груди.

— И почему каждый раз, когда дело доходит до магии, то мы постоянно сталкиваемся с тобой?

Он расхохотался. Его каркающих смех заполнил небольшое пространство.

— Потому что я и ты — начало одной длинной истории и неудачного стечения обстоятельств.

— Ну и что? — сказал я, скрестив руки на груди. — Какого тебе лешего надо в этот раз?

— Мне? — он снова хохотнул. — Ошибаешься. Да и к тому же не я тебя сюда притащил.

Я сузил глаза, глядя на дух Виктора Громова, что склабился, глядя на меня.

— Обернись, — коротко сказал он.

Абсолютная тьма поглотила силуэт Виктора за долю секунды. Эхо их собственных криков еще несколько мгновений металось в невидимом пространстве, пока не затихло окончательно.

Алиса и Лидия остались вдвоем. В этой бесконечной черной пустоте они видели лишь бледные, искаженные ужасом лица друг друга.

Исчезновение Громова выбило из-под ног последнюю опору. Человек, который всегда контролировал ситуацию, который всегда знал, что делать, и защищал их даже от Инквизиции, только что был утянут во мрак чем-то древним и непостижимо страшным.

Алиса задышала часто и прерывисто. Ее плечи затряслись. Девушка завертела головой, пытаясь вглядеться в слепую пустоту вокруг себя, словно надеясь увидеть там хоть какой-то ориентир или след Виктора. Но там не было ничего.

— Что нам делать? — тут же начала Алиса, поддаваясь захлестывающим эмоциям. Эхо разнесло ее дрожащий голос, многократно усилив нотки паники. — Что нам делать… Лидия… мы… мы…

Она сделала инстинктивное движение вперед, словно собираясь броситься в ту сторону, куда утащили Громова. Физического барьера не ощущалось, но правило, озвученное эльфийкой в лесу, все еще действовало.

— Успокойся, — дрожащим голосом сказала Морозова.

Лидия стояла ровно, плотно прижав руки к бокам. Ее пальцы судорожно впились в ткань свитера. Она смотрела прямо на Алису, понимая, что если рыжая сейчас сорвется с места и нарушит границы невидимого сектора, с ними может случиться что угодно.

— Нам сказали не двигаться со своих мест, — добавила Лидия, стараясь дышать ровно.

— Но мы… мы должны… — Алиса всхлипнула, переминаясь с ноги на ногу. Ее деятельная натура, привыкшая решать проблемы физическим трудом и действием, бунтовала против пассивного ожидания. Стоять на месте, когда рядом происходит что-то чудовищное, противоречило всем ее инстинктам. — Мы не можем просто стоять!

— Стой на месте, — сказала Лидия, вложив всю доступную ей силу и твердость в голос. Тон прозвучал по-настоящему жестко, почти как приказ, не терпящий никаких возражений.

Алиса замерла, тяжело сглотнув, и уставилась на Морозову.

Внешне Лидия казалась собранной. Аристократическая выдержка, вбитая в нее с самого детства годами тренировок и светских приемов, сейчас работала как автоматический защитный механизм, удерживая ее тело в вертикальном положении.

Но внутри нее царил парализующий хаос.

Самой Лидии было страшно не просто до банальной дрожи в коленках. Холодный липкий пот стекал по ее спине. Сердце колотилось о ребра с такой силой, что становилось больно дышать. То, что она увидела за спиной Виктора… эти длинные, неестественные пальцы из спрессованного мрака… это сломало ее представления о реальности и безопасности.

Ужас, сковавший Лидию, был настолько всепоглощающим, что в этот самый момент ей больше всего на свете хотелось просто перестать существовать. Вычеркнуть себя из мироздания, чтобы только не осознавать происходящее, не ждать, что из кромешной тьмы в любую секунду могут появиться те же самые черные когти и потянуться уже к ней.

Но она продолжала стоять на своем невидимом участке, не смея сдвинуться ни на миллиметр, и не сводила глаз с бледного лица Алисы, контролируя хотя бы то единственное, что пока было в ее власти.

Шая стояла у границы соляного круга. Она не отрывала взгляда от исписанных листов бумаги, продолжая читать заклинание. Древние эльфийские слова сливались в непрерывный звуковой поток по заданному циклу. Шая не позволяла себе сбиться с ритма, но при этом внимательно наблюдала за происходящим внутри барьера.

Физически Виктор, Алиса и Лидия оставались в своих секторах, не пересекая белых линий. Однако их поведение четко указывало на то, что их сознание уже покинуло пределы подмосковного леса. Шая слышала их короткие, напряженные реплики. Она видела, как они синхронно поворачивают головы и всматриваются в пустоту, реагируя на объекты, скрытые от глаз эльфийки.

Внезапно тело Громова резко дернулось назад. Движение выглядело неестественным, словно к его плечам применили огромную физическую силу. В ту же секунду Алиса и Лидия закричали.

Звук ударил по ушам, и Шая почувствовала, как у нее болезненно сжалось сердце. Она на долю секунды запнулась, но тут же усилием воли выровняла темп чтения заклинания.

Ее собственная внутренняя реакция стала для нее неожиданностью. С точки зрения сухой логики и особенностей эльфийской природы, судьба этих двух девушек не должна была вызывать таких сильных эмоций. Шая видела их всего третий или четвертый раз в жизни. Но сейчас она испытывала к ним неподдельное сочувствие.

Причина крылась в Громове. Девушки были неразрывно связаны с Виктором, и этот факт автоматически делал их безопасность важной для самой Шаи. Эта иррациональная привязанность казалась ей странной, но отрицать ее наличие эльфийка больше не могла.

От попыток проанализировать собственные чувства ее оторвало резкое изменение магического фона на поляне. Шая сфокусировала взгляд на центре круга.

Прямо над медной чашей, в которой лежали сырые потроха, пространство начало искажаться. Над мертвой плотью сформировался небольшой шар из тьмы. От этого черного сгустка отделилась тонкая нить, соединенная точно с грудью Виктора.

Сам Громов в этот момент оставался на месте, но его губы шевелились. Он произносил слова, ведя диалог с кем-то невидимым в своем трансе, совершенно не замечая темной привязки, соединившей его с ритуальной чашей. Тень, о которой предупреждали старые хроники, начала проявлять себя в физическом мире.