Лесной Дозор 4 (СИ) - Вольт Александр

— Вопросов нет, — ответил я. — Буду содействовать по мере сил. Все равно ведь без меня тут никто ничего не найдет.

Ольга впервые за весь долгий вечер мягко улыбнулась уголками рта.

Мы кивнули друг другу, и она пошла к машине.

Гравиход, качнувшись, выровнялся и поднялся над снегом. Вспыхнули фары, и черный кузов плавно потянулась к тракту, разворачиваясь на ходу. Свет ушел за деревья, гул стих, и наконец-то стало тихо-тихо.

Ни тарахтящих наперебой ученых, ни пускай и приятных на вид, но проницательных министров, ни солдат с оружием.

Я постоял еще пару минут, слушая эту тишину, чтобы наверняка.

— Бу! — крикнул я в сторону кустов. — Выходи, все уехали.

Сперва ничего. Потом со стороны леса донесся скрип снега, треск сучьев и характерное топанье. Кусты качнулись, посыпалась снежная шапка, и каменный увалень выбрался на свет, цокая руконогами к крыльцу.

— Опасность миновала?

— Ага. Заходи уже, все разъехались.

Бу качнул корпусом, после чего стал подниматься к бункеру.

Я повернулся к Мише, который так и сидел у ступеней и всем своим видом показывал, что он тут вообще ни при чем.

— Иди к себе, Миш. На сегодня хватит с тебя гостей.

— Наконец-то, — выдохнул косолапый. — Я уж мыслити начал, што они никогда отсель не уберутся восвояси.

Я тихонько хмыкнул. Не хватало еще, чтоб он добавил «слава богу» из моего мира. Было бы еще смешнее.

Шатун поднялся, потянулся всем телом, зевнул и побрел за угол к ели, продолжая ворчать на нерадивых басурман, что винтовками в него тыкали и на меня в том числе, что «нет бы лежать себе на лежаночке еловой, так угораздило понянути меня на приключеньица!».

Слушал я его бурчание и качал головой, улыбаясь.

Вот же морда медвежья! Я его к социуму приучаю, других людей показываю, да пекусь о его здоровье, чтоб, упаси боже, не прошляпить момент с болячкой, а он на меня дуется.

Поднявшись по ступеням, я приложил ключ-карту, после чего потянул створку на себя и вошел внутрь, где разделся-разулся, и потопал по коридору с намерением написать коллеге-контрабандисту за официальной поставкой без «левака».

В игровой я первым делом открыл ноутбук, затем развернул зашифрованный мессенджер и написал:

«Привет. Нужно три помпы охлаждения на радиаторы турельных установок, модель по моей прошлой накладной. Внеплановое техническое обслуживание выявило отклонения в работе узла, что может привести к плачевным последствиям».

Три штуки я запросил с умыслом, так как одну заменю сразу, а левая рано или поздно запоет так же, как правая. Поэтому две запасные положу в ящик, поскольку запас в лесу иногда дороже денег.

Была тут и вторая причина, о которой писать в мессенджере я не стал.

Через Разлом у нас живет одна ушастая, у которой турели три года стояли с радиаторами, забитыми шерстью. Помпы у нее пока гудят ровно, я слышал сам, но чудес в природе…

А, нет, стоп.

В этом мире чудеса в природе бывают, только техника, что была на постах, работала на чистой механике, и вот она, как раз, имеет свойство накапливать усталость в материале, что впоследствии ведет к поломке.

И никаким чудом ее не починить.

Отправлять заявку через гарнизон в такой обстановке было делом безнадежным. Пока наверху хоронят государя и делят кабинеты, моя бумажка про какую-то помпу пролежит в канцелярии до весны, и ответят мне на нее уже после того, как турель встанет посреди прорыва, меня разорвут на части и на гарнизон поступят сигналы с датчиков о нарушении внешнего периметра.

Ответа от СоВы я дожидаться не стал, потому что он мог ответить как через минуту, так и глубокой ночью.

Ощутив урчание в пустом желудке, я поднялся и направился на кухню, где поставил кастрюлю на плиту и залез в холодильник.

Ужин вышел простой. Макароны, пара кусков мяса и половина луковицы. Лук я порезал и бросил на сковородку, следом отправил мясо. Посолил-поперчил. Пока все это дело доходило до готовности, я стоял и смотрел в темное окно, где отражалась моя же кухня.

Хлеба же, как выяснилось, не осталось ни куска, и это открытие огорчило меня сильнее всего за весь вечер.

Бу к тому времени ушел в дальний угол коридора и встал там, где обычно. Каменный народ, как я понял, отдыхает стоя, и разговоров на ночь не заводит.

После ужина я пошел мыться.

Руки у меня за этот день изрядно потрескались. Сначала я ковырялся в турели голыми пальцами на морозе, потом промывал радиатор горячей водой, потом снова мороз, поездки, туда-сюда… Кожа на костяшках задубела и полопалась, и под горячей водой это дело защипало так, что я зашипел вслух.

Выбравшись, растерся полотенцем, натянул чистое белье, после чего пошел к спальной комнате, но по пути выяснилось, что спать я совершенно не хочу.

Вроде бы день выдался такой, что должно валить с ног. Подъем в шесть, обход, гости, поход к ручью и обратно, потом поляна, потом снова дорога. Ноги гудели, поясница ныла, а голова работала как заведенная.

Крутилось в ней одно и то же. Как он ходил по снегу сужающимся кругом. Как посмотрел на меня и как опустил взгляд ниже. Магом был, S-ранга. Салфетки в кармане.

Лежать с такими мыслями в темноте я не собирался. Проверено еще в прошлой жизни, что от этого делается только хуже, а значит надо занять голову чем-нибудь пустым, и она сама успокоится.

Я вернулся в игровую и включил консоль.

Пылью на ней успело затянуть верхнюю крышку, потому что последний раз мы ее гоняли с Наирой, и было это давно. Помнится, она тогда просидела у меня полночи, вцепившись в джойстик, и ругалась на эльфийском так, что половину слов при своем великолепном знании, я не понял, а вторую половину и понимать не хотелось.

Я протер крышку рукавом и упал на диван.

Телевизор проснулся, помигал и выдал мне список доступных игр.

С того раза я лучше разбираться в этих приблудах лучше не стал, только одну «драчку» освоил, но благо, что молодое тело с отзывалось с готовностью, опытно управляя клавишами геймпада.

Названия поехали одно за другим, и понятнее от них не становилось.

Про космос. Про машинки. Что-то про ферму, где надо сажать репу, отчего я чуть не заплакал, потому что репы я и в жизни насажался. Гонки на гравибордах с красивой картинкой и с названием, которое я прочитать не сумел, потому что писали его вензелями. Стрелялка, где кто-то в шлеме бежал через горящий город и «Русская рыбалка».

Вот от последнего хохотнул прямо в голос. Вот честно, Егорчик, тезка мой, слышишь ты меня или нет, но ответь мне на вопрос: ну какая, нахрен, рыбалка на экране, когда у тебя у самого под задницей была и река, и пруд, и снасти — иди хоть обловись.

Ан-нет… с экрана, видимо, геморроя меньше было и никуда ходить не надо.

Но в голове все равно не укладывалось — как же так? Рыбалка это ж не просто удочку туда-сюда бросать, а целый процесс. Моцион, можно сказать. Подготовка к самой поездке, прикормка, с собой еще горячительного взять обязательно надо, затем, как приехал, разложиться, удочки закинуть, пивка баночку открыть, ножки закинуть и наблюдать да слушать.

Э-э-эх… надо будет еще на рыбалку сходить, как потеплеет. Аж внутри зудеть начало.

Ну да ладно.

Дальше я долистал до обложки, на которой остановился.

Буквы были выкованы из стали, тяжелые, с зазубринами по краям, и складывались в надпись «Монстроборец 3». Поверх этих букв на меня глядел мужчина с длинными белыми до молочного волосами, в кольчуге. В руках он держал меч. За спиной у него торчала рукоять второго.

— И нафига ему два меча? — удивился я. — Хрена у него тоже два, что ли?

Сказал я это вслух, в пустую комнату, и сам же хмыкнул.

Ночес на диване приоткрыл один глаз, посмотрел на меня и закрыл обратно. Ему мои вопросы, как я успел уже выяснить, были глубоко безразличны.

Однако, так как делать мне сегодня уже категорически было нечего, я нажал «играть» и попытался расслабиться.