Последний Паладин. Том 17 (СИ) - Саваровский Роман

— Эх, Денчик, Денчик, — покачал головой Маркус, и в этом его «эх» было зашито настолько мощное «я же говорил», что Денис не выдержал и чуть отвел взгляд в сторону от стыда.

— Да, я снова залез в долг… но так было нужно, — нашел в себе силы оправдаться Денис.

Но взгляда при этом не поднял.

— Нужно⁈ Кому нужно⁈ ТЫ ЖЕ УМЕР! — прилетел укор ему прямо в ухо, и как ни странно, это немного помогло собраться мыслями.

— Иногда смерть просто временное состояние, которое можно исцелить, — хмыкнул Денис.

Говорил он это глядя на Ярославу, но ответ был больше для Маркуса, смотреть на которого парню было до сих пор стыдно.

— О как, умных слов понабрался, — усмехнулся Маркус, при этом сделал он это совершенно безо всякого осуждения.

Более того, в его голосе мелькнула радость? Осознав это, Денис вернул взгляд на Маркуса и увидел на его лице такую же самодовольную улыбку, какая была у Лиорно.

Один в один!

— Ты… ты… — уже не отрывая взгляда от Маркуса, прошептал Денис, — ты знал, что так и будет!

— Иногда, если хочешь, чтобы человек сделал то, что ты хочешь, надо ему это запретить, — безо всякого стеснения произнес Маркус, продолжая самодовольно улыбаться.

— Ты… да я же… да ведь… — пытался найти слова вскочивший на ноги Денис, — вот поэтому у тебя и не было друзей! Вы… все вы Паладины долбаные психи! — закричал он, прижимая к себе Ярославу и отстранившись в сторону от Маркуса.

— Мы, — совершенно спокойно уточнил Маркус.

Денис не сразу понял, что именно тот имеет в виду, а когда понял, то замер. Его глаза округлились, а все события последних часов калейдоскопом пронеслись у него в голове. Вернулись и вопросы, от количества которых у парня резкого заболела голова и он посмотрел на Маркуса совершенно другим взглядом.

— Стой… так у меня… получилось? — задал он первый вопрос.

— Сам посмотри, — улыбнулся Маркус и сделал шаг назад, открывая вид на десятки медленно приходящих в движение статуй с залитыми ярким Светом глазами.

После разговора с Горемыкой мои дела в столице были закончены. По крайней мере на какое-то время. Нет, меня, конечно, пытались затянуть в проработку «Эдиктов» и всю эту их предвыборную суету, но где я и где бюрократия. Я и так сделал более чем достаточно и поспешил свинтить пока меня не завалили бумажной работой похлеще Наместника.

В конце концов в отпуске я или где?

Курс я взял подальше загород, где воздух чище, трава зеленее, а из проблем только твари пытающиеся тебя убить.

Правда пришлось перестроить маршрут и заглянуть на огонек к решившему поиграть в спасителя Денису. Если честно, с ним мне было сложнее всего нащупать план действий. В ученики он не просился, драться не любил, а из развитых решительных качеств в нем было только упрямство.

Не моя специализация в общем, поэтому я и решил столкнуть его лицом к лицу с Лиорно. Ну как столкнуть. Все что я сделал по факту это дал парню Урну и наблюдал. Выйти из этого могло все, что угодно, вплоть до сгоревшего заживо Дениса, что почти и случилось, но обошлось.

Более того, Лиорно даже печать парню сам нанес. Хоть кто-то из Паладинов прошлого ответственно относится к своим обязанностям. Жаль руку ему пожать не выйдет.

«Урна» теперь пуста, а сам Лиорно ушел окончательно. Куда? Хороший вопрос. Может Денис разберется, когда окрепнет.

А пока он сидит за своим рабочим столом и судорожно обновляет медицинские карточки для тысячи пациентов, пока Ярослава тщетно пытается собрать у молчаливых каменюк анамнез. Да, Денису удалось достучаться до их душ и воссоединить их с телами.

Только вот сами тела к возвращению душ оказались не очень готовы и двигались в лучшем случае как пьяные пингвины. И говорить толком не могли. Единственный им пока доступный способ общения — это ментальные нити Дениса, но и этот канал связи очень ограничен.

Здесь ему не там. Энергии эта техника потребляет будь здоров, особенно если учесть, что некоторым пациентам ради пробуждения пришлось восстановить недостающие конечности, части тел, а в некоторых случаях и голову.

«Протезы» подпитывались Денисом напрямую и были сотканы из чистого Света, поэтому весь ангар сейчас сиял изнутри, ломая объекту всю секретность. Хотя, учитывая тот факт, что так или иначе пробудить удалось всех, надобность в ангаре пропала.

Но работы с пациентами еще предстояло много. Особенно с теми, чьи души были заточены уже несколько веков. Их сон был слишком глубок, и по словам Дениса выход оттуда будет не таким быстрым.

В общем, работы у новоиспеченного Паладина Света впереди полно, и это как нельзя лучше поможет ему с освоением новой силы. А в том, что Денис ее освоит, я теперь не сомневался. Парень еще не осознает, но он пока единственный, кому удалось так легко пережить установку печати. Она не просто на него не повлияла, а сделала сильней сразу и без последствий.

Сыграл в этом роль аспект лекаря, особенность Стихии Света, или тот факт, что Лиорно отдал силу добровольно, я не знаю, но факт есть факт.

Денис сейчас может не спать и работать на износ хоть неделю, хоть месяц, и усталости даже не почувствует. Все как он и мечтал.

Я же чувствовал себя не так здорово. Мой энергетический баланс все еще оставлял желать лучшего, поэтому после обхода Долины, я заглянул на склад снабжения. Там собрал рюкзак, трехдневный рацион, термос под кофе и открыл коммуникатор в поисках подходящего местечка, где можно хорошенько развлечься.

— О, этот подойдет, — с улыбкой отметил я первую точку и, перехватив рюкзак поудобнее, направился к Древу.

Энергетический баланс сам себя не восстановит.

По вечернему небу проплывали темные облака. Тихо завывал по крыше ветер. Заходящее солнце уже не грело и готовилось уйти на покой. Но здоровяку в черно-золотом цельнометаллическом доспехе покой только снился.

Хотя, как может что-то сниться тому, кто не спит?

Не называть же сном те несколько часов в сутках, когда Альберт теряет сознание от изнеможения. А это ни разу не сон! В таком состоянии нет снов, нет покоя, практически нет отдыха, но зато болит все тело, а из мыслей только злоба на гребаного старика.

Один из самых опытных Ратников Империи Альберт Темный (ранее Чугунский), всегда считал себя пусть не самым сильным, но точно самым выносливым одаренным в Империи.

Он не блистал выдающимся умом, выдержкой или особенным талантом, но зато обладал решимостью, крепкой волей и могучим телом, которому по выносливости нет равных.

По крайней мере Альберт всегда так думал.

Первый раз усомниться в своей сильнейшей черте Берти довелось после вылазки за стену с Маркусом. Тогда он загремел в лазарет как зеленый юнец и проспал там дольше всех! Это сильно ударило по гордости Ратника, но Альберт смог выдержать этот удар. Смог подняться. Нашел в себе силы идти дальше.

Однако то, что происходило в этой проклятой ледяной Крепости не поддавалось никакой логике. Место, которое каждый одаренный металла посчитал бы священным стихийным наследием, Альберту в кошмарах до конца дней снится будет.

Если ему вообще когда-нибудь удастся поспать!

Эта ледяная тюрьма, словно издеваясь, постоянно обнажала слабые места Альберта, играючи опровергала сильные стороны и проверяла Берти на прочность снова и снова. День за днем. Ночь за ночью.

А один злобный беззубый слепой старик умело дирижировал всем этим.

Всего за несколько дней это долбаное место и этот слепой старикашка нанесли Альберту столько поражений, сколько он за всю жизнь до этого не испытывал! И что бесило Берти больше всего, так это тот факт, что гребаный Пятый не уставал!

Сам Альберт, самый выносливый Ратник в Империи давно был на грани, был готов сдохнуть от усталости, а этому слепому старикану хоть бы хны!

Этот демон не спит, не знает усталости, не знает пощады, а его слепые зрачки видят больше, чем тысяча зрячих. Альберт уже начал думать, что этот Пятый вообще не человек. Невозможно смертному быть таким выносливым и беспощадным! Наверняка он давно подох от старости и перед ним сейчас дух мстительного старика, главной целью существования которого является до смерти мучать тех, кому не повезло сюда попасть.