Плохое время для чудес (СИ) - Уланов Андрей Андреевич

Тучи разошлись милях в пяти-шести от берега. Не полностью, с нашего места даже не получалось увидеть самого неба, лишь солнечные лучи, соединившие море и небо гигантскими колоннами света. Но и на фоне световых колоннад идущие прямо на Скаузер серо-черные громадины воздушных кораблей выглядели достаточно внушительно.

Глядя на них, я вдруг действительно поверила, что мы остались живы…

…а еще – ощутила разом всю накопившуюся усталость, боль от ран, грязь. Особенно грязь, казалось, покрывшую меня сплошной коркой.

– Мы… спасены? – неверяще пробормотал Тайлер.

Надеюсь, подумала я, у наших спасителей найдется каюта с горячей водой. Должны же быть у героини хоть какие-то привилегии?

***

Броненосный крейсер «Граф Петер» считался сравнительно новым кораблем. И выглядел больше, чем невезучий «Собор святителей», в длину так уж точно. Но вот адмиральская каюта на нем выглядела куда более убого – никаких тебе шикарных ковров, огромных стволов, диванов... а ванная настолько маленькая, что едва можно ноги вытянуть.

Однако все же она тут имелась, а горячая вода на военном корабле, хоть и летающем, снова оказалась по-настоящему горячей. Ну и достаточно пресной, чтобы мыло и шампунь нормально вспенились, а не превращались в липкую жижу.

Небольшие размеры ванной тоже оказались полезны – так она быстрее наполнялась, три раза. В первой я просто размочила и оторвала самые крупные пласты грязи. Мочалка и губка пригодились на второй, а в третьей я уже позволила себе просто немного размякнуть и «поплыть» не только тушкой, но и мысленно. К тому же потребовалось время свыкнуться с мыслью, что после ванны снова придется влезать в человеческую одежду, хоть и чистую. Тоже подарок от Карда, вернее, от командира эскадры. Судя по размерам и ассортименту, кто-то из младших офицеров отличался весьма субтильным для человека телосложением. Надеюсь, ему как-нибудь компенсируют «одолженное» – явно же сшито на заказ, отличного качества, с монограммой хозяина…

Хотя шерстяной свитер оказался редкостно кусачим. Даже сквозь рубашку.

– Вина? Предпочитаете красное или белое?

– Юная леди предпочитает чай, – ответил вместо меня Кард.

– Позовите Радклифа из кают-компании, – приказал замершему с винной корзинкой стюарду сидящий во главе стола офицер, – скажите, что чай нужен для эльфийки, так что пусть выпрыгнет из… кхм, постарается.

Чем-то Артур Каррик-Витморт неуловимо походил на полковника. Вроде бы разные черты лица, цвет волос, да и ростом они расходились примерно на полфута, хотя за столом это не было так заметно. Но вот осанка, манера держать голову, интонации – что-то я почувствовала даже раньше, чем Кард представил капитана «Графа Петера», как давнего сослуживца.

– Слушаюсь, сэр.

– И нам с полковником кларет.

– Не рановато? – уточнил Кард. – К тому же, мы все-таки на войне.

– Поэтому я сказал «кларет», а не «бренди», – возразил ему Каррик-Витморт. – К тому же, как любил повторять адмирал О’Рурк: «война войной, а поужинать надо!». Раз прямо сейчас воевать мы не можем, почему бы не поужинать? Мисс Грин… – развернулся он ко мне, – советую начать с грибов, да-да, в устричном соусе. Поверьте, наш кок готовит их потрясающе.

– Верю, просто… – я запнулась, – до сих пор не могу поверить. Все это кажется таким нереальным. Накрахмаленные скатерти, фарфор, серебряные приборы. Еще несколько часов назад мы о таком даже не думали. Там, внизу, среди грязи, дыма и всех мыслей, как пережить следующую атаку. Совершенно другой мир.

– Флот привык воевать с удобствами, – ехидно заметил Кард, – но, если выглянуть в один из этих роскошных иллюминаторов, легко убедиться: тот мир дыма и грязи тоже никуда не делся.

– Особенно дыма, – Каррик-Витморт покрутил в руке бокал, затем отставил его в сторону и взялся за вилку, – должен сказать, этот ваш орк довольно умён. Даже не будь этой дымной тучи… «зеленушки» отошли в порт и фабричные районы, они знают в них каждый дюйм, как хороший лоцман – лужу перед своим порогом. А еще товары в порту, сырье и готовая продукция на фабриках, дорогостоящее оборудование. Пока что за все отвечают «зеленушки», но стоит флоту сделать хоть один выстрел в ту сторону или сбросить хоть одну крохотную бомбочку, как Адмиралтейство завалят исками о возмещении «ущерба имуществу вследствие несоразмерного применения силы».

– И что ты собираешься предпринять по этому поводу? – осведомился Кард. – Как обычно, принять агрессивную позу и послать корабельную пехоту? Ах да, еще не забыть заварить кофе.

– У тебя есть лучшие идеи? – невозмутимо спросил капитан «Графа Петера». – Поделись, не скромничай, – полковник промолчал, и Каррик-Витморт, не дождавшись ответа, продолжил: – разумеется, в первую очередь необходимо ликвидировать угрозу со стороны этого дурацкого недостроенного погорельца. К счастью, он прикован к земле и эллинг достаточно большая и неподвижная мишень. А дальше, как ты и сказал, высаживаем корабельную пехоту и начинаем чистку луковицы. Солнце вот-вот зайдет, уже через полчаса сумерки будут достаточно густые, чтобы мои корабли на фоне туч стали почти неразличимы.

– У меня нет лучших идей, – признал полковник, – но есть неприятные ощущения. Ты верно сказал, этот Дрогнар Кровавый Клык умен. Он мог и догадаться, что бомбардировать порт с товарами на миллионы или заводские кварталы флот не станет. Вдобавок, у него до сих пор уйма заложников и не только простых работяг, но и знати, включая самих Лорингов. Сам подумай, Артур – тебе не кажется, что дымная туча при таком раскладе уже выглядит излишеством?

– Ты наверняка помнишь, Эдмонт, – Каррик-Витмор закончил распиливать стейк на фрагменты и подгреб к ним гарнир, – как я не люблю слово «кажется». Так вот, мне «не кажется», мой дорогой полковник. Еще на подлете я выставил усиленную вахту с биноклями и отдельно приказал «Аметисту» пройти поближе.

– И что же увидели твои глазастые парни с биноклями? – спросил Кард прежде, чем я собралась напомнить о превосходстве эльфийского зрения над человеческим.

– Сейчас узнаем, – капитан «Графа Петера» жестом подозвал вытянувшегося у двери вестового, – мичмана Гранвилла ко мне!

Не знаю, где располагался пост мичмана, но там явно недоставало тепла. Рукавицы, шарф, надвинутая на лоб шапка и бушлат в каюте почти сразу начали едва заметно парить, наполняя воздух запахами дыма и мокрой шерсти.

– Влейте в себя полстакана бренди, – приказал Каррик-Витмор, – и докладывайте. Удалось хоть что-то разглядеть.

– Слушаюсь, сэр, – мичман одним четким движением опрокинул стакан в рот, поморщился и поставил опустевшую посуду обратно на стол, – почти ничего, сэр. Завеса плотная, а ветер недостаточно сильный, чтобы разорвать её. Несколько раз в районе порта возникали прорехи, когда дым разгонял порывами с воды, но разглядеть удалось немного. Какая-то непонятная суета в районе элеваторов, у пакгаузов и, похоже, они пытаются разгружать один барк. Четыре мачты, корпус белый, с широкой черной полосой, стоит в правой части гавани почти по центру.

– Разгружать барк? – недоверчиво переспросил Кард.

– Бегают по сходням туда-сюда, вниз тащат мешки, – пояснил мичман. – Точнее сказать сложно. Едва дым сносит, они тут же прекращают всякую деятельность и разбегаются по укрытиям.

– Боятся, – удовлетворенно кивнул Каррик-Витмор, – нас боятся. Это хорошо.

– И хорошо, и плохо, – поправил его Кард, – они не просто нас боятся, они опасаться, что мы помешаем какой-то их деятельности. Артур, со мной на борт поднялся майор Макфарлейн…

– А тот баккеландец… отправил его в кают-компанию. Чтобы мальчики, хе-хе, не жаловались, будто я заграбастал себе всех ушастых. Позвать его?

– Он может оказаться полезен.

Ждать Макфарлейна пришлось дольше – и когда он появился на пороге, стало понятно, почему. Если мичман выглядел замерзшим, то майора на крейсере весьма усердно, гм, согревали.