Дом на Перепутье (СИ) - Михаль Татьяна

Дверь стала толще. На ней появился засов. Потом ещё один. Потом амбарный замок.

Мне совсем не хотелось, чтобы кто-то копался у мня в мозах.

— Неплохо, — услышала я голос Эррана. — Очень неплохо. Ты построила защиту уровня опытного мага.

Я открыла глаза.

— Правда?

— Правда. Видимо, у тебя природная склонность к ментальным барьерам. Может, потому что ты специалист по цифрам? И просто привыкла хранить чужие тайны?

— Может быть, — улыбнулась я.

— Кстати, — вмешался Батискаф. — Я вообще-то всегда ставил и ставлю Василисе такие защиты. Так что, можно сказать, я её уже подготовил.

Эрран посмотрел на кота внимательно и оценивающе.

— Это ты ставил ей ментальную защиту?

— А то! Я же Хранитель. Это входит в мои обязанности. Защищать Хозяйку от ментальных вторжений, магических атак и навязчивых поклонников.

— И давно?

— С первого дня. Как только она переступила порог Дома.

Эрран помолчал, потом сказал на полном серьёзе:

— Знаешь, ты молодец.

Батискаф замер.

— Что?

— Я сказал, ты молодец. Редко встретишь фамильяра, который так заботится о своей хозяйке. Особенно учитывая, что ты всего лишь кот.

— Я не просто кот! Я — Хранитель!

— Я в курсе. И я оценил.

Батискаф раздулся от гордости так, что, кажется, стал в два раза больше.

— Он меня похвалил! — проорал он. — Ты слышала? Я теперь войду в историю! Кот, которого похвалил феникс! Это же легендарно!

— Тише, — шикнула я.

Следующим пунктом программы были боевые заклинания.

— Ты должна уметь защитить себя в случае чего, — сказал Эрран. — И своих домашних.

— Я думала, для этого есть вы, — ляпнула я и тут же прикусила язык.

Эрран посмотрел на меня с непонятным выражением.

— Я не всегда буду рядом, — сказал он тихо. — Ты должна уметь и сама.

— Ладно, — смутилась я. — Чему будем учиться? Карате? Магический меч из пространственного кармана?

— Огненным шарам.

— Огненным шарам⁈ — Батискаф аж подпрыгнул. — Ты хочешь научить её кидаться огненными шарами⁈ Она же всё вокруг спалит!

— Для этого есть специальный зал.

Эрран щёлкнул пальцами, и мы переместились.

Мы оказались в огромном помещении, которое больше всего напоминало ангар. Только ангар, отделанный чёрным камнем, с полом, исчерченным магическими символами, и стенами, которые мерцали и переливались.

— Тренировочный зал, — пояснил Эрран. — Здесь можно колдовать что угодно. Материя сама восстанавливается. Сломать здесь тоже ничего нельзя. Это измерение создано специально для тренировок. Даже если устроить ядерный взрыв, через минуту всё будет как новое.

— Обнадёживает.

Он показал и рассказал, как это делать.

— Давай. Попробуй создать огненный шар.

Я сосредоточилась. Представила, как огонь собирается в моей ладони, уплотняется, становится шаром.

В ладони запрыгал маленький, размером с теннисный мячик, огонёк.

— Маловат, — заметил Эрран. — Но для первого раза сойдёт. Попробуй увеличить.

Я увеличила. Шар стал размером с апельсин.

— Ещё.

С грейпфрут.

— Ещё.

С дыню.

— Хватит! — заорал Батискаф, отбегая подальше. — А то Василиса сейчас лопнет! Уже красная, как варёный рак!

— Не лопнет, — спокойно сказал Эрран. — Теперь брось его в стену со всей силы.

— В стену?

— Да. Просто представь, что он летит.

Я представила.

Шар сорвался с ладони, пролетел через весь зал и врезался в стену с оглушительным БАБА-А-АХ!

Стена покрылась трещинами, но тут же начала затягиваться, как живая.

— Ух ты! — выдохнула я.

— Неплохо, — кивнул Эрран. — Для первого раза очень даже. Сила есть. Теперь надо учиться точности.

Следующие часы я метала огненные шары в мишени, которые Эрран материализовал на стенах.

Сначала попадала редко, потом чаще, потом почти всегда.

— Ты быстро учишься, — заметил феникс.

— У неё хороший учитель, — гордо сказал Батискаф. — Я же всегда был с ней рядом и всему учил…

Эрран хмыкнул.

Я раскраснелась, устала, но чувствовала себя невероятно.

Огонь теперь слушался меня. Не всегда, не идеально, но слушался.

После тренировок Эрран усадил меня в кресло и начал лекцию по этикету.

— Запомни главное, — сказал он. — На балу ты ничего не ешь и не пьёшь из того, что предлагают слуги или гости.

— Почему?

— Потому что половина присутствующих захочет тебя отравить, усыпить, подчинить или просто сделать гадость. Еда и напитки — это самый простой способ.

— А если я захочу есть?

— Ешь только то, что дам тебе я. Лично. Это безопасно.

— А если я захочу пить?

— То же самое. Только от меня.

— А если я умру от жажды, пока ты будешь общаться с важными гостями?

— Не умрёшь. Я буду рядом. И я буду следить, чтобы ты была напоена и накормлена.

— Звучит как-то интимно, — проворчал Батискаф, глядя на меня в упор.

— Это не интимно. Это протокол безопасности, — ледяным тоном заявил Эрран.

— Ну, если протокол… — вздохнул Батискаф.

— Ты, Батискаф, — добавил Эрран, — можешь есть и пить что угодно. Ты магическое существо. К тому же Хранитель. Тебя не возьмёт никакой яд.

— То есть мне можно всё, а ей только из твоих рук? — уточнил Батискаф.

— Именно.

— Василиса, давай ты дома поешь и попьёшь, хорошо? — подмигнул мне котик.

Время до бала пролетело незаметно.

Я даже не поняла, как наступил тот самый момент, когда служанки, изящные, тонкие, с острыми ушами и мерцающей кожей, похожие на эльфиек из фильмов, вошли в мои покои и начали колдовать надо мной.

— Госпожа Василиса, — проговорила напевно старшая. — Мы подготовили всё для вашего выхода на бал.

— Звучит как-то чересчур торжественно.

— Так и есть. Сегодня вы будете звездой бала. Ведьма, инициированная самим фениксом. Он ещё никого и никогда не приводил на бал.

— Все будут смотреть на вас, — добавила вторая.

— Спасибо, — пробормотала я. — Утешили.

Девушки рассмеялись, их голоса звучали, как колокольчики.

— Не бойтесь, госпожа. Вы прекрасны. И мы сделаем вас ещё прекраснее.

Платье, которое подарил Эрран, оказалось… нет, его невозможно описать обычными словами.

Оно было цвета расплавленного золота, такого текучего, горячего.

Но когда я поворачивалась, цвет менялся, переливаясь в оттенки вечернего неба — глубокий синий, фиолетовый, пурпурный.

Ткань струилась, как вода, обнимая фигуру, но не сковывая движений.

Декольте было глубокое, но не вульгарное, подчёркивающее линию шеи и плеч.

Рукава у платья длинные, почти до пола, расшитые мельчайшими золотыми искрами, которые при каждом движении вспыхивали и гасли, как живые звёзды.

Подол струился за мной шлейфом, но лёгким, почти невесомым, казалось, что я иду по облакам.

Туфли были под стать платью, тоже золотые, с тонкими ремешками, обвивающими щиколотку, и высоченным очень тонким, как игла каблуком, на котором я могла стоять, не падая (чудо, не иначе).

Украшения были из какого-то белого металла, похожего на платину, с камнями, которые переливались всеми цветами радуги.

Серьги, браслет, кольцо и всё это сияло, но не затмевало, а дополняло образ.

Девушки уложили мои волосы в причёску, достойную королевы.

Множество тонких кос, переплетённых золотыми нитями, уложены в сложную конструкцию, которая держалась, кажется, на чистой магии.

Добавили несколько шпилек с теми же переливчатыми камнями.

Макияж был неброским, но идеальным.

Тени подчёркивали глаза, делая их огромными и глубокими.

Губы чуть тронуты блеском.

Кожа сияла изнутри, спасибо той самой волшебной воде.

Я смотрела на себя в зеркало и не узнавала.

Из зеркала на меня смотрела не Василиса Царёва, бывший бухгалтер, а настоящая огненная ведьма и Хозяйка Перепутья, инициированная фениксом.