Пропавший жених Эмилии Вуд (СИ) - Даниярова Рута

Ей не приходилось больше вязать вещи на продажу, но она любила иногда взять клубок хорошей шерсти и посидеть со спицами у камина.

На вокзале мы встретили Питера Гранта, он тоже пришел меня проводить.

— Жаль, что ты уезжаешь, Кори, — тепло улыбнулся он. — Я думал пригласить тебя на свою свадьбу. Как только получу жетон детектива, сделаю наконец предложение своей девушке. Удачи на новом месте, Коринна. Пиши мне. Всего хорошего, мисс Кирк.

— Спасибо, Питер, я рада, что ты мой друг.

Грант помахал рукой и отправился к кэбу.

— Мисс Льюис, — к нам приближался, опираясь на трость, Тревор Аргайл.

Мужчина в ливрее нес за ним пару внушительных саквояжей.

— Леди, я Тревор Аргайл, — мой напарник вежливо приподнял шляпу перед тетей. — Рад познакомиться. Обещаю присмотреть за вашей племянницей,

Тетя Хизер, к моему изумлению, порозовела.

— У нас второй вагон, мисс Льюис, — он протянул мне билет.

— Купите газету, самые горячие новости! — раздался звонкий мальчишеский голос за моей спиной.

Обернувшись, я увидела Ника, того самого мальчика, который вчера стащил мою сумочку. Тут же я покрепче прижала к себе ридикюль.

— Ох, здравствуйте, мисс, — смущенно сказал мальчик. — Сегодня я действительно продаю газеты.

Заштопанная рубашка была на нем та же, что и вчера, но лицо было чистым.

— Хм, а ты нас преследуешь, малец, не иначе, — лениво протянул Аргайл.

— Нет, сэр.

— Что же, вот тебе полпенни. Давай свою газету и ступай отсюда.

Мальчик торопливо сунул печатный листок в руки мужчине, а потом застенчиво спросил, глядя на меня с надеждой.

— Мисс, может быть, вам нужен помощник? Мне очень нужна какая-нибудь работа…

— Чтобы ты обчистил чей нибудь дом? — поинтересовался Аргайл.

— Нет, сэр. Мне взаправду очень нужна работа, — Ник покраснел.

Мальчик смотрел на меня с такой надеждой, что защемило сердце. Он был таким худым, а дома у него были младшие браться и сестры и больная мать.

— Я надолго уезжаю, Ник, — ответила я.

Арайл вздохнул, достал листок бумаги и что-то нацарапал на нем.

— Отнеси это на Тополиную улицу, дом три, — сказал он, протягивая записку мальчику. — Тебе дадут работу на кухне. Но не вздумай ничего красть, иначе прямиком отправишься в исправительный дом.

— Спасибо, сэр, — мальчик бережно взял листок и спрятал за пазухой.

Я знала, что на Тополиной улице располагались богатые особняки.

Кажется, Тревору Аргайлу все же было присуще сострадание.

— Нам пора, мисс Льюис, — напомнил мужчина.

Раздался лязг железа, и к перрону подкатил поезд.

— Наш поезд называется «Черный дракон», мисс, — с гордостью сказал проводник, помогая взять саквояж.

На паровозе спереди была нарисована морда дракона, а из трубы наверху валил густой черный угольный дым. Создавалось впечатление, что гигантский огнедышащий ящер тащит за собой стальную колесницу из синих вагонов.

— Мое купе будет рядом, — сообщил Аргайл.

— Прошу занимать места, леди и джентльмены, скоро отправление! — важно прокричал седоусый проводник в синей форме с золотистыми галунами.

В вагоне пахло лавандой, угольным дымом и кофе.

Я с восхищение осматривала свое купе— красный бархатный диван, бронзовая лампа и маленький туалетный столик с зеркалом.

За дверцей находилась уборная с умывальником. На столике стояла ваза с цветами и жестяная коробочка с конфетами.

Кажется, жизнь на службе короне таила в себе немало приятных моментов.

Поезд издал оглушительный гудок, похожий на рев настоящего дракона, пол под моими ногами дернулся, и перрон за окном стал медленно уплывать назад.

Заплаканная тетя Хизер махала платком, а потом вдруг пропала.

Всю мою жизнь она была рядом, а теперь я отправлялась одна в далекий Рэвенхилл. Вернее, с Тревором Аргайлом.

20

Под равномерный стук железных колес я читала книгу по истории Рэвенхилла, которую захватила с собой. Оказывается, у этого болотного края была своя история. Когда-то Рэвенхилл даже был маленьким королевством, но два века назад после войны прапрадеда короля Бертольда магами вошел в состав нашего государства.

Много веков назад жители Рэвенхилла поклонялись Мэрусу, темному божеству, которого изображали то в виде большого паука, то наподобие колючего цветка чертополоха. Этому богу посвящались храмы, от которых теперь остались развалины.

В дверь купе постучали, и послышался голос Тревора Аргайла:

— Мисс Льюис, предлагаю поужинать. У меня с собой уйма провизии.

Вскоре он выгружал свои припасы на мой столик, а я достала сэндвичи и печенье с корицей.

Я заметила у напарника на указательном пальце левой руки перстень с овальным черным камнем. Похожий я видела у ректора академии сэра Олриджа. Такой носили обладатели родовой магии.

— Читаете про Рэвенхилл? — Аргайл заметил мою книгу. — Летом он становится довольно популярным местом. Любители старины, ученые, художники и просто любопытные люди, желающие взглянуть на развалины на болотах. Каждый год кто-нибудь пропадает в трясине, но это не останавливает любопытных.

— Почему?

— Надеются найти или купить какой-нибудь контрабандный магический артефакт. Они стоят бешеных денег. В вашей книге ведь не сказано об этом?

— Нет.

Тревор Аргайл помолчал минуту, уделив внимание печенью тети Хизер, а потом неожиданно для меня спросил:

— Могу я узнать, тот кувшин с водой в приемной Джорджа Бартоломью, который вдруг упал со стола и обрызгал Гилмора...

Он вопросительно приподнял бровь, не желая договаривать.

— Кувшин упал сам, — заявила я, стараясь не покраснеть.

— Вы к тому же еще и лгунья, мисс Льюис, — укоризненно вздохнул он. — А между напарниками должна быть честность и доверие.

— Вы и сами не всегда говорите правду, мистер Смит, — уколола его я.

— У меня были причины не называть свое настоящее имя. Я не самый желанный гость в столице. К тому же на тот момент я еще не был вашим напарником.

— Мистер Аргайл, раз вы заговорили о доверии, могу я спросить, почему вы лишились золотого жетона? — мне захотелось откусить свой любопытный язык после мрачного взгляда, которым меня наградил Тревор.

— Я совершил ошибку. Переоценил свои силы и не смог задержать преступника, который сбежал с мощным артефактом. Слышали что-нибудь о камне теней?

— Нет, мистер Аргайл.

— Владелец этого камня может обращаться в тень. Или превратить временно другого человека в тень, если обладает достаточной магией…

Аргайл машинально покрутил на пальце фамильный перстень и поднялся, опираясь на трость.

— Спокойной ночи, мисс Льюис. Спасибо за чудесное печенье.

За два дня в поезде я, кажется, насквозь пропиталась паровозным дымом, поэтому с облегчением вздохнула, когда проводник наконец объявил:

— Поезд прибыл на конечную станцию, леди и джентльмены. Поторопитесь, через полчаса отбывает дилижанс к парому до Рэвенхилла.

Я взяла свой саквояж и направилась к выходу.

Тревор Аргайл уже спустился на перрон и подал мне руку. Его ладонь оказалась сильной и теплой.

Подбежавшие мальчики в униформе подхватили наши вещи и понесли к дилижансу, запряженному парой гнедых лошадок.

Кроме нас с Аргайлом, в Рэвенхилл отправлялись еще три пассажира, полная пожилая дама в пышном фиолетовом платье и два немолодых мужчины с длинными футлярами. Как я поняла из их разговора, они ехали порыбачить.

— Почему нельзя было сразу проложить рельсы до парома? — недовольно проворчал один из рыбаков.

— Говорят, когда строили железную дорогу, трясина за ночь засасывала шпалы, которые рабочие прокладывали днем, — отозвалась дама в — фиолетовом. — Впрочем, это всего лишь местная легенда, джентльмены.

За оконцем дилижанса стал накрапывать мелкий дождик.

День клонился к вечеру. Моя спина и филейная часть уже задеревенели от жестких неудобных сидений и тряски, когда дилижанс наконец остановился возле деревянной пристани на берегу довольно широкой реки.