— Этот человек нужен мне для допроса, — я сделала последнюю попытку, доставая кошель с соляриями. — Я готова компенсировать гарнизону… неудобства.
Офицер покачал головой, даже не посмотрев на деньги.
— Нет. Приказ коменданта строг. Любые уличные бои расследуются лично капитаном стражи. Пленный принадлежит гарнизону.
Спорить дальше было бессмысленно и опасно. Харконнены заберут его в свои подвалы. Допросят они его с пристрастием, но если заказчик действительно был анонимным, то они выбьют из него только признание в глупости.
— Как вам будет угодно, — холодно ответила я. — Но я требую, чтобы официальные результаты вашего допроса были отправлены на базу Дома Варос. Это нападение на моих людей, и я имею право знать результаты расследования.
Офицер коротко кивнул.
— Капитан пришлет вам копию отчета. А теперь отойдите.
Стража начала уносить тела и уводить пленного. Я повернулась к своим людям. Выходной обернулся кровью. Нужно было возвращаться на базу.
POV Кейн
Мы вернулись на базу ближе к вечеру. Солнце уже коснулось горизонта, окрашивая небо над Арракисом в густые багровые тона. Когда я заглушил двигатели «Пепелаца» в ангаре, со стороны внешнего периметра раздался гул моторов. Тяжелые створки ворот медленно поползли в стороны. На территорию базы въехали две машины: легкий бронированный транспорт Элары и следовавший за ним простой транспорт, на котором наши люди ездят в Арракин. Я сразу понял, что случилось дерьмо. Машины двигались слишком быстро, резко тормозя на бетоне. Спустился с орнитоптера и быстрым шагом направился к ним.
Дверца открылась, и на бетон спрыгнула Элара. Ее лицо было злым, губы плотно сжаты, а на краю плаща темнели подозрительные бурые пятна. Следом из второго транспорта начали выходить наши люди. Утренняя радость от выходного и заработанных денег исчезла без следа. Женщины жались друг к другу, их лица были серыми от чего-то плохого. Мира спустилась по металлической подножке, судорожно прижимая к себе Лию. Девочка тихо всхлипывала, уткнувшись лицом в плечо матери.
А затем двое охранников вытащили из кузова транспорта два тела, наспех завернутые в грубую ткань. Кровь пропитала материал насквозь. Торн, стоявший рядом, замер на месте. Он увидел жену и дочь, бросился к ним, крепко обнимая обеих. Сержант что-то тихо и быстро говорил Мире, осматривая девочку.
Я подошел к Эларе.
— Кто? — коротко спросил я, кивнув на брезентовые свертки.
— Техник из ремонтной бригады и одна из старших женщин на кухне, — голос Элары звучал ровно, но в нем звенела холодная ярость. — Плюс двое из сопровождения получили раны. Харконнены забрали тела и одного выжившего нападавшего.
— Рассказывай.
Мы отошли в тень, подальше от напуганных слуг. Элара коротко, без эмоций, изложила хронологию. Нападение средь бела дня на оживленном рынке. Скоординированная группа. Мгновенное убийство тех, кто оказался ближе, и целенаправленный захват дочери Торна.
— Если бы не я со своей охраной и не Сарвейн, они бы ушли с девочкой, — закончила Элара. — Я сделала снимок лица главаря на фиксатор, прежде чем прибыла стража. Он успел сказать, что заказ был анонимным.
— Сарвейн?
— Потом расскажу, — отмахнулась Элара.
Я слушал ее, чувствуя, как внутри сжимается холодный узел. Разрозненные фрагменты складывались в единую, крайне неприятную картину.
— Теперь моя очередь делиться плохими новостями, — мрачно произнес я, глядя на заходящее солнце. — Пока вы отбивались от наемников в Арракине, у нас здесь тоже был жаркий день.
Элара нахмурилась. Усталость на ее лице мгновенно сменилась тревогой.
— Что случилось? База?
— Нет, наша добывающая группа, — я покачал головой. — На них устроили засаду на обратном пути. Работали профессионалы. Замаскированные ракетные установки, четкий расчет времени и маршрута. Они даже не пытались захватить транспортник. Ударили на поражение. Но, благодаря пилотам, уничтожили только навесное оборудование и всю добычу спайса в нем.
— Люди целы? — быстро спросила она.
— Да. Пилоты удержали машину и смогли дотянуть до ангара. Экипаж не пострадал, но мы лишились сборщика. Как только они вернулись, я вылетел к каменной гряде на место пуска. Там пусто. Наемники ушли чисто. Никаких следов, кроме отпечатков ботинок и гусениц. Никаких зацепок.
Мы замолчали, обдумывая услышанное. Картина складывалась предельно ясная, и она нам совершенно не нравилась. Это не были разрозненные стычки с пустынными бандитами и не похоже на случайное совпадение. Это была спланированная, хорошо оплаченная и мастерски исполненная операция. Полномасштабная атака на нас.
— Орейн, — первой произнесла имя Элара.
— Скорее всего, — согласился я. — Тот же почерк. Он посчитал, что мы вышли из-под негласного щита Барона, и начал бить по самым больным местам. Уничтожение добычи — это удар по нашей экономике, чтобы мы не могли восполнить запасы и оплачивать счета.
— А нападение на рынке — это удар по самому Дому, его людям, — закончила мою мысль Элара, глядя на сжимающихся в стайку слуг. — Он хочет показать нашим людям, что мы не можем их защитить. Что работать на Дом Варос — значит подписывать себе смертный приговор. Он пытается посеять панику и заставить их разбежаться.
Я посмотрел на Торна, который бережно вел свою семью в сторону жилого блока, и почувствовал, как внутри закипает глухая злоба. Враг решил играть грязно. Что ж — посмотрим.
Мы поднялись в командный пункт. Альден уже ждал нас там. Ментат стоял у стола, на котором лежала карта прилегающих к базе территорий. Он уже получил предварительные доклады от Торна и дежурных офицеров. Я коротко пересказал ему результаты осмотра каменной гряды, а Элара выложила на стол оптический фиксатор со снимком наемника из Арракина, который еще предстояло увеличить и распечатать.
— Заказ анонимный, — пояснила она. — Но лицо есть. Харконнены забрали его себе, так что официальный протокол мы тоже со временем получим, хотя надеяться на него не стоит.
Альден кивнул, убирая фиксатор в карман. Его глаза на мгновение остекленели, обрабатывая новые вводные.
— Вероятность того, что за обеими акциями стоит виконт Орейн, составляет девяносто шесть процентов, — произнес ментат своим обычным бесстрастным тоном. — Время ударов синхронизировано. Цели выбраны грамотно. Экономика и лояльность.
— И лояльность — самое слабое звено, — мрачно добавил я. — Торн сейчас успокаивает жену, но мы чуть не попали в классическую ловушку.
Я посмотрел на Элару. Мы оба прекрасно понимали, к чему вела эта попытка похищения.
— Заложники, — тихо сказала она, озвучивая мои мысли. — Идеальный рычаг давления.
