— Именно, — я кивнул. — Если бы сегодня наемники Орейна смогли увезти дочь Торна, наш сержант оказался бы на их крючке. Ради спасения ребенка любой отец пойдет на все. В нужный момент он открыл бы им ворота базы, отключил бы генераторы или подсыпал яд в нашу еду. И я даже не смог бы его винить. Это старый, но самый надежный способ получить послушного крота внутри любого, даже самого защищенного периметра.
В командном пункте повисла тяжелая тишина.
— Альден, — я повернулся к ментату. — Немедленно поручи Торну провести скрытую перепроверку всех наших людей. Мне нужно знать, где находятся их семьи и родные. Не пропал ли кто-то из близких за последние дни. Может быть, у кого-то одинокого успела появиться в городе пара, а сейчас внезапно пропала. Враг может попытаться завербовать кого-то внутри базы через шантаж. До особого распоряжения все увольнительные в город отменяются. Никто не покидает периметр без вооруженной охраны. А ты, Элара, вообще не покидаешь. Странно, что не организовали атаку еще и на тебя в тот же момент.
— Принято, командир, — отозвался Альден.
— Может быть, из-за моей встречи с леди Сарвейн? Нападать на аристократа без причины будет только полный идиот. Теперь о том, как нам отвечать, — Элара оперлась руками о край тактического стола. — Запираться на базе мы не можем. Это означает остановку добычи и медленное финансовое удушение. То, чего и добивается Орейн. Но продолжать летать по старым схемам — значит терять людей и технику.
Ментат склонился над картой, подсвечивая изломанную линию Барьерной Стены.
— Я могу рассчитать математически вероятные точки для засад с земли, — начал он, водя пальцем по карте. — Узкие ущелья, скальные выступы, перевалы. Но их слишком много. Стена тянется на сотни километров. Нам не хватит ни людей, ни техники, чтобы перекрыть хотя бы половину возможных огневых позиций. Даже если летать по одному маршруту.
— Значит, мы изменим правила игры, — сказал я, глядя на карту. — Засады с земли эффективны только тогда, когда цель идет низко и не ждет удара. На большой высоте зенитные ракеты теряют преимущество. От них легко увернуться. С завтрашнего дня все борты пересекают Барьерную Стену на максимальном эшелоне. Снижаться разрешаю только над глубоким песком и базой.
— В глубокой пустыне засаду с земли не устроишь, — заметила Элара. — Там властвуют черви и мало мест для засады.
— Верно, — согласился я. — Но Орейн может нанять наемников с собственными орнитоптерами и попытаться перехватить наши машины в воздухе. Мы должны быть готовы. Завтра же начнем модернизацию топтеров. Мне нужно, чтобы была увеличена пиковая огневая мощь наших орнитоптеров. Дополнительные пилоны для легких ракет на перехватчики. Чем плотнее залп, тем меньше шансов у нападающих.
— Это утяжелит машины, — предупредил Альден.
— Не так уж и сильно. Больше будут мешать ускорители и топливо для них. Они станут менее поворотливы, но зато смогут убежать в случае проблем. Их тоже установим на все топтеры. Если добывающая партия попадет в воздушную засаду, они не будут вступать в бой. Они ударят по газам и уйдут по прямой на базу.
Элара задумчиво кивнула, принимая этот план. Это требовало новых расходов, но сохраняло людям жизни и обеспечивало продолжение добычи спайса.
— А что будешь делать ты? — спросила она, посмотрев мне в глаза.
— Я буду приманкой, — я криво усмехнулся. — Я продолжу облетать старые имперские бункеры на «Пепелаце». Возьму с собой пятерых лучших бойцов. Если агенты Орейна попытаются ударить по мне — отлично. Моя машина — лучшая цель. И когда они клюнут, мы посмотрим, кто кого поймал. Сейчас же нужно похоронить погибших, и еще, Элара, у меня есть предложение…
Солнце давно скрылось за горизонтом, когда мы вернулись в ангар. Короткая церемония прощания завершилась — тела двух наших людей упокоились в песках Арракиса, рядом с первыми павшими обитателями базы. По моему приказу Торн собрал всех обитателей базы в главном ангаре. Детей оставили в жилом блоке под присмотром пары надежных охранников. Люди стояли плотной толпой, переминаясь с ноги на ногу. Элара поднялась на опущенную аппарель транспортника, чтобы ее было видно всем. Я встал впереди и сбоку, скрестив руки на груди. Мое предложение, озвученное в командном пункте, сейчас должно было пройти проверку реальностью.
— Сегодня Дом Варос подвергся нападению, — громко начала она, и гул голосов в ангаре мгновенно стих. — Вы уже знаете, что мы потеряли двоих. Но вы должны понимать, почему это произошло. Враги не только хотели лишить нас людей или добычи. Они пытались похитить дочь Торна.
Многие покосились на сержанта, который стоял с каменным лицом, крепко сжимая руку жены. Это уже было известно всем.
— Им нужны были заложники, — жестко продолжила Элара. — Им нужен был рычаг давления, чтобы заставить кого-то из вас предать Дом. Я говорю это каждому из вас: если у кого-то возникнут такие же проблемы, если кто-то из ваших близких пропадет и на вас попытаются выйти с шантажом — немедленно сообщайте нам. Это единственный шанс найти и спасти их. Если вы решите промолчать и подчиниться требованиям похитителей, вашего близкого убьют в любом случае. Просто как отработанный материал. Альден, какова вероятность такого исхода?
Ментат, стоявший в первом ряду, сухо произнес:
— Девяносто девять и две десятых процента. Вас используют, а затем устранят заложника за ненадобностью и вас как ненужного свидетеля.
Повисла тяжелая тишина. Элара выдержала паузу, а затем достала из кармана плаща небольшой черный прямоугольник — мастер-пульт управления рабскими ошейниками.
— Наш Дом под ударом. Атаки будут продолжаться, — ее голос зазвенел от напряжения. — Но я не могу требовать верности от тех, кто служит из-за страха перед этим устройством. Я предпочитаю принять бой плечом к плечу с теми, кто сам принял решение остаться, а не с теми, кто просто не может сбежать.
Она подняла пульт и набрала на сенсорной панели код общей деактивации. По ангару прокатился пронзительный многоголосый писк. В следующую секунду раздался сухой треск замков, и десятки металлических ошейников со звоном упали на бетонный пол. Люди в шоке хватались за свои шеи, не веря тому, что происходит. Торн, Альден, техники, солдаты — все они вдруг стали свободными. Многие из них и так уже заслужили право их снять, но Элара сделала это для всех одновременно.
— У каждого из вас сейчас есть первая и последняя возможность покинуть Дом по своему желанию, — громко объявила она, перекрывая поднявшийся шум. — Если вы боитесь — никто вас не осудит. Вы можете забрать все свои вещи, все деньги, которые успели получить, и уйти. Ворота открыты. Те же, кто останется, получат полноценный статус Слуг Дома Варос. На принятие решения — десять минут. Время пошло.
Зал погрузился в тишину, которая длилась всего несколько мгновений, а затем взорвался гулом обсуждений. Люди переглядывались, шептались, смотрели на сброшенные ошейники и на приоткрытые створки внешних ворот, за которыми расстилалась ночная пустыня. Я перевел взгляд на Элару. Она стояла прямо, внешне абсолютно спокойная, но я видел, как напряжены ее плечи. Это был огромный риск. Если уйдут техники или пилоты, мы останемся без добычи. Но это был хороший момент для отделения зерен от плевел. Костяк в любом случае останется. Тот же Торн и его люди.
