Трон галактики будет моим! Книга 7 (СИ) - Скоробогатов Андрей Валерьевич

Чего-чего⁈

А вот, чего, Саша, подумалось мне. Именно. Именно его и именно командовать.

Всё ещё считаешь целесообразным сохранять это свое уже крепко прикипевшее к лицу инкогнито?

Глава 20

Все тайное становится явным

Пожалуй, только настольгическое уважение к древним стенам исторического здания и то, что рядом находился Мендес, которого я считал своим другом, остановили меня от применения какой-нибудь разрушительной техники массового поражения. Которая не оставила бы от кабинета и находящихся в них ничего.

Мендес посмотрел на меня глазами, полными ужаса. Похоже, он был удивлён не меньше моего.

Я выдохнул. Попытался успокоиться. Гнев — это непродуктивно. Это признак беспомощности. А я далеко, далеко не беспомощен. В конце концов, космодром — мой, вся Гербера — моя, флот мой, и офицеры верны мне. И энергия Большого Взрыва — моя. Пока ничего не произошло, и вряд ли произойдёт.

Чтобы избавиться от некоторого напряжения через моторику, я подошёл к бильярдному столу и, не спрашивая разрешения, взял кий. Выложил пирамиду, разбил, закатив сразу три шара, предложил кий высшим офицерам.

— Прошу.

Кий, слегка крякнув, принял Порфирьев. Играл он, судя по всему, хорошо. Но вот незадача — свояк, которым старый адмирал метил в центральную, завис в миллиметре от лузы, закрутился — это я на мгновение поставил перед лузой микрощит.

— Странно…

Хрен они меня выиграют. Старик предложил кий Жиберу, но он отказался.

— Кто я такой, чтобы состязаться с вами?..

Поэтому третьим игроком вызвался играть Мендес.

А я пока думал. Вариант — показать им свой истинный профиль и настоящую фамилию. Уверен, это их впечатлит. Это самый простой способ — и самый опасный. Нет, надо ювелирнее как-то.

Конечно, вариант силового решения проблемы всегда остаётся за мной. Сломает этот Жибер свою тонкую шею в каком-нибудь темном переулке Первопрестольной при случае, никуда не денется. А пока что — позволим попить чаёк и позаниматься дипломатией.

Ну, помощь пришла, откуда не ждали.

— Господин адмирал, — покачал головой комиссар-лейтенант Глеб. — Вы помните, что я вам говорил? Он работал по очень серьёзному заданию из Второпрестольной. Там совсем другая юрисдикция. Пожалуйста, погодите с решением, дайте хотя бы нам возможность получить инструкции по поводу Александра Игнатьевича. Вдруг он…

— Тоже из Трибунала, хочешь сказать? — поморщился старый адмирал. — Нанят второпрестольными? Тебя-то, Глебушка, я терплю, а вот тамошних… Ну так и зачем ему тогда весь этот космодром? И так вон и графский титул есть, и герцогский ещё. И корабли… Пущай, вон, остаётся губернатором космодромным, заведует портом, Академией своей, если так нравится. И сухопутными делами, а? А Георгий тёртый калач, он однажды уже воевал…

Мендес только что разбивший остатки пирамиды и не забивший ни одного шара, на этих словах усмехнулся, и передал кий мне.

— А чего ты усмехаешься? — нахмурился Георгий. — Да! Я воевал! «Смешливая Сколопендра» — это вам не это! Она наш крейсер вполне могла бы завалить… Если бы не залп из всех орудий. Зеленожопую погань следует гасить в самом зародыше!

Вот хорошо, что он это сказал. Вовремя — мне чуть меньше захотелось его убивать. Успел напомнить, что мы, вообще-то, сражаемся на одной стороне. Хотя, конечно, «Смешливая Сколопендра» — это курам на смех, мелкий разведчик. Не удивлюсь, если окажется, что после встречи с ней они удирали из системы на всех парах, чтобы не встретить прибывший полноценный флот Орды. Однако, так или иначе, против правды не попрёшь: Второй Легион — одно из немногих боевых соединений, которое оказывает хоть какой-то существенный урон ордынцам на подступах к Центральным Системам. Большинство высших офицеров — бывшие солдаты, не из знатных родов, это даже видно по фамилиям. Приучены, чтобы всё по уставу, а сами выросли в звании за полсотни лет — вот и лезут напролом.

И, самом деле, главный мой противник в этой партии — это вот этот вот Порфирьев и адмиралитет, это их решение. Да и вообще, этот Георгий Жибер всё больше выглядел каким-то романтиком и даже каким-то слегка наивным. Да и старый адмирал, возможно, тоже.

Они же, блин, просто реально не догоняют, что происходит!

Но я хорошо знал, что такие могут быть даже опаснее открытого врага.

Девяносто процентов зла, упадка, проблем, системных болезней и прочего в Империи — произошли не из-за злого умысла, а из-за идиотизма, незнания и некомпетентности. Друг приносит пользу и себе, и тебе. Альтруист приносит пользу тебе, но жертвует собой. Враг приносит пользу себе и вред — тебе. И лишь идиот вредит всем окружающим.

Я забил сразу два шара, и свояка, и «дурака» в среднюю лузу. Сам, без помощи энергии большого взрыва — в Пантеоне в нашей ПАО «Империя» имелся столик, и хватило времени потренироваться в обеденные перерывы. Передал кий Порфирьеву.

Старый адмирал снова знатно мазанул, срикошетив от установленного мной микрощита, улыбнулся и снова обратился ко мне.

— Что-то сегодня я не в лучшей форме… Ну, вы за ним приглядывайте, граф, приглядывайте. Георгий же у нас океанический романтик, того и гляди — водоплавающий флот соорудит.

— Важность водных кораблей в условиях наземного конфликта очень недооценена! — нахмурился Жибер. — Они могут быть намного экономичнее глайдеров и глиссеров!

— Ну, море у нас теперь есть. Я сделал, — кивнул я. — Можем назначить вас руководителем эскадрильи катеров рыбнадзора, если вам так хочется плескаться в водичке?

— Вы иронизируете, граф? — нахмурился Жибер. — Назначать будет адмиралтейство. А! Я, кажется, понял, вы сами претендуете на это место. Уверен, если бы вы дослужились до адмиральского звания — то назначили бы вас. Но порядок — есть порядок.

Мендес забил один шар и передал кий мне.

— Ничто вам не мешает повысить Александра Игнатьевича в звании прямо сейчас. Ведь так, Герасим Герасимович? — предположил Мендес. — Всё-таки, заслуги и число кораблей под командованием вполне соответствуют.

Старый адмирал после этого на миг засмеялся…

А затем скрючился и заныл, приплясывая на месте! А всё потому что стоял позади меня, а я, прицеливаясь, совершенно случайно — честно-честно! — со всей силы зарядил ему в промежность тупым концом кия.

— Ой ё…

И это я ещё не со всей силы, мог бы и посильнее. Вообще, какой-то уж больно мягкий я стал. Добрый. Не иначе, как предстоящее рождение сына влияет.

— Мне послышалось, или вы сказали «да»? — сказал я, глядя, как ещё два шара закатываются в лузы. И только потом повернулся. — Ой, простите, неужели это я вас ударил, адмирал? Какая досадная нелепость.

— Щучий потрох… Только не говори, что ты не сделал это специально…

— Конечно же не специально! Это всё Творцы, а не я. Я играл в бильярд строго по уставу. Вы же тоже совсем не специально хотите лишить меня моего флота? Что же касается сути нашей дискуссии — я бы предварительно порекомендовал вам решить некоторые юридические моменты.

— Это какие?.. — всё ещё морщась от боли, но всё-таки приняв кий вопросил адмирал. — Вот же зараза…

Мазанул, конечно же.

Как и Мендес следом. Я же сообщил им с напускным печальным видом:

— Космодром «Королёв» был мною выкуплен как выморочное имущество. Он принадлежит мне. Как и корабли. Какая жалость.

— Вот как! — вздёрнул брови вице-адмирал. — А вы, Герасим Герасимович, составляли запрос в управление планетарной инфраструктурой?

— Не, — он покачал головой. — Думал — кому нужен этот космодром?

Я ударил по чёрному шару.

В лузу закатился один шар. Затем второй, третий и четвёртый. Я уже победил — досрочно, до последнего хода оставшихся игроков.

А обратным движением кия я крепко так засадил в бедро Жиберу, подошедшим к чайному столику. Он выругался и облился чаем.

— Аккуратнее, граф! Что вы себе позволяете!

— О, поверьте, я ещё и не такое себе позволяю. А космодром — мне, например, нужен, — продолжил я. — Я терпеть не могу, когда так говорят, но Империя в момент моего прихода покинула Герберу. А я пришёл и собрал флот. Я восстановил космодром, и это я построил город. Это я был Империей, которая вернулась на Герберу. Не вы, и не Легион. И теперь это мой флот и мой город. Если части Империи, которую вы представляете, вдруг показалось, что я тут совсем не нужен, и кто-то сможет распорядиться моим флотом и моим городом лучше меня — то сперва подумайте, как сможете его у меня отобрать.