Вова округлил глаза, а затем перевёл взгляд на Октавию. Та шла молча, почти не глядя по сторонам.
— Вы… работали здесь? Серьёзно?
— Да. Работала, — кивнула Октавия. — В каком-то роде. Но не наложницей.
— А после… Олдрины сами пришли с проверкой и сообщили, что у них украли какие-то драгоценности отсюда. Какой-то древний мониторинг сработал, видимо. Вот меня и отправили. А потом… Ну, вы знаете. Я как к вам в подчинение пришёл, как узнал, кто вы — сразу понял, что надо весь этот бордель закрывать и менять формат. Отреставрировать там… половину жалования сразу стал сюда отписывать, ребятишек толковых нашёл, постоянно переписывался, следил, как всё идёт. Потом и Олдрины подключились. И вот — в аккурат месяц назад открылись! Многие уже привыкли здесь собираться, поэтому мы решили не сносить верхнюю надстройку над Пантеоном… Сменить формат.
Мы прошли мимо последних столиков. За последним столом сидел серв, игравший в какую-то редкую и сложную игру с двумя молодыми курсантами.
Завидев нас, он резко встал, вытянулся и коротко кивнул.
Октавия ответила ему тем же.
Красивый серв. Идеальный практически.
Лишь пройдя несколько метров дальше у меня пробежали мурашки по спине от догадки, а следом и от сообщения Октавии.
«Господин рыцарь. Здесь второй высший серв».
Вот так вот. Высший серв. И чего он тут делает? И кого ждёт?
Мы шли дальше. Лестница, турникет, открывшийся перед нами. Ещё лестница. С каждым шагом становилось всё темнее и сырее.
И вскоре я увидел то самое место.
Ряд стальных дверей в гранитной стене. Да, я как-то забыл, не обратил внимания в тот раз — здесь был похоронен не я один. Ещё десятка два моих капитанов.
По центру — закрытая теперь стальная дверь в мой склеп. Золотая надпись над ним:
«Погибшему герою от благодарного человечества».
И сотни, нет, буквально тысячи свечей. В том числе — новых. Кто, блин, их расставляет-то?
Да, воспоминания очень, очень сложные. И жутковатые. Казалось, что сейчас я зайду туда — и снова меня кто-нибудь в капсулу засунет. И ещё сто лет просплю.
Хрена с два, конечно, у них такое бы сейчас вышло…
— Я тогда вообще не понял, какого чёрта вы тут забыли, — перейдя на благоговейный шёпот, продолжал Правофланговый. — Откуда взялись и что вам тут нужно. А потом я всё понял…
Глава 21
Бунт не на корабле
Октавия уже в боевом режиме успела настрочить мне кучу верных подсказок на Внутренний Экран.
И про то, что я был в беспамятстве и потерял свой корабль.
И про то, что был в крайней нужде.
И про то, что является членом некоей секты поклонников Принца Александра, и совершал паломничество.
А Правофланговый глядел на меня с прищуром таким заговорщическим, со смесью восторженности и загадочности, дескать, я-то знаю все тайны.
— Ну? И чего ты понял?
Он воровато обернулся, проверив, не шёл ли кто за нами, и сообщил полушёпотом:
— А то я понял, что вы, Александр Игнатьевич, сюда прибыли по секретному заданию с самого-самого верху — чтобы забрать Октавию! Потому что она же не просто серв, она императорский серв! Без неё бы вы космодром в Королёве не восстановили, корабли бы не получили, много чего бы не вышло без неё.
Странно, подумалось мне, что он не знает о существовании «высших сервов», ну да ладно, спорить не стал.
— Это… уж точно, — сказал я и совсем по-человечески погладил Октавию по спине. — Она у меня молодец.
— Я долго думал ещё, а чего вы у меня тогда ботинки спёрли, — подумалось. — И почему так странно были одеты. Это всё для конспирации! И чтобы уйти от погони, от проклятых Ганзоригов!
— Теперь ты знаешь правду, — с холодным спокойствием сообщила Октавия. — И теперь мы будем должны тебя убить.
Правофланговый отпрянул, испугался — но только на миг. Октавия тут же растянула губы в улыбке — она всегда улыбалась достаточно естественно, только всё равно было немного жутковато.
— Шутка. Господин рыцарь, вам ещё нужно что-то здесь?
— Подождите, Октавия, — попросил Вова. — Я хочу здесь постоять.
И он стоял — минуты две-три. Даже не знаю, о чём он думал. Молился, может быть? Хотя как по мне — это выглядело несколько по-еретически.
Нет, я сам не против некоторого тщеславия и самолюбования. Но чтобы прямо вот так?
Впрочем, это были ещё цветочки. В самый разгар нашего задумчивого бдения я услышал тихие шаги сзади. Я оглянулся и был несколько удивлён — это был тот самый блаженный старец в рваном одеянии, которого мы видели в усадьбе.
Он нас чего — преследует?
Увидев меня, его лицо вытянулось. Руки затряслись, и он выронил незажжёную свечу, которую нёс.
— Он… здесь. Он вернулся. Он явился мне… — пробормотал он, вытаращив глаза и глядя на меня.
А затем рухнул наземь, вытянув руки в моём направлении, принявшись тихо бормотать.
— Не оставь нас, принц Александр, верни нам веру в человечество, яви свой ясный лик и острый меч, и убереги от козней хрящезадых…
— Так, ну, это уже ни в какие ворота не лезет, — покачал я головой и потащил Октавию к выходу. — Пойдём-ка отсюда.
— Может, мне его убрать? — спросил Правофланговый, шагнув в сторону молящегося.
— Не надо, его же пропустили! — воскликнул Вова и преградил путь Правофланговому. — Он один из нас. Он имеет на это право.
— Ну отлично. У нас тут ещё один сектант, — вздохнул я. — Будь осторожен, Вова. Увлечение такими вот синкретическими культами до добра не доводит. Потом начнёшь себя плетьми стягать или носиться с разными циркулями и наугольниками…
Я между делом осматривал помещение. Мы уходили тогда поспешно, но моих следов, как и следов каких-то артефактов, не было заметно. Олдрины прибрались, значит. Прошёлся вдоль длинного ряда других дверей, выставленных полукругом.
Кузнецов. Братья Смирновы. Попов. Петров. Васильев и Васильева — муж с женой. Каримова. Волков. Семёнов. Михайлов. Павлова. Козлов. Фёдоров. Новиков. Морозов, наш самый молодой капитан. Зайцевы, отец и сын. Ким. И Алексеева.
Мои капитаны. Все погибли.
Да, многое бы я сделал, чтобы они снова были со мной, как тогда, в том бою.
И почему-то, мне на миг показалось…
Нет, глупость какая-то.
Впрочем, понять, что именно мне показалось — я не смог. Потому что от Октавии на внутренний экран поступило очень неожиданное и неприятное сообщение.
«Господин рыцарь, нам надо спешить. Андрон утверждает, что нарыл что-то очень нехорошее про Сакуру Сабуровну. Предлагает встречу на борту Принца Евгения».
Хм. Интересно, а что это у нас наша недо-тёща замышляет? Ладно. Посмотрим. Решим.
Мне всё-таки удалось уговорить всех, включая Вову, пойти наверх. А в верхнем зале уже было не так спокойно. Судя по всему, о моём прибытии всё-таки прошёл слушок, и теперь сервы-охранники сдерживали стремящихся попасть в зал журналистов и простых зевак.
Ну, тут я не строил иллюзий по поводу причин моей популярности. Как-никак, сами Олдрины постарались, чтобы на их территории о прибытии моего флота было известно как можно большему числу людей. Удобный инфоповод, чтобы отвлечь людей от внутренних проблем.
А ещё — мысли не очень хорошие возникли, учитывая свежу информацию.
Высший серв встал из-за столика, продолжая стоять у дальнего коридора и заложив руки за спину. Влетающие в двери микродроны с камерами не долетев и половины зала — падали вниз.
Отключает, значит. Мощно, конечно. Интересно, почему Октавия так не делает? Не умеет? Меньше административных прав? Впрочем, я вспомнил, что она уже пару раз помогала разобраться со всем искусственными интеллектом в близлежащем пространстве. Скорее всего попросту считает, что так лучше.
Она подошла к нему, показав своё присутствие. Они коротко посмотрели друг на друга, явно перекинувшись информацией.
