Дорога в космос (СИ) - "mrSecond"

— В вас стреляли? — ошарашено спросил он.

— Да, — подтвердила Пищухина, глядя прямо перед собой. — Один ублюдок выпустил три пули. Меткий попался, сволочь. Ни разу не промахнулся. Так что пришельцы забрали меня для того, чтобы я не сдохла прямо там, у трапа.

— Это многое меняет! — заявил майор. — Мне надо немедленно связаться с руководством.

— Успеете, — небрежно махнула рукой Зинаида Михайловна. — Неделю с лихвой вас это не беспокоило, а тут вдруг стало важным!

— Но как же! Мы должны связаться с Канадой, потребовать у них компенсации для вас.

— Ага, — лениво протянула Пищухина. — И половину оставить себе за беспокойство. Или три четверти? Не трудитесь, я сама найду, куда потратить эти деньги. Но мы опять отклонились от цели вашего визита. Впрочем, вы уже, наверное, догадались.

— Будет лучше, если вы расскажете обо всём самостоятельно, — тактично ушел в сторону майор.

— А рассказывать, собственно, нечего. Я потеряла сознание в процессе подъёма. Повреждения, несовместимые с жизнью. А когда очнулась, мне предоставили душ, одежду, пищу и спустили сюда. Я не видела пришельцев живьём, я не изучала внутренности тарелки, не общалась с инопланетными существами и ничего от них не получала. Кроме, разве что, комбинезона, в котором и прибыла на землю. Меня вынули наверх, сложили в медицинскую капсулу, устранили повреждения, как механические, так и возрастные. А потом так же, не спрашивая, вернули обратно. Одно могу сказать: еда у них на вкус преотвратная.

Майор возликовал: наконец-то!

— Могу я увидеть этот комбинезон? — спросил он, старательно скрывая радость.

— Можете, — ответила Пищухина. — Увидеть можете, а получить — только в обмен на мои вещи. Без жучков. И я очень надеюсь, что ноутбук будет именно мой, а не такой же, купленный в соседней с вашей конторой комиссионке.

— Вы считаете, что можете ставить нам условия? — нахмурился майор.

— А вы считаете, что нет? — ответно нахмурилась женщина.

— Мы ведь можем применить силу.

— Попробуйте. И весь мир узнает о том, как вы это делаете.

Майор ощутил себя на коне и решил чуть придавить строптивую бабу:

— Каким же образом?

Но Пищухина придавливаться отказалась. Она поглядела на майора, как на несмышлёного ребёнка и снизошла до объяснений:

— Если вы ещё раз просмотрите видео, то обнаружите, что снято оно с частного вертолёта, принадлежащего канадской телекомпании. Поинтересуйтесь, каким образом телевизионщики получили информацию о грядущем событии. Лично я сделала только один вывод: по какой-то причине пришельцы наблюдают именно за мной. Что они хотят — неизвестно. Неизвестно и то, как они воспримут агрессию, обращённую в мою сторону. Впрочем, вы можете проверить. На собственном опыте. Считаю, что канадцы отделались достаточно легко, всего лишь деньгами.

Майор замолчал. Он не мог немедленно принять решение, не его уровень. И ответственность такова, что в случае ошибки запросто можно оказаться среди тех молоденьких лейтенантов.

— Давайте сделаем паузу, — предложил он. — Я передам начальству ваши предложения и пожелания, ознакомлю с информацией, которой вы поделились. Как только будут приняты конкретные решения, я с вами свяжусь.

На том и порешили.

— И нахрена был весь этот спектакль? — спросила Мухина, когда незваный гость ушел. — Ты, Зина, конечно, держалась хорошо. Но нафига? Решили ведь рвать когти. Так что нам помешает прямо сейчас вызвать тарелку, подняться наверх и дать по газам?

— Эх, Клава — Клава, — покачала головой Перепрыгина. — А ты без подсказки газ найдёшь? Говорили же вчера: учиться надо. Нам предстоит, по меньшей мере, месяц плотной учёбы. А как это делать, если Контора будет над душой стоять? Вот Зинка и торгуется, чтобы, с одной стороны, спецслужбы у нас навсегда не поселились, а с другой — чтобы им было, что начальству предъявить. Они ведь тоже не идиоты. Наше добровольное сотрудничество для них выгоднее, чем выбивание ответов. Опять же, нужно, чтобы никто до последнего момента не подозревал, что мы всё-таки собираемся удрать.

— А ещё, — добавила молчавшая всё время Торопова, — нужно, чтобы у нас оставалось место, куда мы могли бы вернуться. И чтобы оно было именно наше, а не государственное или чьё-нибудь ещё.

— И это заодно, — кивнула Настя. — Это здорово, девчонки, когда есть, куда вернуться. Поверьте, уж я знаю, о чём говорю.

Мухина пожала плечами:

— Учиться, так учиться. Когда Элик учебники доставит? Завтра к утру? Значит, завтра и начнём. А сейчас я в гараж, американец ждёт

Глава 23

Баба Зина, то есть, теперь просто Зина, гадала, какими будут обещанные Элом учебники. Ясно, что не привычные книги, хоть бумажные, хоть с пластиковыми листами. Скорее всего, электронные планшеты, как штуки более-менее привычные в обиходе. Но ей хотелось чего-то необычного, фантастического, инопланетного. Такого, чтобы сразу было понятно: на Земле такого нет, и в ближайшее столетие не предвидится.

Посылка с учебниками пришла ночью. Никаких книжек. Никаких планшетов. Четыре ящичка, в каждом по три десятка белых шариков сантиметрового диаметра, промаркированных непонятными символами. И ещё четыре коробочки. В них тоже шарики, только красного цвета.

С числом всё было понятно: четыре человека — четыре комплекта. Тридцать шариков — месяц обучения. Непонятно было только одно: что с ними делать? Глотать? Рассасывать? Куда-нибудь засовывать?

Элик разъяснил всё быстро. Каждый шарик — пакет информации. Суточная доза. Его надо аккуратно разделить на две полусферы и приложить к вискам. Минут через пять порция знаний переписывалась в мозг, а носители впитывались в кожу. Такой комплект «два в одном»: информация и стимуляторы для её усвоения.

Такие сложности придуманы неспроста. Как раз височные доли мозга отвечают за память и языки. Так что данные поступают напрямую в нужные места готовыми к употреблению.

Но не всё так просто: импортированный банк данных требовалось «активировать»: начать использовать. Иначе с течением времени нейронные связи таяли, информация терялась, а записать её повторно было уже невозможно. Разве что изучить материал заново уже традиционными способами.

Начинать нужно было с красных шариков. Бабки дружно переглянулись и с некоторой опаской прилепили к вискам полушария. Посидели, пока шарики не исчезли, да и легли спать. Утром Зина поднялась, бросила взгляд на лежащий у постели ящик с шариками, и увидела: непонятные символы у каждого из них превратились в числа. Пусть записанные другими знаками, но вполне понятные, десятичные. И ничего сложного.

Весь день бабки развлекались: болтали друг с другом на языке другого мира. А вечером, ободрённые первым успешным опытом, достали из ящичков по шарику номер один и продолжили учёбу.

Хороший делец живёт связями. У Якова Аркадьевича Шенкеля связи были обширные и в самых различных сферах. Пользовался он своими контактами активно, умея произвести нужное впечатление на самых разных людей и сподвигнуть их на безвозмездное оказание разного рода услуг. Порой даже оказывал не очень большие услуги в ответ — если это было выгодно, конечно.

В этот день он обедал с одним генералом. Генерал был не из самых простых: заместитель начальника регионального управления всем известной Конторы. Дела обсудили быстро, нашли взаимовыгодные варианты и даже приняли по пятьдесят грамм коньяка в честь достижения согласия.

Генерал не удовлетворился одним бокальчиком и потребовал графинчик. Правда, Якову Аркадьевичу не подливал, но тот ещё и первый полтяшок даже не ополовинил.

Тем временем по телевизору, безостановочно крутившему в кафешке то музыкальные клипы, то рекламные ролики, то новости.

— Вон, — кивнул генерал на телевизор. — видал эту бабку?

Яков Аркадьевич поглядел на экран. Там в очередной раз показывали похищение инопланетянами гражданки среди бела дня.