«Вероятно, они хотят, чтобы мы отвлекли внимание и разделились. Пока мы будем драться с ними, Гольдштейн будет сливать свой яд».
Я сделал паузу, обдумывая ситуацию.
«Подполье и стража вынуждены отбиваться. Значит, нужно действовать быстро. Основные силы остаются сдерживать „Рагнарёк“. Я, Лиандри и элитный отряд — прорываемся к шлюзу».
Скрежет кивнул.
— Разумно.
Но меня не покидало странное чувство.
Я вновь мысленно прокрутил всё, что знал о «Рагнарёке». Контрабандисты, наёмники.
«Но почему они так фанатичны? Страх? Безумие?»
Я вспомнил слова гонца. Один из бандитов пил кровь, чтобы продлить агонию.
«Это чисто безумие. Может ли не быть никакой логики вообще? Даже не могу представить себе».
Я понимал Гольдштейна, понимал его жажду мести, его отчаяние. Мог просчитать действия Готорна, основанные на контроле и порядке. Но это?
«Почему они готовы умирать за орка, который их нанял? Какова их настоящая цель?»
Но времени на размышления не было.
«Позже. Сначала — Гольдштейн».
Я повернулся к выходу, решение принято.
«Основные силы остаются. Сдерживайте „Рагнарёк“ любой ценой. Я, Лиандри и элитный отряд Клыка идём на прорыв».
Многочисленные глаза Скрежета впились в меня.
— Ты уверен? Если орк доберётся до реки раньше нас…
«Нет гарантии, что мы вообще успеем ему помешать или что-то не пойдёт не так. Нам нужен запасной план. Всегда стоит иметь запасной план».
Лидер «Подполья» замер на долю секунды, затем кивнул.
— Действуй, мы их задержим.
Я развернулся к Клыку. Волк-зверолюд уже собирал своих лучших бойцов — десять закалённых воинов, каждый из которых стоил дюжины обычных.
— Готовы? — рыкнул он.
Они ответили хором, ударяя оружием о щиты.
Лиандри материализовалась рядом со мной, словно соткавшись из воздуха. Её глаза пылали фиолетовым огнём, волосы развевались, хотя ветра не было. Магия вокруг неё потрескивала, как разряды молнии.
— Надеюсь, у тебя есть план, Костяша, — её голос был спокоен, но в нём слышалась решимость. — Потому что я не собираюсь умирать в этом вонючем городе.
«План прост. Прорубаемся и быстро».
Она усмехнулась.
— Мой любимый.
Мы сорвались с места.
* * *
Первый отряд «Рагнарёка» появился из-за поворота внезапно, они явно не собирались пропускать нас к нанимателю без боя. Десятка полтора бойцов — смесь орков, троллей, гоблинов-мутантов и зверолюдов, чьи тела были покрыты шрамами, татуировками и следами самоистязания.
Передний, массивный орк с отрубленными ушами и железными клыками, вбитыми в челюсть, увидел нас и захрипел от восторга.
— Свеженькие! Эти не похожи на хилых городских стражников! — завопил он, размахивая окровавленным тесаком. — Рагнар будет доволен!
— Мясо! Кости! Кровища! — подхватил тролль позади него, волоча за собой огромный цеп с шипами.
Я мгновенно пересчитал их силы, оценил вооружение и тактику. Это был чистый хаос — никакого строя, никакой координации. Просто безумный порыв вперёд.
«Мои скелеты поднимут щиты. Клык, твои встанут на фланге. Лиандри, держись позади».
Моя армия нежити мгновенно перестроилась. Тридцать скелетов образовали плотную линию, их щиты встали стеной, копья выставлены вперёд. Клык и четверо его волков отошли в сторону, готовясь к обходу.
Лиандри откинула волосы назад и усмехнулась.
— Ну наконец-то! Мне уже начало казаться, что мы просто прогуливаемся на свежем воздухе.
Первая волна «Рагнарёка» обрушилась на нас с диким воем. Орк с железными клыками метнулся на щитовую стену, его тесак обрушился сверху, пытаясь пробить защиту. Скелет принял удар на щит, дерево затрещало, но выдержало. Копья двух соседних юнитов вонзились бандиту в бок и шею одновременно.
Орк зарычал, но не отступил. Он схватился за древки копий голыми руками, игнорируя то, как лезвия разрывали его плоть, и потянул на себя, пытаясь вырвать оружие из костяных рук.
— Больнее! Сильнее! — хрипел он. — Я хочу чувствовать!
Я приказал скелетам перегрупироваться и нанести удар мечами. Два клинка одновременно вонзились ему в грудь и живот. Орк судорожно дёрнулся, его глаза закатились, но на губах расползлась безумная улыбка.
— Красиво… — прохрипел он, и рухнул на колени, по-прежнему сжимая копья в руках.
Но остальные уже были здесь.
Тролль с цепом разогнался и врезался в щитовую стену с таким усилием, что три скелета улетели в сторону. Их кости затрещали, один потерял руку, другой — половину рёбер. Тролль завопил от восторга и размахнулся снова, его цеп с визгом пронёсся по воздуху, сметая ещё двух юнитов.
— Ломайтесь! Хрустите! — орал он, его лицо было залито слюной и кровью. — Я слышу музыку ваших костей!
Лиандри шагнула вперёд, её руки вспыхнули ярким светом.
— Заткнись уже.
Огненный шар размером с человеческую голову вылетел из её ладони и врезался троллю прямо в грудь. Взрыв разнёс его торс на части, куски горящей плоти разлетелись по стенам, а ноги ещё несколько секунд стояли, прежде чем рухнуть.
Гоблин-мутант, один из тех, что шёл позади, подбежал к дымящимся останкам тролля, схватил оторванную руку и принялся жадно слизывать с неё кровь.
— Тепленькая! — визжал он, его красные глаза горели безумием. — Спасибо, эльфийка! Спасибо!
Лиандри поморщилась.
— Это просто отвратительно.
Клык и его бойцы ударили с фланга, их когти и клыки впились в тела врагов. Один из волков вцепился в горло орчихи, которая размахивала двумя топорами. Она взвыла, но не попыталась стряхнуть его. Вместо этого она продолжала махать топорами, пытаясь дотянуться до других волков, даже когда её собственная кровь хлестала фонтаном.
— Убей меня! — кричала она, её голос был полон экстаза. — Давай! Покажи мне смерть!
Клык рыкнул и одним ударом снёс ей голову. Тело упало, но руки ещё дёргались, пытаясь поднять топоры.
Я наблюдал за этим безумием и анализировал. Они не боялись боли, не боялись смерти. Более того — они «жаждали» её. Каждая рана, каждая потеря делала их только яростнее.
«Лиандри, мы только теряем время. Кастуй самое сильное заклинание по площади, какое умеешь, мои скелеты очистят поляну от союзников».
Она кивнула, и её руки снова вспыхнули. На этот раз она подняла их над головой, и вокруг неё начали формироваться десятки огненных сфер. Они висели в воздухе, переливаясь оранжевым светом.
— Сгорите.
Сферы метнулись вперёд, каждая нашла свою цель. Взрывы прокатились по коридору, одна за другой. Огонь пожирал плоть, кости трещали от жара, крики «Рагнарёка» слились в один сплошной вой.
Затем тишина…
Клык отряхнул когти от крови, его дыхание было тяжёлым.
— Они действительно безумны, — пробормотал он.
Лиандри опустила руки и на её губах заиграла лёгкая улыбка.
— Ну, мне они понравились. Хоть какое-то разнообразие.
Я не ответил. Мой взгляд был прикован к улице впереди. Из темноты доносились новые звуки — топот ног, лязг оружия, хриплые крики, переполненные нездоровым счастьем.
«К сожалению, это ещё не всё, не расслабляйтесь».
* * *
Наконец, впереди показался массивный каменный арочный вход. Водозаборный узел.
Мы ворвались внутрь.
Огромный зал. Сводчатые потолки, уходящие вверх на десятки метров. Посередине — широкая платформа, нависающая над бурлящим потоком подземной реки. Вода ревела, ударяясь о каменные берега, её брызги блестели в свете магических кристаллов.
И там, в центре платформы, стояла одинокая фигура.
Исаак Гольдштейн.
Он больше не был похож на бизнесмена. Парадный костюм разорван, лицо в грязи и крови, волосы растрепаны. Но самое интересное было в его глазах.
Пустота и безумное, ликующее торжество пророка, дождавшегося конца света.
Рядом с ним возвышалась огромная цистерна.
Он увидел нас и на его лице расползлась кривая, безумная усмешка.
