Витязь 2 (СИ) - Мамаев Максим

— Не на них. Для них. Продавал детали, чинил механизмы. Обычный бизнес. А потом он умер — несчастный случай, якобы. Взрыв в мастерской.

— Только вот?

— Только вот отец никогда не был неосторожен. За тридцать лет — ни одного серьёзного инцидента. А тут — бах, и нет человека.

Я понял, к чему она клонит. Её отец знал что-то лишнее. Или видел что-то. И его убрали.

— Мне жаль.

— Не надо, — она отмахнулась. — Два года прошло. Но если у тебя проблемы с «Наследием» — теперь это и мои проблемы. Потому что если они узнают, что я тебя прячу…

— Не узнают.

— Уверен?

Нет. Но говорить это вслух я не стал.

— Уйду, как только Сергей сможет двигаться. День, максимум два. Потом мы исчезнем.

Она кивнула, но я видел — не особо верит.

— Ладно. Оставайся. Но если приведёшь этих ублюдков — лично выпотрошу.

— Договорились.

Она ушла к верстаку — возиться с каким-то механизмом. Я смотрел, как её пальцы перебирают детали. Мастер своего дела.

— Что чинишь?

— Старый фонарь. Заказ от торговца, три серебряных.

Три серебряных — не много, но для Нижнего города приличные деньги.

Прошло ещё часа три. Агриппина закончила, собрала вещи и ушла: «К утру очнётся. Кормите бульоном». Сергей выглядел лучше — дыхание ровное, цвет лица почти нормальный, багровый ореол на плече исчез. Старуха знала своё дело.

Я поднялся наверх размять ноги. Вечерело — за окном небо окрашивалось в багровые тона.

Глава 3

Сергей очнулся на следующее утро — и сразу попытался встать.

Я придержал его за плечо, не давая подняться. Хватка у «двойки» даже после ночи беспамятства была крепкой — он машинально перехватил мою руку и чуть не вывернул запястье, прежде чем мозг догнал рефлексы.

— Тихо, — сказал я. — Свои.

Серые глаза сфокусировались на мне. Несколько секунд он изучал моё лицо, а потом расслабился. Память вернулась.

— Макс, — хрипло произнёс он. — Костров. М3.

— Он самый. Доброе утро, Серёга. Как себя чувствуешь?

Он прислушался к собственному телу — я видел, как его взгляд стал отрешённым, внимательным, обращённым внутрь. Знакомый приём: любой Витязь умел проводить экспресс-диагностику организма. Не магия — физиология. Мы чувствовали собственное тело не так, как обычные люди.

— Скверна ушла, — констатировал он с некоторым удивлением. — Раны затягиваются. Резерв маны на четверти. Жрать хочу так, что готов сожрать лошадь вместе с подковами. — Он помолчал. — Ты нашёл целителя?

— Нашёл. Агриппина, целительница. Адепт, причем довольно сильный. Взяла семь золотых, но отработала на совесть.

— Семь золотых! — Сергей присвистнул. — И ты так спокойно говоришь о такой сумме? Кучеряво живешь, брат! Где так поднялся?

— На обедах экономил, — усмехнулся я. — Пахать надо, не щадя себя, тогда и деньги будут. А если серьезно — я провёл несколько месяцев в городке Терехово, охотился на местную нечисть, заработал. Расскажу подробности позже. Сейчас — бульон и разговор.

Я помог ему сесть, подложив свёрнутый плащ под спину. Подвал Василисы, при всей его функциональности, уютом не блистал — низкий потолок, металлические стены, запах трав и машинного масла. Зато экранировка была отменная: Гримуар подтверждал, что снаружи нас не засечь.

Пока Сергей медленно, с видимым усилием, пил горячий бульон, который я разогрел одним из самых экономичных заклинаний — слабенький Огненный Шар в роли конфорки, — я начал говорить. Коротко, по существу. Мой путь от пробуждения в разрушенном бункере до Терехова. Охота на ведьму. Бункер в Тихом Лесу. Кравцов. Отец Марк. Письма к Наказующим. Дорога в Новомосковск. Встреча с ним.

Сергей слушал, не перебивая. Лишь иногда кивал, подтверждая какую-то деталь, или хмурился, когда я упоминал нечто для него новое. Когда я закончил, он долго молчал, глядя в стену.

— Значит, ты тоже проснулся один, — сказал он наконец. — Без команды, без связи, без понимания, что произошло.

— Именно. Пароварка моя была повреждена, вышел я, мягко говоря, не в лучшей форме. Пришлось буквально заново учиться ходить. А потом — учиться жить в мире, где вместо ядерных боеголовок по тебе бьют огненными шарами. Хотя, по чести сказать, второе даже предпочтительнее…

Сергей криво усмехнулся.

— У меня было проще. Моя капсула сработала штатно, пробуждение прошло по протоколу. Физически я был в норме уже через сутки. — Он сделал паузу. — Но бункер… весь комплекс был частично затоплен. Из двенадцати капсул моего взвода восемь оказались разрушены. Ещё три — пустые.

— Пустые?

— Пустые. Крышки открыты, системы жизнеобеспечения отключены. Кто-то вышел раньше меня.

Я переварил эту информацию. Трое Витязей серии М2, проснувшихся раньше Сергея. Где они сейчас? Живы ли?

— Искал их?

— Полгода искал. Нашёл одного — Виталика. Он прожил в этом мире около четырёх лет до нашей встречи. Освоился, выучил местные порядки, обзавёлся связями. Он-то и рассказал мне про Новомосковск, про вольных магов, про мастерскую Левши. — Сергей сжал челюсти. — А потом его убили. «Наследие». Я нашёл тело. Вернее, то, что от него осталось после того, как эти ублюдки закончили «сбор биоматериала».

Голос его не дрогнул, но я видел, как побелели костяшки пальцев на руке, сжимавшей кружку. Витязи не были машинами. Нас создали из людей, и мы оставались людьми — со всеми нашими слабостями. Включая способность чувствовать боль утраты и ярость от бессилия.

— Виталя успел многое рассказать, — продолжил Сергей, взяв себя в руки. — Про «Наследие» он знал больше, чем я тебе передал во время нашего первого разговора. Но тогда я был в таком состоянии, что половину забыл, а вторую половину перепутал. Сейчас… — он потёр виски, — … сейчас попробую изложить всё по порядку.

— Слушаю.

И он заговорил.

«Наследие» появилось не вчера. По данным Виталия, организация существовала как минимум лет пятьдесят, а возможно, и дольше — корни уходили куда-то в туман истории, в первые десятилетия после Катаклизма. Начиналось всё, по всей видимости, как обычная группа «копателей» — людей, промышлявших раскопками руин старого мира в поисках ценных артефактов. Таких групп было много, и большинство из них либо сгинули в Скверне, либо превратились в обычных торговцев старьём.

Но кто-то из основателей «Наследия» нашёл нечто особенное. Не просто артефакт — информацию. Данные о проекте «Витязь». И понял, чем это может стать.

— Виталий говорил, что их первые попытки были жалкими, — рассказывал Сергей. — Пытались расковырять капсулы, извлечь импланты из мёртвых тел, воспроизвести модификации кустарным путём. Результат — уродство и смерть подопытных. Но они учились. Привлекали магов, учёных, целителей. Тратили огромные деньги. И постепенно продвинулись.

— Насколько?

— Достаточно, чтобы создать боевые стимуляторы на основе нашей крови. Временное усиление — скорость, сила, регенерация. Эффект держится час-полтора, потом откат, который убивает примерно каждого третьего. — Он посмотрел на меня. — Но если тебя не волнуют потери среди подопытных, это весьма эффективное средство. Десяток бойцов, накачанных этой дрянью, могут потягаться с пятком Подмастерьев. Полтора доставят серьезных проблем средней паршивости Адепту. И что бы ты понимал — я сейчас о Неофитах говорю.

Вот, значит, как. Человеческий материал, переработанный в расходники. Омерзительно, но логично — в мире, где магия заменила технологию, а феодальные порядки поощряли жестокость, такой подход был почти неизбежен.

— Откуда ресурсы? — спросил я. — Пятьдесят лет исследований, армия боевиков, информаторы в Церкви и при дворе. Это стоит целое состояние.

— Покровители, — ответил Сергей. — Виталик не знал точно, кто именно, но был уверен: за «Наследием» стоит кто-то из высшей знати. Не просто богатый дворянин — кто-то из верхушки. Княжеская семья, ближний круг. Человек, способный обеспечить и деньги, и прикрытие, и доступ к информации.