Чокнуться можно! Дилогия (СИ) - Аржанов Алексей

Я посмотрел на часы. До обратной электрички ещё долго. Можно, конечно, взять такси и ехать на вокзал прямо сейчас или пройтись пешком.

Разумеется, я выбрал второе. Движение – жизнь!

Заодно и Саратовом полюбуюсь. Так толком ни разу и не побывал в этом городе.

На углу у центрального проспекта я зашёл в маленькую кофейню. Взял капучино и булочку. Девушка за стойкой сначала хмуро взглянула на меня, а затем неожиданно улыбнулась.

Какая странная реакция. Будто мы с ней знакомы.

– Вам с собой? – спросила она.

Я утвердительно кивнул и в эту же секунду получил сообщение от системы. Интерфейс решил объяснить, что происходит.

/Из‑за резкого скачка совместимости активирован пассивный навык «Фон настроения». Теперь пользователь может транслировать эмоции своим собеседникам/

А вот с такой силой я ещё никогда не сталкивался. Что ж, рад, что смог немного осчастливить уставшую девушку. Но всё же лучше пока что этот навык отключить. А то так последние силы растрачу.

Я взял картонный стаканчик и пошёл дальше.

Через два квартала наткнулся на медицинский магазин. В Тиховолжске таких нет, а мне как раз нужен новый халат. Свой я уже почти доносил: воротник вытерся, на рукаве пятно, которое не отстирывалось.

Купил новый, потоньше – чтобы летом не было жарко. И, разумеется, с вырезами на уровне карманов джинс. Обожаю такие халаты! Сплошное удобство.

В общем, мест интереса по дороге к вокзалу я посетил немало. Вскоре обнаружил книжный. Постоял у полки с медицинской литературой и нашёл хорошее переиздание Карвасарского по психотерапии. Купил его и ещё одну небольшую книгу в мягкой обложке: «Земская медицина в Саратовской губернии. Очерки».

Тут уж не мог удержаться. Надо узнавать историю медицины родного края!

Вышел я из книжного с пакетом, в одной руке – остывающий кофе, в другой – телефон. Решил отправить сообщение Богатову. Надо отчитаться и поблагодарить за то, что дал мне этот адрес.

«Кирилл Валерьевич, посетил резиденцию. Спасибо. По возвращении нужно встрети…»

И тут я врезался в кого‑то плечом.

Кофе плеснул через край, обжёг руку.

– Смотри куда прёшь, – вяло, без интонации бросил прохожий.

Проклятье… Этот голос!

Я его уже слышал. И не один раз.

Передо мной стоял худой человек, чуть выше среднего роста. Длинный нос. Выпученные глаза. Землистая кожа, поверх которой ещё держался остаток кирпичного таиландского загара.

В уголке рта – свежая ссадина. На переносице – тонкий, едва заметный шрам, которого несколько недель назад ещё не было.

Алексей Сергеевич Астахов. Настоящий.

Точнее… Теперь уже Александр Петрович Борзов.

Мы оба замерли. Я наблюдал, как меняется его лицо – миллиметр за миллиметром. Сначала – привычное раздражение. Потом отпавшая нижняя челюсть. И в завершение та самая дрожь от узнавания, когда мозг ещё не успел произнести имя, а тело уже всё поняло.

Мы стояли друг напротив друга посреди тротуара и даже не двигались.

Кофе ещё капал на асфальт.

Настоящий Астахов смотрел на меня секунд пять. Потом его лицо растянулось в кривой усмешке.

– Ну надо же, – произнёс он. – Вот так встреча!

Голос у него изменился, это я сразу отметил. Стал ниже и тяжелее. Не знаю, что стряслось с ним после того, как он оказался в руках у бандитов. Но судьба его изменила, и за очень короткий срок.

/Объект: Алексей Астахов (настоящий). Эмоциональный фон: красный. Азарт + контролируемая агрессия. Пульс 88. Тремор отсутствует/

Я отметил «тремор отсутствует» отдельно. Раньше его всё время трясло. Любопытно…

– Здравствуйте, Алексей Сергеевич. Рад снова вас видеть, – с сарказмом ответил. – Что же вы под ноги не смотрите?

– Я‑то? – он хмыкнул. – Это ты, доктор, в телефоне залип, – он медленно склонил голову набок, разглядывал меня. – Здорово же ты меня подставил! Я тебя, знаешь, потом долго вспоминал. Надеюсь, ты обыкался. Крыл всеми матерными словами.

– Догадываюсь.

– Догадываешься? Это вряд ли!

Он сделал шаг ближе. Я не отступил. Смотрел ему в глаза, не моргая.

Спокойно. Не стоит делать резких движений. Подсознание предшественника хочет ударить. Тот всегда бил первым. Но мне это сейчас не нужно.

– Меня привезли в Саратов в багажнике, прикинь? – сказал он почти буднично. – Пересадили туда по дороге. Знаешь, каково это, когда у тебя руки за спиной, а мужики на переднем сиденье обсуждают, в каком овраге тебе будет удобнее? Какой же ты, «Астахов», хитрый сукин сын.

– Это комплимент? – хмыкнул я.

– Это факт. Я не знаю, как тебе удалось их уболтать. Но они всерьёз приняли меня за тебя! Но теперь это уже не важно…

/Микровыражение: правый угол рта приподнят дольше левого. Удовольствие от собственной речи. Самолюбование/

Раньше такого я за ним не замечал. Прежний Астахов постоянно суетился, нервничал. Пару раз даже умолял меня, чтобы я ему дал денег. Но сейчас он стоит передо мной с распрямлённой спиной, говорит чётко и уверенно.

Будто… он теперь знает, на кого положиться.

– А потом, – продолжил он, – вышло смешно. Привезли меня, значит, к старшим. И там как раз началась заварушка. Серёга решил, что он теперь главный. Витёк решил, что он. Третий, Лысый, – тот вообще что‑то своё мутил. Про тебя сразу же все забыли – он усмехнулся. – И в этой суматохе им стало вообще не до того, Борзов я или не Борзов. Они друг друга решали.

– И ты решил вместе с ними, – догадался я.

Зараза… Нашёл, значит, себе подходящую стаю!

– А я подсказки давал, – он артистично развёл руками. – Я ж психиатр, – он чуть выделил это слово, и в нём прозвучала издёвка. Не столько надо мной, сколько над ним самим. – Я ж в людях разбираюсь, верно? Кого на кого натравить. Кому что шепнуть. В итоге Серёга остался. Двое других – нет. Так уж вышло, что я в их новой расстановке оказался… полезен.

– И тебе, вижу, это понравилось, – подметил я.

– Мне, – он улыбнулся, – очень понравилось.

Что тут сказать? Человек нашёл, наконец, своё призвание. То, ради чего он был создан.

Ирония судьбы! Бандит стал психиатром. Психиатр стал бандитом. И мы оба чувствуем себя комфортно.

Я мысленно усмехнулся. До чего же всё‑таки хорошее у судьбы чувство юмора.

– Документы свои, я так понимаю, ты назад уже возвращать не хочешь? – спросил я.

– А зачем? – он пожал плечами. – Алексей Сергеевич Астахов, психиатр‑неудачник – это плохой образ. А вот Борзов, который может подмять под себя кого угодно – это нормальная биография. Так что я уже привыкаю к этому имени. Мне оно по нраву.

– Поздравляю с обретением себя, – усмехнулся я. – Всё? На этом расходимся?

Жаль, что навык «Тень» не попал ко мне раньше. Тогда бы я увидел рядом со своим собеседником то, кем он на самом деле хочет стать. Теперь же использовать эту силу нет смысла. Он уже стал своей тенью.

Новый Борзов прищурился.

– А вот теперь, доктор, неприятный момент, – проскрипел он. – Документы мне не нужны. А деньги никогда не помешают. Полмиллиона за неделю мы с тобой когда‑то проговаривали. Помнишь?

– Как такое забыть?

– Ты не платил.

– Не платил, – спокойно ответил я. – И даже не собирался.

Он улыбнулся шире.

– Видишь, как мы спокойно беседуем? Как взрослые люди. Я тебе ничего сейчас не сделаю. Я ж всё понимаю, тут людно и светло. Просто говорю как есть. Деньги ты мне отдашь. Сам отдашь – по‑хорошему. В противном случае я позову своих новых друзей.

Ну вот и угроза. Причём Борзов не блефует. Теперь и в самом деле готов пойти на месть.

– Ты сейчас сам слышишь, как говоришь? Ты вообще помнишь, кем был раньше? – спокойно спросил я.

– Чего? – он заморгал.

– Я говорю тебе это как врач, – повторил я. – Ты сильно изменился. Я вижу, как тебе хорошо в этой роли. Но мне жаль, что ради этого тебе пришлось стать бандитом. Я тебе сочувствую.

Я знал, что его это заденет. Но сдерживаться не стал. Он угрожает мне, значит я должен бить в ответ. Но не кулаками, а словом.