Долг человечества. Том 4 (СИ) - Попов Михаил Михайлович

— Катя, — позвал я заместительницу, — ты за главную, без нужды не выходите, но сама можешь решать. Вернемся после обеда.

— Марк, что-то ты темнишь. Ты еще никогда не экипировался подобным образом. Разве что перед самоубийственной вылазкой в форт Барона, и то, тогда готовился хуже. Не хочешь прояснить мне, своей чертовой заместительнице, куда это ты с полностью экипированным отрядом собрался, и берешь с собой всех мужчин и малявку Лизу? — Брови ее опустились на нос, глаза в уголках покрылись едва заметной сеточкой морщин, веки опустились в подозрительном прищуре.

— Небольшая разведывательная миссия. Отправимся в неизведанную сторону, на север от горы, мало ли что, вот и готовимся. — Уклонился я, не желая вступать в полемику об истинном смысле похода.

— Тогда почему игнорируешь экспедиционный отряд? Один в один твои вчерашние спутники, да еще Лиза добавилась. — Не унималась Катя.

— Хорошо, — набрал я воздуха в грудь, — какой бы сильной ты или Варя ни были, рисковать вашими жизнями я не стану. Вчера на нас вышли переговорщики северной фракции, и мы отправляемся на переговоры, и будет это мир или война не знает никто. Люди куда опаснее зверей, поверь мне. И, если так случится, что мы не вернемся, кто-то должен будет защищать это место, а лучших кандидатов кроме тебя и Вари у меня нет.

— Шеф, выдвигаемся? — Окликнул меня уже во второй раз Боря, стоя возле шахты лифта.

— Да, иду! — Крикнул я ему в ответ, и выждав несколько секунд, не дождался от Кати ответа. Поймал лишь задумчивый взгляд и поджатый в какой-то обиде подбородок.

Глава 23

— Чего Катя хотела? — Да что ж такое с этой Лизой, уже второй раз ее пристальный взгляд огромных глаз, как у котенка из Шрека, прошибает меня мурашками от затылка до задницы, и дело не в том, что у меня какие-то не те мысли на ее счет, а в том, как именно она это делает. Нарочито, только женщины так умеют, хоть она условно говоря и мелочь пузатая. Обучают их этому что ли в Шаолиньском монастыре? Вкупе с умением сверлить мозг тоненьким сверлом?

— Вероятно, она обижена на мою скрытность. — Не стал я юлить, тем более перед этими людьми.

Мы спускались в лифте. Баланс нарушили, платформа медленно поехала вниз, и до соприкосновения с поверхностью нам стоять впотьмах еще около получаса. Но не совсем уж в темноте — крошечный иллюзорный светлячок стал для меня в шахте лифта добрым другом и не раз уже выручал.

— Совсем не удивлена. — По-взрослому проговорила Лиза голосом, полным задумчивости. — Она сама лидер по природе, но отпускает, типа, как это называется, вожжи… удела! Удела отпускает только тогда, когда есть кто-то сильнее нее.

— Что ты хочешь этим сказать? — Перевел я взгляд на русую макушку.

— Тебе удалось завоевать в ее глазах непререкаемый авторитет. — Подметила девочка. — Но и откровенной лжи она тебе не спустит. Короче говоря, будешь выделываться, вмиг тебя сместит.

Я прыснул, живо представив сцену, как Катя узурпирует мою власть в немногочисленной фракции. И в следующий момент задумался, с чего это Лиза такое вообще подумала.

— Откуда ты такая проницательная? — Прищурился я, поймав на себе взгляд.

— Родилась такая. — Фыркнула она, отвернувшись.

— Какой у нас план действий? — Дождавшись окончания пустопорожних обсуждений Катиной утренней реакции, вступил в диалог Борис.

Я прикинул. Пусть Лиза и не в курсе предстоящих событий, но ведь так или иначе узнает всё, так что никакого смысла умалчивать факты нет. Тем более, то, что я взял девочку с собой, это не только тотальная бесхребетность, а еще и тонкий расчет. Она с самого старта тестирования имеет профессию Изыскатель, что автоматически делает ее детектором любых невидимок. Это нужно использовать.

— В условленное время встречаемся с Коммунистами и обсуждаем детали. Я хочу понять, кто они такие, чего от них ожидать, а также выяснить истинные причины того мутного торгового предложения. — Ответил я так.

— Нэльзя пазволят убивать детэй! Это же наша кровь, наше будущэе, потомки! — Не скрывая злобы выбросил Микаэль. — Начальник, ти прасти, но я злой очэнь на этих людэй!

— Понимаю, Миш. — Кивнул я строителю, который выглядел в полном облачении куда опаснее. — Постарайся держать себя в руках во время переговоров, просто держите себя спокойно и уверенно, — это я уже ко всем обратился, — разговор будет неприятным, но в данной ситуации мы заложники.

— Заложники⁈ — Воскликнул Егор, видимо, не до конца поняв смысл сказанного мною.

— Вроде того. У нас как бы есть выбор, но он без выбора. Именно поэтому я хочу взглянуть их лидеру в глаза, понять, какому больному уроду пришло в голову строить договоренности исходя из ультиматумов. — Я тоже, как и Микаэл, стиснул зубы, чувствуя, как нутро поднимается гневом.

— Знаешь, — обратился ко мне Владимир, — ты по себе меряешь. Что-то мне подсказывает, что сам Вячеслав не видит в этом ничего такого, воспринимая это иначе. Вроде бы, с его точки зрения, это хорошее предложение, а аморальности в нем он не усмотрел.

— Кто знает. — Пожал я плечами. — Тем более, мне интересны детали про финальную часть письма.

На закономерный вопрос, я напомнил. Вячеслав, во-первых, хорошо осведомлен о нашей численности, и мне было интересно, как он этого добился. Во-вторых, в качестве предмета торга и дабы склонить меня к «правильному» на его взгляд решению, он разыграл карту увеличения численности моей фракции, пусть даже и детьми.

Как именно численность фракции влияет на функционал тех же налогов я не знал, кроме прямых и очевидных плюсов от их добычи и распределения, но я уверен, что это далеко не все. Быть может, чем больше фракция, тем шире административные возможности, дарованные системой, но на текущий момент я не могу представить, что именно могло бы прибавиться или измениться.

Исходя из мнений людей, кто стал свидетелем той злополучной встречи, а также открывшиеся теперь для Лизы факты впервые, вердикт фактически одинаковый. Я должен согласиться принять превышающую нашу боеспособную численность почти вдвое группу детворы.

У нас есть пресная вода и возможность ее покупать, и у нас есть еда, в достаточном количестве, чтобы кормить много людей. Построить нечто вроде большого общинного дома тоже будет не слишком трудно, рук и навыков для этого хватит. Только вот всегда остается человеческий фактор. Дети несносны, гиперактивны, склонны к сумасбродству и имеющие «детский иммунитет» — ложное ощущение собственного бессмертия, об этом предупреждают почти все психологи молодых будущих родителей.

Выходило безрадостно. Не принять я их не могу, потому что… черт с ней, с лояльностью лагеря, я сам на собственное отражение смотреть не смогу, если обреку их на смерть. С другой стороны, откроется настолько большое количество переменных, что, боюсь, приведет к череде трагедий. Я это уже проходил, только в качестве несносных неуправляемых детей была близкая мне группа, успевшая закалиться и научиться жить в новом мире. Варя, Катя, Борис, это те, кто сумел дожить до сегодняшнего дня вместе со мной, адаптироваться, привыкнуть.

И вот как мне поступить?

— Приехали. — Констатировал факт Владимир, стоило платформе удариться об землю и отдать кинетическую энергию нам в ноги. — Двинули? Время девять, успеть бы до полудня.

— Вай, не бойса, успэваем. — Хлопнул инструктора по плечу Микаэль. — Нэ тормози, и и прэбудэм вовремя.

— Выдвинулись. Лиза, — обратился я к девочке, — будь начеку всю дорогу, держи при себе навык видеть незримое, а если что-то заметишь, ты должна сказать «Блин, пить охота».

— Поняла, запомнила, но Марк, — решила она добавить, — это пассивный навык, я не то, чтобы его контролирую. Вижу всякое, и все.

— Просто настройся и будь начеку. Ладно? — Принял я во внимание детали, которые и так были известны, но лишний раз проговорить не было бы лишним.

— Конечно, постараюсь! Кринжа не навалю! — Собралась она.